Время "Ч" - Алексей Борисов

Андрей снова прикрыл глаза и открыл их только через час. Сквозь сон он смутно разобрал, как хлопнула тяжелая дверь за убегавшей Ларисой, но продолжил спать…

— А еще говорят, что я — чемпионка по сну!

Помощник депутата с удовольствием потянулся. Кошечка, лежавшая у него в ногах, встала и явилась за порцией поглаживаний.

— Сейчас завтрак будет готов, вставай.

— Ай да сервис! Я не ослышался?

Екатерина метнула в Андрея диванную подушку, обратив кошку в бегство.

— Между прочим, уже без пяти десять.

— Дай ветерану отдохнуть.

— Ветерану невидимого фронта?

— Абсолютно невидимого.

Вскоре, умывшись и почистив зубы, он уплетал яичницу с колбасой.

— Твое фирменное блюдо? — спросил Андрей, кусочком хлеба подбирая остатки желтка.

— Ты с каждым днем всё беспардоннее делаешься, — заметила Екатерина беззлобно.

— Творческий альянс крепнет.

— Скажи лучше, как мы с Полом свяжемся.

Это был уместный вопрос, так как поход в «Россию» исключался. Вчера, чтобы подстраховаться, Андрей настоял на звонке Хлебникову из таксофона. Не перегнул ли он палку? У них по-прежнему не было оснований считать, что Пол на мушке у преследователей. Встреча прошла гладко, к тому же американец далеко не ребенок, умеет работать с информаторами. Кроме гостиничного телефона, репортер оставил им длинный номер своего мобильного, но из таксофона на него не позвонишь.

— Продолжаешь дрыхнуть?

Он тряхнул головой.

— Нет, размышляю. Нам бы городской телефон с «восьмеркой». Само собой, не в этом доме.

— Где мы его возьмем? — Екатерина пожала плечами.

— Чтобы никого не подставить? Пожалуй, нигде. Сейчас и мобильники могут слушать, тут не угадаешь… Ладно, прочь сомнения. Пьем кофе и собираемся!

Пол позволил себе проваляться в постели до половины десятого утра, поскольку в полночь завершил разговор по защищенной посольской линии с Нью-Йорком. Шеф лично сообщил ему, что курьер с деньгами вылетит в 20.20 по времени восточного побережья из аэропорта имени Кеннеди и будет в Шереметьево в половине второго по Москве. Рик Ли гарантировал Полу авто с дипломатическими номерами, а взамен попросил, по его словам, права первой ночи. Иначе говоря, офицер ЦРУ хотел ознакомиться с окончанием секретной беседы сразу после получения кассеты.

Учитывая объем оказываемых услуг, он мог претендовать на это. Шеф Forbes тоже был патриотом Соединенных Штатов и не возражал против неформального взаимодействия с Лэнгли47.

Оставалось подождать контакта с Андреем и Екатериной, чтобы согласовать время и место. После всех стандартных телодвижений в ванной Пол заказал завтрак в номер, а за едой бегло просмотрел изложение своего вчерашнего доверительного разговора с чиновником из мэрии. Тот категорически отказался от диктофона, излагая захватывающие подробности приватизации некоторых госкомпаний и лакомых кусков недвижимости. Подробности, приведенные им, того стоили.

Хлебников перенес содержимое своего блокнота в ноутбук и довольно потер руки. Включив популярную столичную радиостанцию, которая транслировала зарубежную музыку, он с чувством подумал о том, что книга выйдет недурная. Даже название родилось на волне этого настроения: «История разграбления России».

Для выхода на связь с Полом они выбрали станцию метро «Алтуфьево» соседней, серой ветки, доехав туда на машине. Сценарий такого разговора обсуждали еще при встрече на набережной. Главное, чтобы американец ничего не забыл и не перепутал, про себя твердил Андрей.

Жетон с металлическим звуком провалился в таксофон, соединение произошло.

— Hello, Paul! — бойко начал Андрей. — It is Michael. What about a cup of coffee today?

«Хромает, конечно, мое произношение. Не Оксфорд и не Гарвард, увы. Ну да хрен с ним, лишь бы суть донести», — подумал помощник депутата.

— Michael? Oh, yeh! — Пол, кажется, сообразил, кто на проводе. — Well, I am ready.

— The same place, two hours later. Do you understand? — Андрей налег на интонацию.

— Of course! — выпалил его собеседник.

— Bye48, — и трубка с лязгом легла на рычаг.

Они трусцой покинули место звонка и свернули за угол, где их ждал Volkswagen беззаботно отдыхавшей и ничего не ведавшей Маши.

— Дошло до него? — спросила Екатерина, трогая с места.

— Судя по голосу, да, — сказал Андрей.

— А вдруг не успеет?

— Он другое время назвал бы, если б понимал, что опоздает.

Оставив «Алтуфьево» позади, сообщники мчались обратно к дому с ласковой кошечкой.

— Не гони, — посоветовал Андрей. — Времени еще навалом.

— Извини, — журналистка поежилась. — Волнуюсь я что-то.

— Всё получится.

— Не знаю. Тебе и правда везет, но…

— Что «но»?

— Не может везти бесконечно.

— Нам и надо-то всего один раз.

Екатерина метнула стремительный взгляд на Андрея.

— Ты потом куда?

— Когда закончим?

— Да.

Он ответил, как на духу.

— Решаю как раз. Пик скандала, мне кажется, лучше пересидеть где-нибудь далеко. От греха подальше. С кем у нас безвизовый въезд-выезд? Украина? Белоруссия?

— Там не достанут? — усомнилась она.

— Предпочитаю подальше рвануть. Но достать могут везде, если очень захотят, даже на островах Полинезии. По сути, мы за Березовского половину его работы сделаем — если это он, конечно. Так что Борис Абрамович нам еще доплатить должен, — Андрей ухмыльнулся. — Но если товарищи Зюганов и Лебедь победят…

— Тогда что?

— Тогда я точно задержусь за кордоном. А ты?

— Я у тебя давно на поводу пошла. Бестолковая, наверное, только прикидываюсь умной, — сказала Екатерина.

— Со мной, что ли, поедешь? Прекрасно! Будем вместе деньгами сорить в казино и других злачных местах.

— Скажи спасибо, что руки рулем заняты…

О разговоре Пола с неизвестным Майклом подполковнику Литвиненко доложили практически сразу после того, как в Алтуфьево была повешена трубка. В составе поста, работавшего с гостиницей «Россия», был сотрудник, который владел английским языком. Подслушанная беседа при воспроизведении воспринималась как безобидный треп старых приятелей, но сотрудника смутили два момента.

Во-первых, судя по акценту, американцу звонил русский. Зачем он использовал язык собеседника, если сам Хлебников владеет его языком не хуже среднего москвича? Во-вторых, был вопрос к содержанию. На том же месте — да, это понятно, это нормально. Но мало кто ответит: «На два часа позже». Среднестатистический человек просто назовет время.

Литвиненко, выслушав по рации эти аргументы, нашел их здравыми в основном из-за того, что зацепиться снова было не за что. Время близилось к двенадцати. Где и когда Пол Хлебников намерен выпить чашку кофе с таинственным Майклом, было неизвестно, и всё теперь зависело от действий «наружки».

Сотрудники ФСО, скрытно наблюдавшие за наблюдателями, тоже взяли на заметку факт разговора.

— Заскочишь к нам? —