Дневник пакостей Снежинки - Дарья Донцова

Спокойная речь Олимпиады, ее внешний вид произвели, похоже, хорошее впечатление на полицейского. Он затребовал запись с камер, убедился, что Липа рассказала чистую правду, и спросил:

– Знаете нападавшую?

– Впервые сегодня ее видела, – пояснила Маркина, и ее отпустили.

С Яковлевой повели другой разговор. Карина, в отличие от Липы, вела себя агрессивно, кричала:

– Я хотела взять тортик, а она раньше успела!

Потом разрыдалась.

– Знаю, она дрянь со всех сторон. Из-за нее я всего в жизни лишилась, нигде устроиться не могу!

– Маркина с вами ранее не встречалась, – возразил дознаватель.

Его слова вызвали новую волну истерики, задержанная потеряла человеческий облик.

– А-а-а! Я так жутко выгляжу! Она меня не узнала!

И изложила историю про самран во всей красе. Как Липа торговала ампулами. Карину несколько раз пытались остановить, но она не замолкала. Пришлось бедняге дознавателю все записать.

– И чем дело закончилось? – поинтересовалась я.

– Яковлевой за мелкое хулиганство присудили отработать в супермаркете. Полы у них мыть. Так она и на суде про самран рассказать пыталась, начала вещать, да судья ее живо окоротила.

– Соломоново решение, – пробормотала я. – Есть контакт Карины?

– Обижаешь! Конечно.

– Сбрось мне.

– Уже летит! Сейчас получишь, – пообещал Кузя.

Я умылась, оделась, спустилась на первый этаж и нашла в зоне кухни Нину Сергеевну, та стояла около мойки.

– Доктор велел вам не опираться на ногу, – встревожилась я.

Няня помахала травмированной конечностью.

– Она в воздухе висит, я прыгаю на здоровой лапке. Тяжело весь день в позе падишаха в кресле находиться.

Мой взгляд переместился на сковородку, которая стояла на плите.

– Какие аппетитные тостики, – вырвалось из самого сердца, – сейчас так называют куски хлеба, поджаренные в тостере. А во время моего детства так именовали кусочки батона, которые сначала обмакнули в смесь взбитых яиц с молоком, а потом пожарили на сливочном масле. Моя бабушка перед подачей на стол посыпала их сахарным песком. Получалось невероятно вкусно.

– Именно так я и сделала, – засмеялась Нина, – только Дунечка мала пока для такой еды. Взрослым приготовила. Полковник спозаранку десять штук уложил в брюшко. Ох, понимаю, ему это непользительно. Но очень приятно кормить молодого мужчину со здоровым аппетитом. Дегтярев куда-то уехал. Кусочки, что на сковородке, я вам только что пожарила!

– Огромное спасибо, – поблагодарила я, – сто лет эту вкуснятину не ела и забыла про нее.

– А ведь как просто, – защебетала Нина, ловко прыгая вдоль столешницы. – Режем батон, только нельзя брать «французский» или из какой-то пекарни. Нужен наш, по ГОСТу. Нарезаем кусочки толщиной в палец. Одно куриное яйцо разбалтываем вилкой, наливаем в него молочка, где-то кружечку, размешиваем, на сковородке распускаем сливочное маслице. Говорят, оно не полезное. Но я в эту чушь не верю. Как маслице от коровки может быть вредным? Опускаем ломтики хлебушка на пару секунд в смесь, потом вынимаем и жарим, как оладушки. Все! Вкусно. Для кошелька необременительно. Перед зарплатой очень хорошо. И утром прекрасно, много времени на готовку не уходит. И вечером отлично. Вам понравилось?

Я, успевшая уже проглотить оба тоста, кивнула.

– Прямо как в детстве. Но, Нина Сергеевна, готовка на всю семью не входит в ваши обязанности.

Пантина показала на холодильник.

– Так ничего нет.

Потом посмотрела на помойное ведро.

– А там гора коробок из-под пиццы.

– Я забыла купить продукты, – пригорюнилась я, – и, признаюсь, повариха из меня ужасная. У меня только одно коронное блюдо!

– Какое? – поинтересовалась няня.

– Прекрасно кипячу воду в чайнике!

Нина рассмеялась.

– Ну, это не у всякой получится. Дашенька, Господь большой шутник. Вы хотели выйти замуж? Страстно? Вот так, что прям… ух!

– Нет, – честно ответила я, – конечно, я влюблялась, но патологической тяги затащить мужчину в загс никогда не испытывала.

– Но состоите вы в счастливом браке!

– Вообще-то, у меня за плечами несколько разводов, – призналась я. – Мои бывшие супруги прекрасные люди. Но, как только мне становилось понятно, что наша жизнь превратилась в союз двух равнодушных друг к другу особей, которых объединяет исключительно быт, я сразу уходила. Не надо брать с меня пример. Я вела себя неправильно!

– Вот поэтому я и говорю: Господь любит пошутить, – вздохнула няня, – вы замуж не хотели. Но счастливы с Феликсом, родили двоих детей.

Я не стала объяснять няне, что мне сын и дочь достались уже готовыми, правда, совсем маленькими, я воспитала и мальчика, и девочку, но на свет их произвели другие женщины.

– Готовить вам не очень нравится, – продолжала Нина, – вы по менталитету не домашняя хозяйка. Но быт, особняк, собаки, внучка – полный набор. А я со школьных лет представляла себя женой, мамой… Мечтала об огромной семье, доме в деревне, хозяйстве… И что? До загса так ни разу и не дошла. Деток нет! Животных тоже! Обожаю готовить! Лучший отдых для меня – постоять у плиты. А не для кого! Я поэтому и в няни пошла, чтобы хоть чужого ребеночка на руках подержать. Если вам понравились мои тостики, не отгоняйте меня от сковородки! Разрешите покайфовать!

Я всплеснула руками.

– Нина Сергеевна! Вам трудно представить, с какой радостью я отдам вам все кастрюли! Никак не могу найти помощницу по хозяйству.

– Так это я, я, я! – закричала Пантина. – Все успею! Дунечку со всех сторон оближу, еду приготовлю. Только продукты купите!

– Прямо сейчас поеду в супермаркет, – обрадовалась я, – список составьте.

– Яйца есть? – деловито осведомилась няня.

– Не знаю, – ответила я, – про соль, сахар, крупу тоже не спрашивайте.

– Сейчас ревизию живенько проведу, пока Дунечка не проснулась, – воскликнула Нина и поскакала на одной ноге к холодильнику.