Программа защиты любовниц - Галина Владимировна Романова

Поначалу разговор не клеился, слышались короткие вопросы, односложные ответы, потом за дело взялся Казначеев, и дело тронулось. Через полчаса из-за закрытых дверей уже слышался оглушительный смех, нескончаемая болтовня и визгливый лепет Аллочки.

Все были, как всегда, ненормальные! Лиза проскользнула в свою комнату. Она плотно закрыла за собой дверь, заперлась на задвижку, достала мобильник и набрала своего знакомого.

Ну да, конечно, пришлось для начала выслушать много сальных вольностей. Потом отвечать на вопросы так, чтобы не обидеть, не пообещать и не отказать одновременно, потом уже она перешла к главной теме.

— Слушай, мне ведь твоя помощь нужна, — проговорила Лиза противным заискивающим голосом.

— Догадался, — хмыкнул тот самодовольно. — Необходимо сделать анализ? Что хочешь, кабак какой-нибудь на бабки развести?

— То есть?

— О, это сейчас модно стало.

И он попытался рассказать ей, как ушлый люд находит в борщах и котлетах тараканов, мух, и прочую живность, и в какую сумму обходится пунктам питания такое вот несанкционированное проникновение насекомых.

— Нет, другое.

Лиза не знала, с какого края начинать, и вдруг решила рассказать правду, почти всю. Ну, есть же в нем понимание, остатки-то хотя бы сохранились.

— Помнишь мою подругу Соню?

— Соню? Соню, Соню, Соню… Это которая погибла от рук…

— Да. — Лиза не дослушала. — Полиция отмахнулась, никого не нашла. Был один подозреваемый, но он соскочил. Я все это время веду свое собственное расследование и, кажется, что-то обнаружила.

— Господи! — ахнул потрясенно ее знакомый, надо же, все же не чуждо ему, не чуждо что-то. — Я всегда, конечно, знал, что ты чокнутая, но не предполагал, что настолько! Ты что?.. Ты что, напала на след того самого маньяка, который убивает девушек?!

— Кажется…

— Идиотка! — ахнул тот шепотом. — Дуй оттуда и побыстрее!!!

— Откуда?

— Оттуда, где ты его нашла, Лиза!

Его голос вдруг проникся таким волнением, что Лиза устыдилась еще сильнее; ну вот, не такой уж он и богомерзкий, каким кажется, и сопереживать способен.

— Я не там, не волнуйся, — проговорила она и тут же поймала за хвост сомнение: а вдруг как раз там. — Но у меня кое-что есть на руках, необходимо сделать анализ. Вдруг… Вдруг это улика?!

— Уликами занимается полиция, — каменным голосом отрезал умник. — Ты не знала?

— Знаю, потому туда и не пошла. Вдруг пустышка?

Продолжительную паузу заполнило его взволнованное дыхание.

— Представляешь, как я туда приду? Что скажу? И что скажут мне они?! — повысила она голос, но тут же осеклась, не у себя дома, орать не следовало. И громким шепотом переспросила: — Ты представляешь?!

— Тьфу-тьфу-тьфу! — поплевал он суеверно. — Бог пока миловал!

— Поможешь?

— Что это за улика?

— Я нашла пояс от шелкового халата, женский, в засохшей крови, по крайней мере, мне так кажется. Экспертиза-то скажет точнее!

— Ну, пояс, ну в крови, и что? — Он едва слышно чертыхнулся. — Мало ли чей это пояс! Где ты его нашла?

— Там, где ему быть не положено. — Лиза зажмурилась. Если сейчас этот остолоп ей откажет, она просто не знает, к кому обращаться за помощью. Вдруг она неожиданно проговорилась: — И этот человек, в чьем подвале я это нашла, был одним из подозреваемых по делу гибели Сони, единственным подозреваемым!

— Он, я слышал, соскочил?

— Да, у него вдруг обнаружилось алиби.

Ее снова заколотило, как в тот день, когда Мельников, пряча глаза, принялся мямлить, что, к сожалению, Игнатенко пришлось отпустить за недостаточностью улик и потому, что у него алиби на момент убийства ее подруги.

— А-аа, Лизок, а как ты очутилась в его подвале-то?! Ты что же… Ты что, взломала его замки?! — Он обеспокоенно запыхтел.

Лиза просто видела, как он катает по столу карандаш пухлой ладошкой и лихорадочно размышляет, во что она его втягивает. Какими неприятностями ему это может грозить? И как ей отказать, чтобы и не обидеть, и себя не замарать.

— Нет, я не взламывала его замков, я на него работаю, — призналась она нехотя.

— Работаешь?! Кем?! Юристом?! — Он знал о ее высшем образовании. — Консультируешь, как уйти от ответственности за особо тяжкие?!

— Нет, я работаю у него горничной.

Лиза подошла к двери и приложила ухо к замочной скважине. Веселье внизу в столовой грозило закончиться фейерверком. Там было очень шумно, но шумно по-веселому, ни криков, ни ругани.

— Лиза!!! — ахнул ее собеседник потрясенно. — Ты! С высшим образованием! Начальник отдела, как мне помнится! Без пяти минут генеральный и работаешь горничной??? Не понимаю…

— И не надо. Поможешь?

Он помолчал, потом пробормотал со вздохом:

— Хотя ты, может, и права. Никому, кроме тебя, нет дела до Соньки! Убили и убили. Всего лишь крохотная цифра в статистическом отчете. Н-да… Ладно, малыш, помогу тебе. Завтра сможешь в «Ювенту» подъехать часикам к шести вечера?

— Нет, к шести не могу. Давай чуть позже, к девяти, допустим, а? Я же работаю круглые сутки, понимаешь?

— С трудом, но стараюсь. К девяти, значит, к девяти, только не опаздывай, а то у меня потом планы на ночь. Хотелось бы, конечно, чтобы ты была частью этих планов, но не судьба… Ладно, в девять.

Лиза прождала его до половины десятого, слопав три пирожных и выпив три чашки кофе и с наслаждением придумывая необязательному остолопу всякие разные прозвища. Он подъехал к кафе ровно в половине десятого, заходить отказался, сославшись на занятость, говорил с ней из машины. Скупо поздоровался, принял от нее бумажный конверт с поясом и второй, с вознаграждением.

— Ой, да не стоило! — мяукнул он, алчно заблестев глазищами. — Хотя давай. Не сам же я стану этим заниматься, придется просить ребят, им к столу подспорье. Как только у меня что-то будет для тебя, позвоню.

Он нарочно сделал ударение на последних словах, чтобы она не беспокоилась и не звонила попусту. Раз уж ему с ней ничего не светит, то и место она свое должна знать.

— Хорошо, буду ждать звонка, — покорно кивнула Лиза и простилась с ним.

Легко сказать, очень трудно сделать. Неделя! Ровно семь дней прошло с тех пор, как она ему отдала оба конверта, ни слуху ни духу! Она уже исхитрялась, как могла, и в свободное время старалась проехать мимо его работы, предсказуемо выбирая обеденное время. Вдруг он выскочит из дверей, и она его поймает, как будто бы случайно. Дважды вечером, когда хозяев не было дома, караулила его у его подъезда. Адрес знала давно, как-то с Соней заезжали к нему на вечеринку. Воспоминания остались самые неприятные от того вечера. Хозяин квартиры лез ко всем девушкам поочередно, стараясь коснуться пухлыми влажными ладошками всяких разных выпуклых мест девушек, и скользкими толстыми губами то и дело норовил поймать их то за щеку, то за плечо.