Исповедь на краю - Евгения Михайлова

– Может, уйдем отсюда?

– Сейчас. Я попробую. Попрошу, чтоб на полчаса подменили. Нет, пошли вместе. Скажешь, в прокуратуру надо подъехать. Меня отпустят.

Двадцать минут спустя они сидели вдвоем в пустом кафе. Олег вытащил из кармана смятый листок.

– Вот. В туалете висело.

Сергей осторожно взял часть небрежно разорванного документа. Это было свидетельство о заключении брака Олега и Веры Федоровых. На обратной стороне остатки жевательной резинки.

– Было приклеено к стене?

– К двери. Изнутри. Я заметил, когда выходил.

– Тебе из твоего окошка вход в туалет виден?

– Не сама дверь. Но видно, как туда идут. Если обращать внимание, конечно.

– Не помнишь, кто шел?

– Механик один. Да нет, не знаю.

– Туалет только мужской или общий?

– Один он. У нас баб не бывает почти. Иногда кто-то попросится.

– Сегодня кто-нибудь просился?

– Нет.

– Незнакомых мужчин ты не видел?

– Да нет.

– За бутылкой бегал до или после?

– До. Я не собирался сейчас ее пить. На ночь взял. Тошно тут одному.

– Понятно. Слушай, я знаю, тебя уже спрашивали. Но ты не очень на эти темы распространяешься. Давай еще раз попробуем. Я кое-что без тебя узнал. Но дальше без твоей помощи никак. Была у тебя девушка в Мытищах. Светлана. Фактически жена. Но вы расстались. Из-за другой. Из Александрова, что ли. Вроде она ребенка от тебя ждала. Была такая?

– Это кто тебе… Светка, что ли? Да, она где-то услышала…

– Не отвлекайся. Ты помнишь ту девушку? Она действительно из Александрова? Как ее зовут? Что с ней сейчас? Где она? Родила ли?

– Ничего не знаю. Да, она из Александрова. Зэчка была. После срока – на 101-й километр. Так что, от кого она ждала ребенка, это вопрос. А как ее звали, помню. Как жену мою. Вера. Верка Коза. Козлова ее фамилия.

– И ты не знаешь, родила она?

– Да, родила… При чем тут она? Коза мне сообщила новость. Я приехал. «Не ожидал, – говорю, – от тебя подарка. Но если хочешь, дитенку в метрику свою фамилию и отчество впишу. Если больше нет желающих». Она говорит: «Впиши и катись отсюда к едрене фене». Пошли в загс, я метрику оформил. В паспорт мне, конечно, никто не предлагал штамп о ребенке поставить. И так смотрели, как на полного придурка.

– Девочка или мальчик?

– В смысле? А… Девка.

– Как назвали?

– Как Верка назвала… точно не помню, но, кажется, Ира. Слушай, Верка никаких претензий не предъявляла, больше не объявлялась, так что жена не в курсе совершенно.

– Само собой. За меня будь спокоен. Но раз мы уж завели беседу… Как говорится, о любви и дружбе… Вроде бы жена тебя как-то застукала с девицей в собственной постели?

– Не понял. Ты убийство расследуешь или под меня роешь? Какое твое дело? Кто тебе сказал?

– Ты не заводись. Давай спокойно. На самом деле обычная практика: искать вокруг места преступления – кто, где, когда, с кем… Это поиск вслепую на девяносто девять процентов. Зацепка нужна. Любое свидетельство. Ты пойми: меня твой внебрачный пилотаж волнует меньше всего. Но кто-то был в квартире, где произошло убийство. Не исключено, что у следствия есть отпечатки пальцев этого человека или следы его обуви. Но ни ты, ни твоя жена о нем не сказали ни слова. А это, в общем, – сокрытие факта. Я не пугаю тебя. Просто лучше мне сказать, чем идти на допрос по повестке. Да, я не официальный следователь, я частный детектив, работающий в союзе со следствием. Понимаешь разницу?

– Значит, тебя кто-то нанял? А… Догадываюсь. Тесть мой. Он что-то мне говорил. Но я не думал, что он на самом деле решится.

– Так что за девушка?

– Вот как на духу. Ничего не знаю о ней. Приехала на стоянку на темно-зеленом «Рено», познакомились, покадрились немного, ну как обычно бывает. Я и думать о ней забыл, а она опять заехала. Пару раз был у нее. А потом вдруг она домой ко мне заявилась. Я ей даже адреса не давал.

– Где она живет?

– Точного адреса не скажу, не знаю. Где-то в центре вроде. Я своим ходом туда добираться не планировал, адрес не записывал.

– Телефон?

– Не знаю. Я ей не звонил.

– Имя, фамилия?

– Фамилии тоже не знаю. Имя – Сандра.

– Черт! Давно виделись?

– Давно.

– Но ты телефончик все-таки попробуй вспомнить. Возьми мою карточку. Можешь сестре моей сказать. Она в вашем доме живет. Дина. С рыжей собакой.

– А! Ну все ясно. Эта гадючка вынюхивает.

– Эта гадючка помогает искать убийцу твоей дочери. А ты тут героя корчишь, скрывая телефоны своих бл…й. Пока. Мы и без тебя все узнаем.

Сергей резко встал и пошел к выходу. Олег рванулся было за ним, но заставил себя опуститься на стул. Когда же кончится этот ад?! Это горе, в котором ему никто не сочувствует. Травят, как волка. А Мариночка, беленький, ласковый котенок, пахнущий молоком… Ее ведь никто не вернет. Пропади они все пропадом!

* * *

Ира провела ладонью по обнаженному телу Егора.

– Ты очень красивый. Такой пропорциональный. Кожа нежнее, чем у меня. У тебя было много девушек?

– Да нет. Ничего серьезного и постоянного. Просто набирался опыта.

– Ты его набрался. Ты очень хороший любовник.

– А у тебя? Как у тебя с мужчинами?

– А. Неохота говорить. Женщина должна уметь забывать. Каждый мужчина – как первый. Если на всех себя тратить, рано состаришься.

– Интересно. Ну и на скольких ты себя не тратила?

– Ладно. Не обращай внимания. Я просто болтаю. Люблю заводить мужиков. Не было у меня никого толком. Правда.

– И откуда же ты такая появилась?

– Какая?

– Загадочная. Таинственная. Сексуальная.

– Я же говорила. Из одного забытого богом городишки. Из Александрова.

– У тебя там кто-то остался?

– Только мама.

– У нее квартира или дом?

– Она живет в «гареме».