Криминальный гороскоп - Марина Серова

Пели птицы, но в их голосах Ритке чудилось тревожное ожидание. А в шелесте листвы – слово «спеш-ши, спеш-ши». Но была надежда, что все завершится благополучно – недаром Маргарита чуть ли не всю ночь рассчитывала карту и сопоставляла ее с нашими, она приблизительно предполагала возможный ход событий. А в моей карте было еще и лишение свободы по вине Льва. Которое может окончиться как угодно.

Дмитриев приехал очень быстро, машина его, взвизгнув тормозами, остановилась у подъезда, и Ритка уселась в салон.

– Что случилось и куда направляемся? – спросил Андрей.

Маргарита назвала адрес Савойского и вкратце описала ситуацию:

– Понимаешь, Лиля решила, что я ошиблась и виновны в преступлениях Гаранина со своим молодым человеком. И поспешила проявить самостоятельность. Она вообще предпочитает мыслить независимо, и я прекрасно ее понимаю, пытается иногда избавиться от моего влияния. Но сегодня это может привести к трагическим последствиям. Она, насколько я знаю, попала в лапы Савойского.

– Кто такой Савойский и почему она попала в его лапы? – поспешил уточнить Дмитриев, который был не в курсе дела. Он внешне невозмутимо вел машину по полупустой трассе.

– Савойский Владислав Алексеевич – конкурент Геннадия Заворожного, у них был конфликт несколько лет назад, теперь же Савойский решился на месть, – вещала Маргарита невозмутимо, словно читала лекцию по своей любимой астрологии. – И Лилина карта пересекается с его в четвертом доме.

– Рита, а можно понятнее? – попросил озадаченный Дмитриев.

– Конечно, – так же невозмутимо кивнула Маргарита. – Четвертый дом – дом завершения дела или смерти, и это меня настораживает. Лиле и в самом деле угрожает опасность. Так что мы должны поспешить. Но думаю, мы успеем. Во всяком случае, Лилия Ровенская, судя по астрологическим данным, должна прожить лет до шестидесяти.

– Значит, волноваться нам не о чем? – поддел Дмитриев, а Маргарита, которая в волнении все воспринимала всерьез, гневно ответила:

– Конечно, есть! Поводов для волнения предостаточно. Ее могут покалечить, нанести моральные травмы! Так что побыстрее.

– Рита, я просто пошутил, – покаянно признался Андрей. – Я и так выжимаю из машины все возможное. Прости, хотел разрядить обстановку, ты слишком нервничаешь. Видела бы ты сейчас свое лицо…

Ритка натянуто улыбнулась и покачала головой:

– Я и в самом деле переживаю, чувствую свою ответственность за все происходящее. Ведь могла же вчера подробно рассказать Лильке, что ее ждет, но решила, что успею сделать это утром. Я себе не прощу, если с ней что-то случится.

– Глупости, мы постараемся ей помочь, – ободрил Маргариту Дмитриев.

Они подъехали к дому, в подвале которого в тот момент находилась я, и Маргарита сказала:

– Она должна быть где-то здесь.

– Но где? – изумился Дмитриев. – Давай расспросим соседей.

– Андрюша, займись этим, а я пока подумаю, – попросила Ритка и закурила, не выходя из машины. Дмитриев помчался опрашивать соседей, а Маргарита размышляла, пытаясь понять, куда Савойский мог утащить меня.

Дмитриев вернулся ни с чем – кто-то еще спал, кто-то был уже на работе. Маргарита же обрадовала его:

– Знаешь, здесь велико влияние Луны, а Луна – это ночь, мрак и низ по астрологической характеристике. По всей видимости, Лиля находится в подвале.

– Идем в подвал, – решительно заявил Андрей, который никогда не пасовал перед опасностью. Он выудил табельный пистолет, вздохнул и поплелся к дому, на полпути обернулся: – Может быть, ты посидишь в машине?

– Нет, я сыграю свою роль, – загадочно ответила Маргарита, – и зайду в подвал первой, тогда у тебя будет время для маневра.

Андрюшка пытался спорить – он ни за что не мог отправить даму одну на опасное дело. Но Ритка человек упрямый, она сумела настоять на своем.

Они вошли в затхлый подъезд, по возможности бесшумно спустились вниз, и Маргарита постучала в дверь. Произошло это как раз тогда, когда Савойский ударил меня по голове своим чертовым пистолетом.

Дверь распахнулась, и в лицо Ритки уставился вороненый ствол.

– Здравствуйте, Владислав Алексеевич, – спокойно и невозмутимо произнесла Ритка, сохраняя полное самообладание. – Я Маргарита Арсентьева, у вас находится моя подруга, Лилия Ровенская.

– На ловца и зверь бежит, – противно рассмеялся Савойский, помахивая пистолетом. – Заходи, гостем будешь. Как раз от обеих и избавлюсь, – заявил он с завидной самоуверенностью.

Ритка прошла в подвал и метнулась в сторону, Дмитриев ворвался внутрь, бросился на Савойского, пока тот не выстрелил. И они сцепились в смертельной схватке. Савойский умудрился высвободить правую руку и прицелился в Андрея, но Маргарита снизу ударила его по руке, и пуля просвистела в потолок. Тут я уже очнулась и смогла сама пронаблюдать поединок. Мужчины упали и теперь дрались, катаясь по полу и стараясь выбить друг у друга оружие. Ритка схватила тонкими пальцами кирпич и ходила вокруг, стараясь улучить момент. И наконец ей это удалось. Раздался приглушенный стук, и Савойский обмяк. Тут Ритка кинулась меня освобождать, а предусмотрительный Дмитриев нацепил на руки преступника наручники:

– По крайней мере, он ответит за похищение человека и угрозу убийства, если более не найдется доказательств, – улыбнулся он, тяжело дыша и потирая фингал под глазом. Я молчала, неспособная говорить.

– Кстати, Андрей, задержи некую Ларису Тенетову, она работает на Лаврентьевской, в кафе «Семейный отдых». Именно она планировала все эти преступления – возможно, удастся посадить ее за соучастие. А Савойский признается, ты не переживай, сам по себе он слабый человек, – сказала Рита.

И мы поехали домой. Выбравшись из подвала, я долго-долго стояла на крыльце, отходя от пережитого шока, и растирала занемевшие от веревок запястья. Чертов Савойский со своими амбициями! Скотина! Этот тип пытался испортить жизнь Заворожному, чуть не убил нас с Риткой, угрохал Логинова.

Но странно – все его продавщицы отзывались о Владиславе Алексеевиче как о человеке очень милом и душевном, а в истории с Геннадием Владимировичем он раскрылся с совершенно другой стороны. Он стал безжалостным мстителем, и за что? За то, что в бизнесе случается на каждом шагу. А может быть, он просто не совсем нормальный? Это было бы логичнее всего. Иначе откуда такие разговоры, которыми он меня «развлекал» в подвале? И мысль вывести Заворожного из душевного равновесия?

Загадочно все это.