Личное дело сыщика - Алексей Макеев

* * *

Прошел час, и в кабинет Гурова ввалилась троица во главе с Крячко.

У Станислава был свой ключ, и потому они застали Льва Ивановича за гимнастическими упражнениями: полуголый полковник отжимался от пола.

Окно открыто. В кабинете свежо.

– Проходите, присаживайтесь, – предложил Гуров. Упражнения не сбивали дыхания, что сейчас редкость даже среди парней двадцатилетнего возраста.

Он добрался до цифры тридцать и встал.

– Ну ты, Лев Иванович, Аполлон, – Нестеренко не скрывал своего восхищения.

– Тогда я «Союз», – пошутил Крячко.

Гуров надел рубашку.

– Я тут думал, господа, – начал старший оперуполномоченный, когда все расселись, – физические упражнения способствуют приливу крови к мозгу, что стимулирует процесс эвристики. Вот я отжимался и думал. Как вы отнесетесь к тому, чтобы завести знакомство с симпатичными девушками, да еще и за деньги?

– Ты уже через это прошел, теперь и нас толкаешь на блуд. – Крячко сверкнул глазами. – Но я не против, не против. Согласен бегать за Нелли, как песик.

Нестеренко перспектива понравилась. Котов пока помалкивал. Он за своей будущей женой-то таскался не один день, а тут какие-то девочки…

– Ничего попроще нет? – осведомился Котов. – Может, по-тихому прибить кого надо…

– Проще? – Гуров посмотрел на Котова, работающего сейчас на частную лавочку, впрочем, тем же занимался и Нестеренко. – Будешь следить за Надеждой Алексеевной Поллудневой. Координаты и описание получишь. Что, куда, с кем и так далее. Тебе, – Гуров перевел взгляд на Нестеренко, – работа посложнее: будешь мотаться за красавицей Нелли. Сложность в том, чтобы она тебя не усекла, и не приближайся к ней ближе чем на два метра.

– Почему она достается не мне, босс?! – заскулил Крячко. – Я бы МВД не посрамил.

Когда частные сыщики отправились выполнять задание, не забыв прихватить аванс из средств Вербицкого, Гуров укоризненно покачал головой, глядя на Станислава.

– Тебе не кажется, что пора прекратить ерничать?

– Остался еще один номер, – Крячко достал из ящика стола длинную узкую коробку, завернутую в блестящую фольгу и перевязанную бантиком. – Это тебе от Яблонева.

Гуров взял из рук сверток, сразу почувствовал его тяжесть.

– Думаешь, бомба? – серьезно спросил Крячко.

– Наверняка давно проверили, – равнодушно ответил Гуров, начиная развязывать бантик.

– Никто не проверял.

– Да? – Полковник не останавливался. – Меня вроде бы хотели отблагодарить.

– Люди разные бывают.

Тем временем Гуров освободил коробку от фольги. Осталось поднять крышку…

Переглянулись.

Лев Иванович осторожно открыл посылочку.

Крячко заглянул внутрь и присвистнул:

– Хорош.

Гуров поднял записку.

– «Серьезному мужику – серьезный подарок», – прочитал он вслух.

В коробке лежал не нож, а скорее, клинок с очень длинным и широким лезвием.

Гуров взял его в руку.

– Тяжелая штука.

– И дорогая, – не преминул заметить Крячко. – Ты смотри, позолота, гравировка. – Может быть, это XIX век?

– Тысяча восемьсот сорок шестой год, – прочитал Гуров на рукоятке.

– Да, запороть такой штукой человека можно запросто. – Крячко еле дождался, когда Гуров передаст ему оружие.

– Царский подарок, – заметил Крячко, взмахнув клинком. – Прямо пацаном себя ощущаю.

– Давай положим в коробку от греха подальше, а то ты сейчас домахаешься.

Оружие убрали, и в комнате стало как-то спокойнее.

– Да, это не перочинный ножичек. Понервничаешь с такой штукой в руках, и вышка обеспечена.

– А мы не будем нервничать. Мы поедем к девочкам на репетицию. Я разговариваю с хореографом, ты круто одеваешься и снимаешь девочку, как и хотел. Работаем независимо друг от друга.

Крячко роль понравилась.

– Шеф, я тебя обожаю.

– Вводную получишь по дороге. У тебя машина где?

– «Мерседес» под окном, товарищ полковник.

– Отлично, я на «Волге», ты на «мерсе». – Гуров взял подарок влиятельного человека и пошел к выходу.

– Ты же не любишь подношения, Лев Иванович, – ущипнул Крячко.

– Я нет, а вот моя не так давно вывихнутая правая кисть очень даже.

* * *

Зашторив окна, он принялся за дело: подошел к кровати, расстегнул брючный ремень и попросил проститутку лечь на живот.

Нелли мурлыкнула и выполнила желание своего сутенера. Казалось, будто красный шелк простыней ожил под ней и сам перевернул ее тело.

Кровать была мягкая. Он почувствовал, как непреодолимое желание взять ее начинает порабощать мозг. Может, попользоваться ею напоследок? Но нет. Нет времени.

Он подошел к тумбочке, выдвинул ящик и взял заранее заряженный «Макаров».

Она обернулась, и глаза ее расширились от ужаса.

– Что ты делаешь! – взвизгнула блондинка, вскакивая с постели.

Спокойно взяв с кровати туго набитую подушку, сутенер подошел к ней.

– За что?! – вскрикнула она, обхватывая груди ладошками и поворачиваясь к нему полубоком.

Он рывком развернул ее к себе, приложил к ее груди подушку. Вдавив поплотнее ствол в ткань, выстрелил в сердце.

– Стукач – профессия опасная, – любезно сообщил сутенер, когда было кончено.

* * *

Гуров прошел на балкон и сел на то же самое место, где они позавчера сидели с Надей.

Он не успел к началу занятий и решил не отвлекать от дела хореографа, ему просто хотелось посидеть и посмотреть на девочек. Рассматривая плавно двигающихся под медленную музыку барышень, он искал Нелли, но ее не было.

«Опаздывает, – думал сыщик, – как она переносит и наркотики, и нагрузки? Глядя со стороны, и не скажешь, что человек, по сути, в аду находится. Запас прочности у нее от природы отменный. В такое дерьмо попала, а держится».

В середине репетиции в спортзал вошел Станислав. На нем был все тот же коричневый свитер и светло-серые брюки, и это уже был не опер из Главного управления, это был человек, которому на все наплевать. Чувствовалась власть, авторитет, презренное отношение к простым смертным.

Крячко успел сделать пару шагов, прежде чем к нему подошел молодой человек. Полковник давил руками грецкие орехи, беспардонно бросая шелуху на пол спортивного зала и тупо глядя на стоявшего перед ним парня.

И вдруг парень, преградивший путь, с грохотом падает на деревянный пол, хватаясь за руку.