Рассказы - Роберт Альберт Блох

Мы попадаем туда пораньше. Я покупаю пару плавок для Сквота и провожу его в раздевалку. Кроме этого, я ничего ему не говорю.

— Я дерусь сегодня вечером? — спрашивает он.

— Конечно, — отвечаю я. Но не даю никаких инструкций или заданий. Я хочу, чтобы он оставался таким же неуклюжим, как всегда, и я знаю, что он не может видеть дальше десяти футов.

Поэтому я очень рад, когда толкаю его на ринг и диктор объявляет толпе о главном поединке между Мускулистым Моррисом и Головорезом из Рангуна. Это мое последнее счастье в этот вечер. Потому что звонит колокол, Мускулистый и Громила выходят из своих углов, и борьба продолжается. Мускулистый быстро вылетает из ринга. Он возвращается быстрее. Мускулистый снова вылетает. Он возвращается снова. Я протираю глаза. Что происходит? Это очень просто. Бронзовый идол Сквот просто стоит в центре ринга. Он не может видеть Мускулистого, пока тот не приблизится. Когда он замечает его, он просто поднимает одну ногу и пинает Мускулистого. И бронзовая нога просто отбрасывает соперника назад в угол. Толпа орет, а Мускулистый занимает новую позицию. Он входит, пригибаясь. Но Сквот к этому готов. Он берет мускулистого Морриса на бронзовые руки и вальсирует с ним минуту. Потом ему это надоедает, и он начинает щуриться. Он что-то ищет — что именно, я не знаю.

Тогда я догадываюсь. Он просто думает, куда его бросить. Он выбирает место примерно в сорока футах от нас и пускает соперника в полет. Двести пятьдесят фунтов чемпиона-борца пролетают над головами толпы и приземляются прямо на балконные сиденья.

— Эй! — пронзительно кричит рефери. Сквот оглядывается, вздрагивает и видит рефери позади себя. Естественно, поскольку я ничего ему не говорил, он не понимает происходящее. Рефери для него просто еще один борец. И, будучи легче, рефери проплывает шестьдесят футов и приземляется в галерее.

— Прекрати это! — кричит Болтун Горилла, перелезая через канаты.

Сквот тянет к нему бронзовые руки. Он делает один-единственный выпад и подхватывает Болтуна на бегу. Он начинает раскачивать его.

— Стой! — кричу я из-за веревок.

Сквот — очень послушная личность. Он останавливается прямо там, где стоял, и бросает Гориллу на пол. Он роняет его довольно сильно, потому что голова Гориллы проходит прямо сквозь брезентовый пол ринга. Остальная его часть застряла и просто извивается в воздухе. Это выглядит очень смешно, но не для толпы. Они кричат и вопят, и несколько мальчиков впереди готовятся подняться на ринг. Я быстро хватаю Сквота за руку.

— Давай, нам надо бежать! — кричу я.

И мы это делаем. Вниз по проходу и из кабака, с толпой по пятам.

— Беги быстрее, громила!

Мы выскакиваем на улицу как раз вовремя. Я бросаюсь за ближайший угол. Там ждет такси.

— Сюда, — выдыхаю я. Мы забираемся внутрь. Такси отъезжает. — Водитель, — зову я. — Отвези нас к…

— Он знает, куда везти, — говорит мягкий голос.

Я оборачиваюсь. Джек Фу Гроан улыбается мне. В руке у него револьвер, и револьвер не улыбается. Он просто пристально смотрит на меня своим маленьким черным глазом.

— Верно, — говорит Джек Фу Гроан. — Сиди очень тихо. И скажи своему кумиру, чтобы тоже сидел спокойно. Никакой борьбы, никаких шуток, или я поставлю тебе свинцовые пломбы.

Я не согласен на это предложение о любительской стоматологии, поэтому сижу на месте и говорю Сквоту, чтобы сделал то же самое.

— Как же так? — спрашиваю я, когда такси отъезжает.

— Я увидел объявление в газете, и понял, кто этот Головорез из Рангуна, — говорит Джек Фу Гроан.

— Это я могу понять, — отвечаю я. — Но зачем тебе Сквот? Ты говорил мне забрать его.

— Забрать миллион долларов? Ты настолько нелеп, что кажешься глупцом, — улыбается Фу стон.

— Миллион долларов?

— Возможно. Некоторые большие суммы, как эта. Вот что готов предложить мистер Отис Джеркфинкл.

— Тот парень, который ищет тебя и утверждает, что он куратор?

— Именно. Отис Джеркфинкл — хранитель богатого частного музея. Узнав, что у меня есть эта коллекция сокровищ восточного искусства, он ищет меня, чтобы предложить огромную сумму денег за идола бога Сквота. Так что, боюсь, мне все-таки придется снова отнять у тебя кое-что.

Примерно в это время мы подъезжаем к закусочной и выходим в переулок. Таксист не видит револьвера, но я вижу, поэтому стою очень тихо, и Сквот тоже. Мы снова заходим в маленькую комнатку на заднем дворе. Я вхожу, и Фу Гроан следует за мной. Сквот стоит снаружи.

— Теперь отпусти меня, — говорю я.

— После того, как я позвоню Джеркфинклу и скреплю договор, — мурлычет Джек Фу Гроан. — А пока ты останешься здесь и будешь охранять их.

Он достает рубины и кладет их на стол. Потом уходит.

— Сквот снаружи, — говорит он мне.

— Почему бы не принести статую сюда, пока я жду? — предлагаю я.

Он улыбается.

— Нет, друг мой. Ты знаешь старую поговорку: «Дьявол найдет работу рукам идола». Прощай.

И он выбегает, запирая за собой дверь. Я слышу шепот в зале, потом тишина.

— Подойди, Сквот! — кричу я через дверь. — Сломай замок и выпусти меня.

Нет ответа.

— Сквот… выпусти меня отсюда!

Вдруг я слышу глубокий раскатистый смех.

— Выхода нет, — хихикает Сквот. — Я охраняю тебя. Человек сказал мне, кто ты. Ты парень, который украл мои глаза. Довольно скоро он вернется. Я заставлю тебя заглянуть мне в глаза. Тогда я разорву тебя, вор-похититель, на мелкие кусочки!

— Но мы же друзья, Сквот! — уговариваю я. — Разве я не позволял тебе бороться и все такое?

— Ты отдашь мне глаза, и я поборюсь с тобой довольно скоро. Я поборюсь с тобой до смерти.

Я вздрагиваю и смотрю на рубины. Большие драгоценности светятся на мне, сверкающие и полные огня. Они смотрят на меня, как глаза. Глаза Сквота. Они подмигивают мне. Как глаза двойника.

Я думаю о том, что ждет меня там — об этом бронзовом идоле, огромном и ужасном, с большими руками и длинными клыками. Он может говорить смешно, но в его действиях нет ничего смешного. Это демон. И он хочет добраться до меня. Черт бы побрал его глаза! Его глаза… я снова смотрю на рубины. Но времени на разглядывание не так уж много. Фу Гроан движется быстро. Не успеваю я опомниться, как он