Последний рубеж - Найо Марш

– Когда вчера мы прибыли в Сен-Пьер в четыре дня, самолет как раз вылетал в Марсель. Если бы даже он сделал остановку в Ля-Турньер, – мистер Фокс скривил рот в причудливой ухмылке, – то был бы там к шести-тридцати, верно?

– А что мешало Ферранту быть в Ля-Турньер и вылететь в Сен-Пьер вчера самым ранним рейсом?

– Как вы там раньше говорили, мистер Аллейн? – спросил Фокс с серьезным видом. – Да хватит смеяться. Устами младенца!..

– Да, именно так я и говорил, – подтвердил Аллейн. – В любом случае, надо будет связаться с «наркокомандой», как ты, Фокс, называешь французское отделение по борьбе с наркотиками. Феррант у них тоже на учете. Предполагается, что он знаком с кем-то из преступной верхушки.

– Где? – спросил Рики.

– В Марселе.

– Ничего себе! А вдруг ему приказали от меня избавиться? Потому что Сид доложил, что я догадался про его махинации с красками?

Фокс взглянул на Аллейна и громко кашлянул.

– Не забывай, что у нас пока нет никаких доказательств насчет Джонса и красок. Может быть, доказать это невозможно, как и существование херувимов. Возможно, он чист аки ангел небесный. Но эту версию надо разработать. Допустим, когда Сид в следующий раз отправится в Лондон со своим этюдником, наши ребята задержат его в Уэймуте, перетряхнут все белила и ничего не найдут, кроме одной несчастной таблетки амфетамина. Тогда окажется, что он либо чист, либо почуял опасность и прикрыл лавочку.

– А нельзя ли его причастность доказать каким-нибудь другим способом?

– Как? – сказал Фокс, склонный считать своего крестника младенцем, который глаголет истину.

– Ну… например, обыскать его конуру.

– Если он еще во Франции, – сказал Аллейн.

– Самое время.

– Мы с Трой когда-то договорились, – сказал Аллейн, обращаясь к Фоксу, – по некоторым соображениям, не посвящать сына в тонкости полицейской работы. И блестяще в этом преуспели, как видишь.

– Да ладно тебе, – усмехнулся Рики.

– Однако мы пришли сюда не методы расследования обсуждать, а спросить тебя, что говорил Харкнесс насчет указаний, которые он дал в тот день Сиду. Можешь вспомнить?

– То, что он велел Сиду отвести Рыжуху к кузнецу и ужасно разозлился, когда Сид этого не сделал? Он еще сказал тогда, что вот, мол, Сид ее и убил.

– А что на самом деле делал Джонс?

– Довольно быстро ушел. После того, как съездил за овсом.

– Мы не знаем, – с нажимом сказал Фокс, – кто находился в конюшне после вашего отъезда и до возвращения. Кроме Харкнессов, разумеется. Или Планк уже занимался этим вопросом?

– Узнаем у него. Ладно, Рик, не будем больше тебя мучить вопросами.

– Лучше мучить вопросами, чем вообще ни во что не посвящать.

– Можно спросить, как продвигается работа? – поинтересовался Фокс, уважительно глядя на толстую пачку исписанных листов на столе.

– С трудом, дядя Фокс.

– Так может, чем больше труда вложено, тем лучше получится?

– Какие приятные слова! – сказал Рики. – Буду надеяться, что вы правы.

– Он часто оказывается прав, – подтвердил Аллейн.

– А-а… про тех, кто был в «Лезерс» тогда днем, – сказал Рики. – Луи Фарамонд еще. У него свело ногу, и он вернулся раньше.

– И нам никто не сказал! – с шутливой укоризной заметил Аллейн. – Во сколько бы он добрался до «Лезерс»?

– Если бы поторопился, то, думаю, примерно около трех. Он ехал, держа правый сапог в руке и вынув правую ногу из стремени. Наездник он очень хороший.

– Он не упоминал, что Харкнессы ссорились, когда он приехал?

– Забавно, – произнес Рики, уставившись на отца. – Не знаю.

– Его разве не вызывали свидетелем на дознании?

– Нет, не вызывали. Наверное, никто не думал, что он вернулся раньше.

– Не может же быть, чтобы никто из вас об этом не сказал!

– Может, другие говорили; я никого не видел со дня дознания. Или, может, он расседлал лошадь, отвел ее в конюшню и ушел, никого не встретив. А мы позже вернулись. Конечно, если бы он что-то заметил, то сказал бы, разве нет?

После длительной паузы, во время которой Фокс несколько раз кашлянул, Аллейн пояснил, что как детективы-следователи они разрабатывают сразу две версии: и убийства, и крупной поставки героина и что было бы проще, если бы удалось обнаружить связь между этими двумя преступлениями.

– Ага, – сказал Рики.

– Что? – переспросил отец.

– Совсем забыл. А теперь ты упомянул связь…

– Объясни, объясни, образованный отрок[29], – терпеливо процитировал Аллейн.

– Да пустяки, наверное, но в ту ночь, когда я вернулся от Сида… – И он описал встречу Ферранта и Луи Фарамонда на пристани.

– Во сколько это было? – спросил Аллейн, помолчав.

– Около часу ночи.

– Странное время для встреч, да?

– Я подумал, что Луи Фарамонд рыбачит с Феррантом. Но не разглядел, вместе они приплыли или нет.

– А не было впечатления, что они только что встретились?

– Да, было.

– И ты слышал только, как Луи Фарамонд сказал: «Ладно» или «Ладно, осторожно» или «Осторожно». Да?

– Прости, шеф, – извинился Рики. – Дальше случилось столько всего, что я совсем забыл про эту встречу.

– Да уж, понятно, – сказал Фокс.

Аллейн решил, что так или иначе придется нанести визит Фарамондам. Рики смущенно признался, что ему звонила Джулия и выразила намерение пригласить их на обед.

– Я ответил, что ты бы с удовольствием, но пока ужасно занят. Правда ведь?

– По крайней мере половина этого высказывания верна. Ты сама тактичность, Рик. Уверен, что не хочешь пойти в дипломаты? Как она вообще узнала, что я здесь?

– Луи видел тебя в гостинице. Вчера вечером.

– Ясно. По-моему, сейчас не время для званых ужинов. А сегодня утром они дома? Не знаешь?

– Возможно.

– И вот еще что, Рик. Боюсь, придется прервать твои каникулы в Коуве.

Сын уставился на него недоуменно.

– Нет! – воскликнул он. – Почему?

Аллейн подошел к двери и открыл ее. Миссис Феррант, стоя на коленях, натирала воском нижние ступеньки лестницы. Она подняла голову, и они с Аллейном встретились взглядами.

– Bonjour madame![30] – весело поприветствовал ее Аллейн. – Comment ça va?

– Pas si mat, monsieur[31], – ответила она.

– Toujours affairée, n’est pas[32]?

Она сказала, что да, так и есть, а он – что как раз собирался ее искать. Потерял ручку и хотел спросить, не находила ли мадам ее в гостиной вчера вечером после его ухода. Нет, мадам не находила. Отпустив несколько комплиментов, Аллейн вернулся в комнату и закрыл дверь.

– Шеф, но почему… – начал Рики взвившимся голосом.

Аллейн и Фокс одновременно приложили указательные пальцы к губам.

Рики невольно хихикнул.

– Вы похожи на мальчиков-переростков из детского хора, – сказал он уже тише. – Может, окно закрыть? А