Год огненного жениха - Дарья Калинина

— Когда Коля уходил, у него при себе была вместительная сумка, — продолжал все тот же голосок в трубке. — А выглядел сам Коля при этом как обычно. Спокойный, уверенный. Алло! Вы слушаете? Таня сказала, что вам это важно знать.

— Да, спасибо. Важно.

Мысли Верочки были сосредоточены на предстоящей покупке. И она никак не могла перестроиться.

Валя уже начала прощаться, но тут Верочка вспомнила еще одну вещь.

— Скажите, ведь это вы были в смене, когда во вторник у Эммы Леонидовны случилась кража?

— В смене была я. А вот насчет кражи… Не было никакой кражи.

— Как?

— То есть, может быть, кража и была. Но мастер, которого обвиняла Эмма, в ней не виноват.

— А кто тогда?

— Я не знаю. Но понимаете, я ведь хорошо знаю этого мастера. Он уже не первый раз приходит к нам. То поправить, то починить, то подключить новых клиентов. И никогда к нему не возникало никаких вопросов.

— Но зачем он тогда замаскировался?

— Кто вам сказал?

— Очки, надвинутая на глаза шапка, наклеенная рыжая борода.

— Борода у него своя! Очки носит, потому что зрение слабое. А шапка… Холодно же на улице, зима все-таки. Поверьте, он очень порядочный человек. Отец семейства. У него две девочки и сын. К тому же они с женой оба верующие, в храм ходят, благотворительностью занимаются. Такой человек не стал бы делать того, в чем его пытается обвинить Эмма.

— Хорошо, я поняла, — торопливо произнесла Верочка, еще не решившая, что ей делать с этой информацией. — Всего вам доброго и спасибо за звонок.

— С наступающим вас!

Верочка заторопилась закончить разговор, потому что увидела пробирающуюся в ее направлении знакомую продавщицу, в руках у которой была заветная коробка. Верочка даже зажмурилась от предвкушения счастья. Теперь-то она уж точно получит свои туфли!

Но тут совершенно неожиданно в сказку вмешался Андрей.

— Пойдем дальше, — грубо произнес он, спустив Верочку с небес на землю. — Там будут туфли еще лучше. Я знаю!

— Нет, нет! — в панике замотала головой Верочка. — Ни за что! Я должна купить именно эти туфли. Во что бы то ни стало!

— Потом вернешься за ними и купишь.

— Нет, сейчас! — заупрямилась Верочка.

Нашел тоже дурочку! А вдруг за это время туфельки купит другая Золушка?

Андрей попытался поднять ее, но Верочка сидела на пуфике, как приклеенная. Андрей силой приподнял ее, взяв под мышки, но Верочка предусмотрительно разувшись, тут же поджала босые ноги и повисла в воздухе.

— Что ты вытворяешь? — сердито прошипел на нее Андрей.

— Я должна их купить. Понимаешь? Должна! Это дело пяти минут. Неужели нельзя подождать?

— Нельзя! Мы должны быть через три минуты…

— Где? — рассеянно откликнулась Верочка, наблюдая за тем, как к ней все ближе по воздуху чьи-то руки несут волшебно-розовую коробку, перевязанную самой прекрасной на свете белоснежной кружевной лентой.

Да за одну только коробку можно купить эти туфли. Это же не коробка, это шкатулка для… для чего угодно. Хоть пуговицы туда складывай, хоть нитки. Да, решено, с сегодняшнего дня Верочка займется вышиванием. Она давно уже присматривалась к изящному рукоделию. Купит пяльца, купит нитки с иголками, подберет подходящий рисунок и примется его вышивать. Нитки лучше взять шелковые, ручная вышивка шелком — это так изысканно! Ею можно украсить все, что угодно. И вещь приобретет оригинальность. Такую вещь можно и подарить, любой будет рад получить такой подарок. И значит, купив такие дорогие туфли, Верочке еще и удастся прилично сэкономить. И на скидке. И на подарках, которыми она завалит своих близких.

— Чудесно! Волшебно!

Неизвестно, к чему относилось это восклицание. То ли к собственному умению экономить, то ли к туфлям. Верочка и сама видела, что туфли подошли ей идеально. Они сидели на ней так ловко, словно мастера на фабрике имели у себя перед глазами мерку, снятую с ножки самой Верочки.

— А вот тут порошок и тряпочка для полировки стразов, — щебетала продавщица.

Верочка глянула и ахнула. В красивой картонной коробочке, обитой тем же кружевом, лежала крохотная баночка с чем-то белым. А рядом уютно устроилась свернутая в красивый цветок бело-розовая бархотка. Бархотка, украшенная в центре стразом такого же цвета и огранки, какие в избытке украшали сами туфли. Это же был высший класс.

— Беру! — выдохнула Верочка, не веря, что это происходит именно с ней. — Я их беру!

Расплачиваясь у кассы, она краем глаза увидела, как Андрей с Сашей о чем-то совещаются вполголоса, стоя у витрины. Вид у обоих был озабоченный и огорченный. Но Верочка заметила это мимоходом и забыла. Счастье от обладания туфлями превысило все прочие неудобства.

Получив покупку, Верочка подошла к друзьям.

— Ну что? Теперь я готова идти куда пожелаете.

В ответ Андрей лишь хмуро взглянул на нее и процедил сквозь зубы:

— Уже никуда не надо.

— А что так? Почему?

Андрей не ответил. Вместо этого он отвернулся от Верочки, словно весь ее сияющий вид и нарядный пакет в руках были ему нестерпимо противны.

Недоумевая, какая муха его укусила, подруги взглянули на Сашу. Что скажет он? Саша тоже выглядел невесело. Но хамить, как его брат, все же не стал.

— Раз так, можно пойти и поесть мороженого, — предложил он девушкам. — На верхнем этаже есть мороженица. Как вы?

— Мы за!

Девушки надеялись, что сладкий десерт поможет Андрею справиться с охватившим его приступом раздражительности. Сладкое кому угодно настроение поднимет.

— С чего вдруг Андрей так на нас окрысился? — чуть отстав от братьев, прошептала Верочка.

— Не понимаю. Похоже, характерец у него не того… Не сахар.

— Да уж. Но, главное, туфли я купила!

Поднявшись на четвертый этаж, друзья провели подруг в кафе. Теперь они никуда не торопились. Шли не спеша, о чем-то вполголоса разговаривали. И к чему было четверть часа назад устраивать такой ажиотаж и не давать подругам даже полюбоваться на выставленные в витринах платья, сумочки, бижутерию и прочие восхитительные штучки, без приобретения которых совершенно никак нельзя обойтись в канун такого важного праздника? Это же просто необходимо купить. И как мужчины сами не понимают таких простых вещей?

— Что будете заказывать?

Андрей держался резко, почти грубо. Можно было бы прямо сейчас встать и уйти. Но подруги были настроены миролюбиво и решили дать ему последний шанс.

— Я хочу сливочный пломбир с миндальными лепестками.

— А я шоколадное со взбитыми сливками.

Мужчины ограничились кофе. Они даже сахар в него не положили! Девушки с огорчением наблюдали за тем, как их знакомые прихлебывают крошечными глоточками горькую черную жижу и понимали, что от такого напитка настроение в их компании никогда не улучшится.