Три цвета одного убийства - Михаил Март

Очутившись во дворе, они заглянули в скверик. Бомжа Яши на месте не оказалось.

– Это какая-то закономерность, – разозлился Шувалов. – Как только начинается следствие, все свидетели исчезают, словно их кто-то предупреждает или пугает. Видишь человека каждый день, но как только к нему возникают вопросы, он испаряется.

– А может быть, Яшку и впрямь напугали?

– Бомжа найти практически невозможно. Он ни к чему не привязан. Куда ветер подует, туда и идет.

Олеся перевернула мусорную урну, стоящую рядом с лавочкой, на которой спал бомж.

– Что ты делаешь? – Капитан не сразу понял ее идею.

– Рахим – строгий дворник. Он бы выгнал Яшку со двора, если бы тот мусорил. Днем здесь только жильцы с собачками гуляют. Значит, им нечего выбрасывать в урну. Все, что здесь есть, мог выбрасывать только Яшка. А по мусору можно многое узнать о людях. В доме алкоголика ты найдешь пробки и бутылки, в доме шлюхи – презервативы.

– Что я найду в твоем мусорном ведре? – усмехнулся кавалер.

– А ты поройся. Но сначала надо проверить эту урну.

К их удивлению, в урне оказалась упаковка от дорогой еды, даже банки из-под икры, а также проездной билет на метро за прошлый месяц и чек из магазина «Охотник», расположенного на Семеновской улице. В нем значился камуфляжный костюм ценой в пять тысяч рублей и указана двадцатипроцентная скидка. Интересная находка, но она ни о чем не говорила. Проездным билетом пользуются те, кто постоянно ездит на транспорте. Но куда мог ездить бомж?

– Пойдем ко мне и подумаем, – предложила Олеся. – И кофейку попьем.

– Не возражаю.

На лестничной клетке, сидя на ступеньках перед квартирой Олеси, их ждал Рахим.

– Я знал, что вы вместе вернетесь. Решил здесь подождать, чем у окна стоять.

– Что-то вспомнили? – спросил Шувалов.

– Нет. Додик вернулся. Машина его на месте стоит, и свет в окнах горит. Он видел ту девушку.

Новость их порадовала. Решили сходить к свидетелю, пока тот не лег спать.

Дворник сам позвонил в дверь, сказав, что посторонним хозяин не откроет. Ему он открыл. Маленький лысенький шарик с выпученными испуганными глазами.

– Со мной человек из полиции. К вам есть вопросы, Давид Семеныч. Это очень важно.

Шувалов тут же предъявил свое удостоверение.

– Я только что приехал. Ничего не знаю, ни в чем не замешан…

– Нас интересует ваш отъезд, – мягко, почти нежно произнес капитан.

– Уезжал ночью. Утром шоссе перегружено, до Шереметьева не доберешься, а ночью свободно. У меня рейс на семь десять утра. Могу билет показать.

– А во сколько уехали из дома?

– В час тридцать футбол по кабельному закончился, я переоделся, взял чемодан и поехал. Очень боюсь опоздать. Уж лучше в зале ожидания подремать.

Он все еще стоял на пороге и не собирался приглашать в квартиру поздних гостей.

– Вы кого-нибудь видели, выходя из дома?

– Нет. То есть да. Я спустился на лифте, и он тут же уехал наверх. Странно. Кто еще может выходить в такое время на улицу. Лифт поднялся на седьмой этаж, а потом поехал вниз. Я никого не знаю с седьмого этажа. Хотел достать из почтового ящика газеты, но у меня замок заел. Пока я с ним возился, из лифта вышла очень красивая девушка, брюнетка с длинными волосами – вылитая Джина Лоллобриджида. Я даже обомлел. Она была очень напугана, как мне показалось. Я вежливо поздоровался, но она меня даже не заметила, а пулей выскочила на улицу. Я вышел через полминуты. Она садилась в «Мазду», стоящую у подъезда. И тут же уехала. Вот и все.

– Вы ее видели около двух? Примерно без пятнадцати два.

– Вероятно, так.

– Хорошо. На сегодня все, а завтра мы ваши сведения запротоколируем. Извините за беспокойство.

– А что случилось-то? На воровку она не похожа, и у нее, кроме сумочки, ничего не было в руках.

– А вы и руки ее рассмотрели?

– Обручального кольца она не носила – значит, незамужняя – и вообще была без украшений. Изящную фигурку обтягивал кожаный костюмчик с короткой юбочкой.

– До завтра.

Слова дворника подтвердились, а слова Алины были ложью. Но она могла не сознаваться в том, что была у Владлена. Это же просто. Свидетель, видевший ее через окно, ошибся. Слово против слова. В случае убийства так не рискуют, если только она не знала о том, что ее фотографируют. Бармен из «Светлячка» очень хорошо описал фотографа из подъезда дома напротив. Даже в марке сигарет не ошибся. Но он и Алину запомнил. Фотограф встречался с Алиной в «Светлячке» до убийства Зверева. Зачем? Хотел узнать адрес конспиративной квартиры? Или предупредил Алину о слежке? Она могла знать о наблюдателе. Тогда не стала бы убивать человека, позируя перед объективом. Но и это не главное. У Алины нет мотива. Она независима и в любой момент может плюнуть на всех вместе взятых и уехать. И еще – свидетель не видел на руке девушки кольца. Тогда кто же его взял? Под маской Алины скрывается Вероника Жгун, уже отсидевшая срок за убийство. Она понимает, что входит в число подозреваемых. Даже руки перевязала бинтами, чтобы с нее не смогли снять отпечатки. Девушка ходит по лезвию бритвы и не думает удирать. Откуда такая уверенность в собственной безопасности?

Они вышли на улицу.

– Скажите, Рахим, а на какие деньги живет бомж Яша? Гляньте, его до сих пор нет на месте. Может, он в «Националь» переселился?

– Яшка – мужик непростой. Деньжата у него водятся, это точно. Но он очень жадный. Зимой арендует однокомнатную квартиру на первом этаже этого дома. Недешевое удовольствие. А с середины мая по октябрь спит в скверике. Это ему ничего не стоит.

– Где он деньги берет?

– Артист хороший. Инвалидом прикидывается. Деньги в метро собирает, по вагонам с гармошкой на инвалидной коляске шастает. А вечерами в парке Горького в шахматы на деньги играет. Так что он человек занятой.

– Но спать-то сюда ходит?

– Всегда. А сегодня куда-то запропастился. Я даже беспокоюсь.

– Может, в участок забрали?

– Таких не трогают. Полиция от него мзду получает.

– Он мне нужен, Рахим.

– Увижу, дам знать.

Шувалов подал дворнику свою визитную карточку.

– Тут все мои телефоны. Найти меня не трудно.

На том и порешили.

Вася с Олесей направились к девушке домой. Надо же когда-то дойти до места. Поднимаясь на лифте, Олеся вновь проявила смекалку:

– Я завтра выходная. Если Яшка не придет, мы его найдем.

– В нашем-то метро? Шутишь?

– Магазинов «Охотник» везде полно. Но он заходил в тот, что на Семеновской. Значит, работает на Измайловской линии. А там пересадок мало. Вряд ли он до центра доезжает. На «Курской» ментов полно. Самый тихий участок – от «Щелковской» до «Электрозаводской». Там и надо его ловить.