Парад женихов - Дарья Калинина

Но Роман ее взгляда не понял.

– У меня тут есть для тебя…

И извлек из кармана брюк коробочку.

Сердце у Наты забилось. Это была та самая заветная коробочка, которую мечтает получить любая девушка.

Еще до того как Роман открыл крышечку, Ната уже знала, что увидит внутри. Там на темно-синей бархатной подушечке будет лежать кольцо с ослепительным брильянтом.

Она не угадала. Подушечка оказалась из ярко-красного атласа. И брильянтов в кольце был не один, а несколько. Но сверкали они и впрямь невероятным блеском, так что у Наты с непривычки даже глаза заболели.

– Это тебе, – произнес Роман. – Это кольцо для тебя. И если ты согласишься стать моей женой, то сделаешь меня самым счастливым человеком на свете.

Ната уже протянула руку, но внезапно спохватилась:

– Но с чего вдруг?

– Просто я вдруг понял, что единственной, кого я любил когда-либо, была и будешь ты, и только ты!

Что-то в этом все-таки было фальшивое. Песня была очень уж знакомой. Ее пели Нате все ее бывшие кавалеры, которых обзвонила Анютка. Они тут же примчались к Нате, клянясь в вечной любви. И если бы она им позволила, то позвали бы ее замуж. Просто она выставила их раньше, чем они успели сделать ей такое предложение. А вот Роман оказался шустрым. Он успел.

И былая подозрительность проснулась в Нате с новой силой.

– А из-за чего вы поссорились с твоим папой? – спросила она.

– Какое это имеет отношение к нам? Ты согласна принять мое предложение?

– Сперва ответь!

– Он стал требовать от меня отчета в моих тратах! Возомнил, что я должен отчитываться ему во всем, на что я трачу его деньги.

Да, правильно. Роман ведь не имел своего собственного дохода. Он еще только заканчивал учебу, и все его траты оплачивал отец.

– Уверен, что его подучила зазноба! Вот сучка! Сама нюхает эту пыль, словно паровоз! А меня отцу сдала! И ведь когда я сказал отцу про нее, он мне не поверил! Представляешь? Поверил какой-то швали, а родному сыну – нет!

Во всем сказанном Нату заинтересовала лишь одна вещь.

– Зазноба нюхает пыль? Какую пыль?

– Ты все равно не знаешь!

– Нет, погоди! Ты говоришь про «ангельскую пыль»? Ты ее употребляешь?

– Теперь уже нет! Отец лишил меня своего финансирования. Урезал мои расходы настолько, что я еле-еле свожу концы с концами. А эту зазнобу продолжает одаривать! А она на деньги отца покупает пыль и пыхтит похлеще паровоза!

– Пыхтит? То есть курит? Разве ее можно курить?

– Почему бы и нет? Мешает с табаком и курит за милую душу! Так даже круче цепляет. С непривычки можно вовсе улететь, но зазноба баба закаленная. Только такой идиот, как мой папаша, может верить в ее невиновность.

– Значит, ссора с отцом произошла потому, что вы с его любовницей не поделили папин кошелек.

– Можно сказать и так. Но эта гадина у меня еще попляшет! Стукачка! Как я жалею, что свел ее с Магой!

Ната вздрогнула.

– Значит, ты тоже был его клиентом? Покупал у него игрушки из папье-маше?

– Раньше покупал. Мы с зазнобой скидывались и покупали. Но после той подставы, которую она мне устроила, приходилось покупать в розницу.

Значит, игрушки – это уже опт. В принципе, Ната это знала и раньше.

– У кого же ты стал отовариваться?

– У какого-то мужика по имени Глеб. Очень символично. Глеб – отец и Глеб – Сотка?

– Как ты сказал? – вздрогнула Ната. – Сотка? И почему сотка?

– Это прозвище. Мужик брал товар у какого-то Макса и брал всегда на сотку. Потом делил на порции и продавал.

Ната не знала, что ей и думать.

От неожиданности у нее даже дыхание перехватило. Роман покупал «ангельскую пыль» у ее брата. Ну, пусть не у самого Макса он ее брал, а через – через, но все равно они могли быть знакомы. И как знать, что еще мог знать Роман про ее брата.

Все новые и новые подозрения стали роиться у Наты в голове. Она и сама толком не могла еще сформулировать, что предъявить Роману, но из доверия он у нее вышел моментально.

– Ты примешь мое кольцо?

Роман настойчиво протягивал ей кольцо, и Натой овладело смятение. Она не знала, что ей делать. То есть знала: не брать кольцо, ни в коем случае не брать его! Она помнила, что говорил следователь про эту «ангельскую пыль». Стоит человеку попробовать ее хоть один раз – и все, труба, больше он от нее уже не отстанет.

Связывать свою жизнь с наркоманом у Наты не было ни малейшего желания. Она уже насмотрелась, чем это заканчивается. На примере своего брата она это очень хорошо уяснила.

Но в то же время если не взять, то Роман насторожится, обидится и может свалить. А отпускать его, пока он не расскажет ей всего, что знает, Ната не собиралась. И она решила: кольцо возьмет, но при первой же возможности в самое ближайшее время вернет обратно. В конце концов, это же просто кольцо, его можно взять, а можно и вернуть. Не потащит же Роман ее к алтарю прямо с яхты.

– Да! Я согласна!

Роман просиял. Он тут же напялил кольцо Нате на палец, едва не сломав его.

Кольцо было меньше минимум на размер, и у Наты даже мелькнула мысль, а не покупалось ли оно для какой-нибудь другой девушки.

– Когда мы поженимся? – торопливо поинтересовался Роман.

– Не знаю.

– Давай побыстрее, хорошо. Можем даже прямо сегодня!

Ната испугалась:

– Сегодня?

Но все оказалось еще хуже, чем она себе представляла:

– Ага! Прямо сейчас!

– Где?

– Тут! На яхте!

– Но как это возможно?

– Возможно! Я все предусмотрел! Пойдем со мной!

Ошеломленная его натиском, Ната послушно пошла за кавалером.

Они спустились в кают-компанию, где Ната обнаружила женщину средних лет в строгом костюме и с папкой в руках. Тут же был накрыт банкетный стол, каюта была украшена шариками в виде переплетенных сердец. Под всем этим великолепием сидело несколько человек команды, которые проворно вскочили на ноги, стоило Нате и Роману войти.

Женщина тоже поднялась. Вид у нее сделался очень деловой.

– Ну что? – осведомилась она у Романа. – Невеста готова? Приступаем?

Тот кивнул. И дама начала распоряжаться:

– Жених и невеста, встаньте сюда! Гости и свидетели сюда! Невеста, надеюсь, паспорт у вас с собой? Да что это с вами? Или вы не рады?

У Наты вырвалось:

– Кто?!. Кто вы такая?

– Выездная регистрация бракосочетаний, – раздраженно произнесла дама. – Ваш жених оплатил процедуру, но время уже поджимает. Нужно начинать или придется отложить до другого раза.