Такси до леса Берендея - Дарья Донцова

однушка долго пустовала, и вдруг появилась новая хозяйка, Ирина. Мы к ней отнеслись внимательно, в гости пригласили. Новая жиличка буркнула: «Некогда чаи распивать!» Потом заявление написала, что мы дома младенца избиваем. Пришел участковый. А у нас детей нет, только кот, он иногда мяукает. Оказывается, его «песни» мешают Миркиной отдыхать! Полицейский посмеялся, ушел. И вскоре Васенька пропал! Исчез из запертой квартиры! Куда подевался? Мы все в ужасе, ничего не понимаем! И тут звонит сосед Иван Сергеевич со второго этажа. У него ноги не ходят, он в коляске сидит, в бинокль на улицу глядит, развлекается таким образом. Ничего от Вани не укроется. Он нам и сказал, что Ирина нашего кота вынесла и в помойный контейнер бросила. Мы с мужем туда! Перерыли все мешки, почти на дне нашли Васеньку. Эта дрянь его отходами завалила! А до этого до полусмерти избила! Еле-еле котика выходили, вылечили! Все жильцы переживали – мы же давно в одном подъезде живем, родные друг другу! Девке выдвинули ультиматум: она квартиру или продает, или сдает. Неважно, что с ней делает, главное – ее здесь нет. Если же останется, то на нее, гадюку, хулиганы нападут, поколотят хуже, чем Васеньку, и в отходы зароют. Это ей Петя с третьего этажа пообещал, а уж он как сказал, так и сделает. Баба это вмиг поняла, испарилась. Убогая однушка долго пустая стояла. А прошлым летом – ба! Миркина вновь появилась. Но уже по-другому себя повела. Всех обошла, перед каждым извинилась, сказала: «Жить здесь не буду, буду квартиру как офис использовать. У меня бизнес, надо где-то заказчиков принимать».

Мария Леонидовна усмехнулась.

– Бизнес! Теперь проституция так называется. Я ей сразу объяснила: «Видишь камеру на площадке? Теперь во всем подъезде на каждом этаже такие. Если посмеешь опять в наше отсутствие дверь в наши апартаменты отмычкой вскрыть, вмиг узнаем, полицию вызовем, добра тогда не жди! То, что тебя в свое время Ваня в бинокль увидел, к делу не пришить, а видео с аппаратуры – не жук чихнул!»

Глава двадцать седьмая

– Какая мерзость! – разозлился Костин. – Влезть к соседям, взять их кота и выбросить!

– Неприятная история, – поморщился Даниил. – Люди, которые ненавидят братьев наших меньших, не вызывают у меня желания с ними общаться!

– Значит, прописана тетка в одном месте, а где в реальности живет, неизвестно, – подвел итог Володя.

– Да, – подтвердила я. – Когда она появится, Мария Леонидовна нам позвонит.

– Такси до леса Берендея увязло в канаве, – вздохнул Вова. – Надеюсь, нам удастся выпихнуть его на шоссе.

– Очень запутанное дело, – тихо согласилась я.

– И не такие разматывали, – хмыкнул Володя. – Хотя, в советские годы милиции легче работалось. Народ в основном по месту прописки жил, максимум на дачу уезжал.

– Кое-кто укатывал за город, обитал там постоянно, а городские хоромы тайком сдавал, – возразила я.

– Не спорю, случалось подобное, – согласился Костин, – но только если соседи хорошие, или они таким же делом занимались. В противном случае вмиг куда надо докладывали. Стукачество тогда процветало.

– И сейчас оно существует, – усмехнулась я, – колосится во всей своей красе!

– А ведь есть зацепка! – воскликнул Даня.

– Какая? – одновременно осведомились мы с Володей.

– Решил еще раз внимательно просмотреть материал, который у нас есть, – зачастил Северьянов. – В беседе со Степаном нашел краткое упоминание неизвестной нам женщины. Варвара Михайловна начала по обыкновению истерить, а муж ей велел: «Заткни Олесю Буданову!» И что дальше? Супруга вмиг стала ласковой и тихой. Это ему Илья рассказал. Кто такая Буданова? Почему ее упоминание сделало скандалистку прямо шелковой?

– Интересно… – пробормотала я. – Простите, Краузе звонит… Роза Леопольдовна, что случилось?

– Лампочка, – зашептала Краузе, – вы когда домой вернетесь?

Мне вопрос совсем не понравился.

– Что случилось?

– Дома полный порядок, – бойко отрапортовала бывшая няня Кисы, – все живы, здоровы, веселы, бегают, играют.

Я выдохнула, Роза Леопольдовна продолжила:

– Когда вернетесь? Очень надо вам кое-что показать! И вообще, день прошел, вечер наступил…

– Уже еду, – сказала я, положила телефон на стол, потом посмотрела на Костина. – У нас что-то случилось. Но все живы, здоровы, бегают.

Володя глянул на часы.

– Ого! Уже двадцать ноль-ноль! Все. Расходимся.

Я живо схватила куртку, через пять минут оказалась за рулем, выехала на шоссе. Оно, на мою радость, оказалось неожиданно свободным. До дома я добралась всего за сорок минут.

Краузе встретила меня в столовой и затараторила:

– Поросица – это нечто!

– Кто? – сразу не сообразила я.

– Наша временная жиличка! – округлила глаза Роза Леопольдовна.

День выдался непростой, к тому же такси до леса Берендея окончательно забуксовало, въехав в болото. Меня и в спокойной обстановке нельзя назвать светочем разума, а уж в состоянии усталости мое умение соображать становится отрицательным. Не понимаю ничего, не хочу понимать и не переживаю по поводу своего непонимания. Если кому-то охота, чтобы его слова дошли до моего мозга, то это зряшное желание. Я их буду слышать, но не услышу.

В чем разница между упомянутыми глаголами? Первый – текущее действие, процесс восприятия звуков без осознания их содержания. А «услышать» – это о законченном действии и понимании того, что тебе спели в уши. «Слышать» и «услышать» – не синонимы.

– Поросенок, – уточнила Сюзи, выглядывая из кухни.

– Поросенок – существительное мужского рода, – пояснила Роза Леопольдовна. – А у нас девочка, следовательно, поросица!

– Такого словечка нет, – хихикнула повариха. – Есть «свинья», «хряк» и их дети «поросята». Ты придумала не русское, а, скорее, японское или китайское существительное. У нас на «ца» мало что оканчивается.

– Курица, – заметила Роза Леопольдовна.

– Всего одно словечко.

– Лошадица.

– Это кто? – изумилась Сюзанна.

– Жена коня, – объяснила бывшая няня Кисы.

– Ой, не могу! – рассмеялась повариха. – Конь – супруг кобылы или лошади!

Но ее собеседница не собиралась сдаваться.

– «Лошадь» – это и про мужчин, и про женщин. А когда конь заводит семью, он живет с лошадицей. И не спорь со мной! Я в школе преподавала природоведение!

Я удивилась. Краузе работала в школе? К сожалению, я успела забыть детали биографии няни. И Роза Леопольдовна так давно с нами, что мне стало казаться, мы знакомы с детства.

Сюзанна, продолжая тихо смеяться, попросила меня:

– Лампа, поднимитесь на второй этаж и позовите Сири.

– Она ответит? – развеселилась я. – Свинка научилась разговаривать, как человек?

– Ох, если учесть, какой ум у крошечной поросятинки, мы скоро увидим ее в библиотеке с томом энциклопедии в передних ногах, – пробормотала Краузе.

– Просто несколько раз громко произнесите ее имя, – попросила повариха.

Я быстро выполнила просьбу Сюзи. Послышался топот, потом мимо меня молниями промчались вниз Фома, Платон и