Охота на Волколака - Диана Маш

– Родни у Федора Ивановича, помимо его вдовой супруги, не имеется. Возмущений с ее стороны не поступило. Кроме того, Наталья Васильевна оказала нам посильную помощь при оформлении бумаг. О результатах ей еще не доложили. Светлая у вас голова, Софья Алексеевна, – без малейшего хитрого умысла, улыбнулся Гордей. – Коли бы не ваше письмо, никто бы и не полез проверять, все сошло бы убивцу с рук. Пристав Изюмского участка, к коему относится территория дома господ Задушевских, понадеявшись на заключение врача, составленного после осмотра тела, от вскрытия отказался. Попустительство пренеприятнейшее. К несчастью, в нашем деле не редкость.

Кольца длинной цепочки, в моей голове, начали постепенно цепляться одно к другому, образуя сложный, но логически выстроенный узел с несколькими фигурами.

– Поль Маратович, вам удалось выяснить, как этот яд попал в организм?

– Разумеется, мадмуазель Леденцова, – хитро прищурился медицинский эксперт. – Вам повезло, мне уже приходилось сталкиваться с подобным. Яд, в организм обеих жертв, попал… с молоком.

Он поднялся с места, достал из кармана скомканную страницу из французского ботанического журнала, распрямил ее и положил на стол, перед этим заботливо повернув рисунок в нашу с Гордеем сторону.

– Вот он, истинный убивец, господа – сolchicum. Он же, безвременник осенний. Отравления им случаются, когда луковицы и семена употребляют в пищу. Не обязательно люди. В нашем случае, отравление произошло через молоко поедавших безвременник коров.

В голове раздалось щелканье, как от ударившей о запястье резинки. Сглотнув образовавшийся в горле ком, я подняла на пристава рассеянный взгляд.

– Гордей Назарович…

– Что с вами, Софья Алексеевна? – обеспокоено вскочил он со стула и кинулся ко мне. – Вам дурно? Отправить за доктором?

– Нет, нет. Просто, я… я, кажется, знаю, кто убийца. Но прежде, чем мы отправимся его задерживать, Поль Маратович, у меня к вам еще один вопрос…

***

[1] Неправильное, искаженное, но укоренившееся с 19 веке в поваренных книгах и меню наименование солянок. Происхождение этого искажения связано с тем, что солянка, известная с 15 века, стала в 18 веке в дворянской кухне рассматриваться как «неприличное» название, присущее только деревенскому, сельскому столу мелкопоместных дворян. Отсюда солянки стали именоваться селянками.

Глава 10, Где сея – пожинаешь горе

Солнце катилось к закату, из-за чего силуэт маленького городка, за окном полицейского экипажа, окрашивался в пылающие оттенки меди. Трескучая январская метель, к вечеру стала еще злее прежнего. На темнеющем небе появились первые звезды. Такие яркие, что казалось – протяни руку и дотронешься.

Уютная тишина, вкупе с мерным покачиванием навевала сонливость. Правда, судя по напряженным плечам сидящего напротив пристава, только на меня одну.

Скорее всего дело в простуде, от которой я еще толком не оправилась. Тетушка, поди, уже знает о моем исчезновении и весь дом на уши подняла. Глаша расскажет о письмах. Поймут, что в участок уехала, отправят Тишку.

Опять впопыхах не додумалась оставить хоть коротенькую записку в пару слов. Привычка, после смерти дедушки, ни перед кем не отчитываться, так глубоко укоренилась – не избавиться. А пора бы уже.

С самого начала моего появления в Китеже, мысли о том, что я вернусь обратно в двадцать первый век, сидели глубоко внутри. Отравляя существование. Мешая наслаждаться жизнью. Но с каждым днем я все больше и больше сомневалась, а сейчас уже уверена – если кто-то там, на небесах, решил подарить мне вторую жизнь, он вполне мог сделать то же самое для убитой Сонечки.

Если ее душа вселилась в мое тело, я желаю ей найти свое место в новом для нее мире. Как и я нашла свое… здесь.

– Софья Алексеевна, не томите, молю, – прочистив горло, нарушил тишину Гордей. – Поделитесь размышлениями. Кого вы так страстно подозреваете, что даже адрес лишь извозчику сообщили?

Кажется, я слышу этот вопрос в третий или четвертый раз за последний час.

– Гордей Назарович, пусть это пока останется тайной, – сжала губы, пытаясь скрыть так и лезшую на лицо улыбку, причиной которой был его расстроенный вид. Не любил Ермаков загадки, которые не мог отгадать. И ждать не любил, как и все строгие, порывистые мужчины. Оттого и дразнить его было весело. Чем я порой занималась. – Тем более, что пока это лишь мои предположения, очень далекие от реальности. Прежде, чем посвящать вас в свои мысли, я бы хотела полностью убедиться. Самое главное, не теряйте бдительность. Если я все же окажусь права, нам пригодятся ваши сноровка и сила.

– Об этом уж не переживайте, – усмехнулся он. – Ежели я подмогнуть не смогу, Стрыкин с городовыми враз справятся. А не выйдет, стало быть, зря штаны на службе просиживаем. Домой, к печи поближе пора.

За разговором, мы с приставом не заметили, как экипаж остановился напротив ворот, что вели на городскую ярмарку. Спрыгнув со ступеней и подав мне руку, Гордей прищурился, молча вопрошая – «Что мы здесь забыли»? Я в ответ лишь пожала плечами.

Пройдя вперед, по уже знакомой тропинке, вдоль торговых рядов, мы поравнялись с цирковым шатром, с тряпичных стен которого нам улыбались жуткие клоуны. Здесь нас встретили смех и крики взрослых и детей. Обогнув шатер, я помахала знакомым – силачу Савелию, встретившего нас с улыбкой на пол-лица, гуттаперчевой Лорочке, его вечной спутнице, и Клавдии Григорьевне, даме с бородой.

Остановились лишь заприметив конферансье. Франтоватый старик с глубокой морщинкой меж бровей. В добротном пальто из отличного сукна, с меховым воротом, в галстуке с драгоценной заколкой. Еще в прошлую нашу встречу я заметила, что он не робкого десятка. Такого пальцем тронь – скандал до небес. Умеет за себя постоять.

– Приветствую, господа сыщики. Чем обязаны вновь видеть вас?

– Доброго вечера вам, Бонифаций Иланович, – как можно дружелюбнее улыбнулась я пожилому мужчине. Но, судя по отсутствию ответного радушия, это нисколько не повлияло на его бдительность. – Аполлинария Святославовна случайно не у себя?

Я бросила быстрый взгляд на стоявший в отдалении деревянный вагончик, весь обклеенный афишами, где в прошлый раз нас с Гордеем привечала хозяйка цирка. В окнах отсутствовал свет.

– Полечка на репетиции выступления. У нас новый нумер готовится, с собачками.

– С собачками? Как интересно. Обязательно заглянем посмотреть, – прибавила я голосу энтузиазма. – Но вот беда, дело у нас к ней срочной важности. Могли бы мы с Гордеем Назаровичем дождаться ее в вагончике? На улице такой мороз…

Старик замялся. Открыл рот, чтобы непременно отказать.

– Бонифаций Иланович, ну будьте любезны.

– Разве вашей хозяйке имеется что от полиции скрывать? – поддержал меня пристав.

– Разумеется, нет, – сверкнул