Пальцем в небо - Марина Серова

Мы управились за двадцать минут. К этому моменту часы показывали без четверти пять.

— Вам уже пора, — напомнила я. — Идите на свою выставку и не переживайте, все будет нормально. Да, и еще: старайтесь не привлекать к себе внимания, во дворе не вертите головой по сторонам, не рассматривайте пристально прохожих, иначе спугнете вора. В общем, ведите себя так, как обычно, словно вы ничего не знаете и ни о чем не догадываетесь. Договорились?

— Договорились, — тяжело вздохнул Князев и, взяв в руки свой портфель, направился к двери.

И только тут я вспомнила о деньгах.

— Стойте, а куда вы поместили деньги компании?

Князев молча указал на портфель в своих руках.

— Вы с этим портфелем прилетели? — тут же спросила я. — То есть его же видел в аэропорту наводчик?

— Нет, — Князев отрицательно покачал головой. — Тогда они были в чемодане.

— Давайте его сюда, я положу в него куклы. Уверена, вор будет искать именно этот чемодан. «Если ему, конечно, о нем рассказали», — уже про себя добавила я.

Князев сообщил мне, где находится тот самый чемодан, напрочь отказавшись возвращаться с порога в квартиру, ибо считал это плохой приметой, еще немного повздыхал и наконец ушел.

«Чем больше у человека денег, тем он жаднее, — невольно перефразировала я известную пословицу, заметив, как трясется за свое добро Князев. — Ну да ничего, никуда его вещи не денутся. Грицкий не успеет их вынести, уж я об этом позабочусь».

Упаковав свои заготовки в чемодан Князева, я положила этот мини-сейф назад в шкаф, который затем закрыла, еще раз осмотрела всю квартиру и стала искать место, где мне можно было бы спрятаться. По-настоящему укромного не нашла и решила рискнуть — спрятаться в складках плотных штор, которые в данный момент все сдвинуты были в одну сторону. Правда, видно мне из-за них ничего не было, но с этим уж приходилось мириться.

Встав в углу за шторами, я стала ждать гостя. Ждала долго, точно не могу даже сказать сколько. Но главное, не зря — Грицкий все же объявился. О том, что он пытается пролезть в квартиру, я поняла по легкому скрипу форточки в кухне, специально мной оставленной приоткрытой, чтобы не усложнять вору проникновение в квартиру.

Поняв, что гость уже прибыл, я замерла и стала прислушиваться к его действиям, не спеша заявлять о себе. Мне хотелось взять Грицкого с поличным, в тот момент, когда он найдет спрятанные мною «куклы». Но тут была одна проблемка: деньги находились в другой комнате, а я не видела даже того, что происходило в этой. Пришлось положиться на свою интуицию.

От скрипа половиц, донесшихся до меня, мое сердце едва не упало в пятки — Грицкий был совсем рядом, может, даже стоял прямо передо мной. Я испугалась, а вдруг он меня заметил и теперь думает, чем бы нанести удар. Зря я, наверное, сюда встала, следовало поискать более удобное местечко. Но теперь думать об этом поздно, что будет, то и будет.

Звук легких, едва слышных шагов медленно удалился в правую сторону. Затем раздался тихий скрип открываемых створок шкафа. Я поняла, что вор проверяет содержимое полок и иных укромных мест, ища крупную сумму денег. Естественно, что здесь ее он не нашел, а потому переключился на осмотр других комнат. Как только мне стало понятно, что Грицкий ушел в спальню, я осторожно отодвинула край шторы и выглянула.

Видно Грицкого мне не было, хотя по доносившимся звукам я поняла, что он близок к цели. По крайней мере, шкаф он уже открыл. Решив, что больше ждать нет смысла, я быстренько вынырнула из своего укрытия и на цыпочках поспешила в сторону спальни. В тот момент, когда я достигла двери, Длинный как раз открывал чемодан.

— Кхе, кхе, — дала я о себе знать, дождавшись, чтобы вор притронулся к лежащим сверху купюрам и оставил на них свои отпечатки.

Грицкий испуганно обернулся и отскочил от чемодана.

— Добрый вечер, гражданин, — с улыбкой на устах поприветствовала вора я. — Что ищете? Впрочем, вижу, что вы все уже нашли. И как вам улов?

На мое издевательское обращение вор в считаные минуты извлек из кармана маленький складной ножичек и, раскрыв его, направил лезвие в мою сторону. Я поняла, что драки не избежать, и напряглась. Нужно было заставить Грицкого напасть первым, и поэтому я так же нахально произнесла:

— А поделиться не желаешь?

В следующую секунду Грицкий понесся на меня, зло сжав свои и без того тонкие губы. Пугаться мне было некогда, так что я собрала все свои силы и, мысленно рассчитав траекторию удара направленного на меня ножа, приготовилась отразить его. Сделать это мне удалось, и через мгновение после того, как я поймала руку нападавшего своей, а нож благополучно отлетел в сторону, мы схватились врукопашную.

Не обладая никакими навыками боя, Грицкий упрямо толкал меня к стене, нанося удары лишь ногами. Делал он это для того, чтобы получить возможность стукнуть меня головой о стену. Но, как говорится, не тут-то было. Я с легкостью отбила все его удары, а заодно и охоту обижать меня. Затем без особого труда сама прижала мужичка к стене, несколько раз «помассировала» кулаками его лицо, тряхнула как следует, отошла на шаг назад и достала наручники. Потом сцепила ими руки вора, еще не успевшего до конца понять, что с ним собираются сделать, и спросила:

— Ну что, может, теперь попробуем еще раз поговорить? Или еще повоюем?

Воевать Грицкий не хотел, хотя и не особо горел желанием со мной разговаривать. Правда, выбора у него все равно не было. К тому же вор понял, что со мной ему не справиться, а сбежать не удастся. По всей видимости, сообразив все это, он решил просто молчать. Меня же такое поведение задержанного совсем не устраивало, но я не стала пока впадать в раздражение и попыталась наладить отношения мирным путем. И начала с того, что представилась, показав «корочки».

— Давно вас здесь жду, гражданин Грицкий, — захлопнув «корочки» и убирая их в карман, произнесла я. — Думала уж, что не придете. Не хотите ли теперь рассказать, кто вас навел на это жилище?

Грицкий недовольно поморщился и отвернулся в сторону, демонстрируя полное нежелание со мной общаться. Я повторила свой вопрос еще раз, но к нему еще добавила:

— На твоем месте, гад, я бы рассказала все сама, а не ждала, когда прибегнут к более резким методам допроса.

— Не имеете права, — только и буркнул Грицкий и снова умолк.

— Не имеем? — усмехнувшись, намеренно язвительно заговорила я, давая своему пленнику понять, что он никак не сможет доказать факта избиения его работниками следственных органов. Впрочем, он и сам должен был все понимать, хорошо зная, в какой стране живет. — Я бы на твоем месте не была в этом так уверена.

Чтобы подтвердить свои слова действиями, я подошла к мужику поближе и, прошептав: «Лучше расскажи все сам», — ударила его в живот. Грицкий согнулся пополам, но даже не застонал.

— Ты, милый, думаешь, что мы и без твоих признаний твоего сообщника не найдем? Нет, найдем, раз уж вышли на тебя, — склонившись к лицу мужчины, зло прошипела я.