Бедная миллионерша - Дарья Калинина

Впрочем, обморок долго не продлился. У Тани было еще великое множество дел, которые ей предстояло переделать. Так что Таня пришла в себя довольно быстро.

Несколько глотков воды придали ей сил, и она смогла заговорить:

– Это мое!.. – воскликнула она, протягивая дрожащую руку в направлении конверта с письмом. – Это мне!

– Что твое? Что тебе?

– Письмо адресовано мне! Это моя бабушка его написала! Для меня!

После этого заявления возникла пауза. Все мужчины недоверчиво смотрели на Таню. Даже в лице бабы Гали, которое выглядывало из-за их спин, читалась жалость, словно Таня была тяжело больна и бредила.

– Бедная девочка, – пробормотала женщина. – Сколько тебе пришлось пережить. Неудивительно, что теперь тебе то любимый муж, то бабушка всюду мерещатся.

– Нет! – помотала головой Таня. – Мужа я никогда не любила. И да, мне он чудится. А вот бабушку я обожала, но до сегодняшнего дня она мне, как вы это говорите, не чудилась. Да и сейчас мне ничего не чудится. Я точно знаю, это письмо бабушка написала мне! Это ее почерк! И Плюшка – это я!

– Детонька! Тростиночка! Какая из тебя плюшка? Плюшка – это булочка. А ты скорее худышка!

– Бабушка так меня называла, – упрямо произнесла Таня, сжимая кулачки от злости, что ее словам никто не верит. – Бабушка в шутку звала меня Плюшкой. Не сейчас, а в детстве. В детстве я была очень пухленькая и любила сдобу, особенно плюшки, которые пекла бабушка. Начиталась «Карлсона» и клянчила у бабушки плюшек. Она мне пекла булочки, говорила, что это плюшки, и я все время их просила. Вот она меня и прозвала Плюшкой.

– Гхм! – кашлянул Слава. – Допустим, письмо для тебя. И откуда в кармане Филинова взялось адресованное тебе письмо? Он его у тебя украл?

– Нет. Я никогда не получала от бабушки писем.

– Судя по цвету бумаги и чернил, этому письму уже не один год.

– Конечно. Бабушка последние годы совсем не понимала, что происходит вокруг нее, да и кто она такая, тоже воспринимала через раз. Навык связной речи и письма она утратила еще раньше.

– Бабушка в письме упоминает, что раньше в пятнадцать лет девушки были уже взрослыми, но тебя она называет малышкой.

– Мне двадцать пять.

– Значит, письму лет десять.

– Десять лет, – пробормотала Таня. – Ровно столько, сколько лет я провела замужем.

Егор взглянул на нее с недоумением, но Таня не обратила на это внимания.

– В письме твоя бабушка пишет, что вынуждена была отдать тебя на воспитание старому другу вашей семьи.

– Ребята, дайте! – не вытерпела Таня. – Дайте же мое письмо!

Письмо вновь оказалось у нее в руках. И Таня, сама не веря тому, что это происходит с ней, стала жадно вчитываться в строчки, написанные таким родным и хорошо знакомым ей бабушкиным почерком: