Бешеный волк - Владимир Колычев

– Та-ак, – протянула она. – А ну пошли!

Решительно схватила его за руку и потянула на кухню. Усадила за стол. Вытащила из холодильника бутылку водки. Налила ему полный стакан.

– Пей!

Женя кивнул. Нерешительно взял стакан, подумал и залпом осушил до дна. При этом его чуть не стошнило. Он долго закусывал – благо было чем.

– Так, а теперь говори, что там у тебя случилось? – потребовала Лада.

– Я же говорю, мне дали пинка под зад.

– Может, можно что-то исправить?

– Вряд ли. Хотя…

– Что хотя?

– Мне уже намекнули. Что надо дать на лапу.

– Ты имеешь в виду взятку? – удивилась Лада.

– А что тут такого?

– Разве, чтобы сняться в кино, нужно платить?

– Святое дитя! В этой дурацкой стране платить нужно за все! Ты думаешь, у нас в кино гении снимаются? – завелся Женя. – Нет! В кино снимаются те, у кого есть деньги, чтобы заплатить. Если хочешь просто сняться – плати ассистенту. Если тебя интересует главная роль – отстегни режиссеру. Так всегда и везде. Замкнутый круг. Порочный круг…

– Что же теперь делать?

– Не знаю, – пожал плечами Женя. – Но в кино сниматься я буду!

Думал он долго. И, похоже, на ум пришла хорошая мысль. Морщины на лбу разгладились, взгляд просветлел.

– У Маши есть деньги. Что, если я попробую у нее занять?

– А много надо?

– Думаю, тысяч пять долларов. На главную роль это, конечно, не потянет. Но можно блеснуть во втором плане. К тому же у нас все кино держится на ролях второго плана.

– Я бы могла тебе занять пять тысяч.

С деньгами расставаться не хотелось. Пять тысяч – это слишком много. Тем более у нее не было источника дохода. Впереди ждали исключительно расходы. Но ей очень хотелось помочь Евгению. Не хватало еще, чтобы он в самом деле в петлю полез.

– Ты что? – возмущенно протянул он. – Ты думаешь, я могу взять у тебя пять тысяч? А вдруг я не смогу их отдать? Нет, нет, даже не думай. Спасибо тебе, конечно, большое. Но я не хочу тебя утруждать…

Женя выпил еще. Покушал. И только после этого отправился к сестре.

Вернулся он поздно вечером. Довольный. Глаза сияют.

– Можешь меня поздравить, Маша заняла мне денег. Ровно четыре тысячи.

– Тебе же пять надо.

– Ты думаешь, я совсем нищий? Нет, кое-какие сбережения у меня есть. С ними как раз будет пять тысяч… А потом я раскручусь. Известным стану. В рекламах сниматься буду. А это живые деньги.

– Ты же и без того снимаешься.

– В рекламе шампуня? – улыбнулся Женя.

– А разве нет?

– Ты меня хоть раз по телевизору видела?

– Нет.

– То-то же… Не снимался я ни в какой рекламе. Это я тебя, скажем так, в заблуждение ввел. Чтобы впечатление на тебя произвести. Но ничего, скоро я на самом деле сниматься буду. Посмотрим, что ты скажешь, когда я знаменитым актером стану!

– Какая мне разница, – пожала она плечами. – Знаменитый актер ты или нет. Ты мне любым нравишься.

– Я тебе нравлюсь?! – оживился Женя. – Это правда, я тебе нравлюсь?

Как будто самое радостное событие в его жизни случилось.

– Если бы не нравился, я бы уже давно от тебя ушла.

Кажется, она говорит что-то не то.

– И не надо! И не надо от меня уходить! Нам с тобой вдвоем хорошо. Правда же, нам так с тобой хорошо!

Он взял ее за руку, привлек к себе.

– Я уже давно хотел тебе это сказать, – жадно задышал он ей в ухо.

Запах крепкого мужского пота пьянил – приятное ощущение разлилось по всему телу. Голова пошла кругом, в руках и ногах появилась непонятная слабость. Конечно, Женя нравился ей. И сейчас она поняла, насколько сильно.

– Что ты хотел мне сказать? – в предвкушении красивых слов спросила она.

– Я хотел сказать… Я хотел сказать, что я люблю тебя. Да, я тебя люблю!

Он крепко прижал ее к себе. Коснулся языком мочки уха. Невероятной силы ощущение захлестнуло ее с головой. Лада почувствовала, что теряет рассудок. Глаза закрылись, голова запрокинулась назад как будто сама по себе.

Женя подхватил Ладу на руки, понес в свою комнату, мягко уложил на постель. Его руки как бабочки порхали вдоль всего ее тела, ласково и трепетно касались потаенных мест. Ей казалось, что сейчас она сойдет с ума от наслаждения.

Умом она еще сопротивлялась. Но тело уже не могло совладать с нежным натиском. Надо было сделать Жене больно, чтобы он оставил ее в покое. Но руки не повиновались. Ноги тоже. Мало того, они сами раздвигались ему навстречу. Она их сжимала, а они…

– Подожди, не сейчас. Сходи в душ! – из последних сил попросила она.

Он мог бы ее не послушать. И тогда ничто не смогло бы его остановить.

– Как скажешь, дорогая!

Женя спорхнул с нее, накрыл одеялом и быстрым шагом направился в душ.

– Один момент…

Лада перевела дух. Вздохнула – как будто сбросила с себя очарование. Быстро поднялась с постели, закуталась в халат и бегом в свою комнату. Как хорошо, что дверь закрывается на защелку.

Женя стучал в дверь, клялся в любви, обещал горы свернуть ради нее, бросить весь мир к ее ногам. Лада верила. Но дверь не открывала…

Утром он ушел, как всегда, рано. Лада прибралась в квартире, приготовила обед, села за учебники – к вступительным экзаменам она готовилась всерьез и основательно.

Женя пришел к вечеру. С огромным букетом цветов. Эффектно встал перед Ладой на одно колено, вручил ей цветы и, как бы в ожидании приговора, склонил голову.

– Хороший ты мой! – Она лишь провела рукой по его волосам.

Он попытался поймать ее. Но Лада увернулась. Она уже прекрасно знала, что от этого красавца нужно держаться подальше. Иначе пропадешь в омуте искушения.

– Тебе кто-нибудь говорил, что ты самая лучшая?

Похоже, он не собирался ослаблять натиск. Если так пойдет дальше, Лада может не выдержать.

– Между прочим, я с одной женщиной по телефону договорилась, – сказала она. – Могу хоть завтра получить ключи от превосходной однокомнатной квартиры в Выхино.

Женя сразу сник.

– Намек понял, – удрученно протянул он.

– Ничего ты не понял, – невесело усмехнулась она. – Ты мне нравишься. В самом деле нравишься. Но уступить я не могу. У меня есть определенные принципы.

– А ты думаешь, я это не понял? – Он снова воспрял духом.

Снова встал перед ней на колено. Склонил голову, правую руку положил себе на сердце.