Лакированная ширма - Роберт ван Гулик

Толпа зашумела, и правителю уезда Тэну пришлось еще несколько раз постучать молотком. На столе рядом с судьей Ди появилась чашка чаю. Повернув голову, Ди увидел Чао Тая, стоявшего у него за спиной с донельзя расстроенным и бледным видом, —должно быть, он уже довольно давно находился в зале суда. Ди, подумав, что в любовных делах бедняге никогда не везло, глотнул чаю.

– Не могли бы вы теперь вызвать менялу Лен Цяня? – сказал он правителю уезда.

Пока начальник стражи посылал подчиненных в тюрьму, Ди достал из рукава футляр и протянул Тэну:

– Вот тетрадь, о которой говорил Ся Лян. Здесь подробно описаны все жульнические сделки Лен Цяня, причем его собственной рукой.

После того как меняла сообщил суду свое имя и род деятельности, судья Ди начал допрос:

– Вы обвиняетесь в мошенничестве, поскольку систематически обкрадывали своего компаньона, покойного Ко Цзюаня. Как записано в вашей тетради, украденная сумма достигает тысячи золотых монет. Суд внимательно изучит все относящиеся к делу документы и определит точный размер хищений. А пока вам предоставляется возможность сделать чистосердечное признание.

– Ничтожный признает, что обкрадывал своего компаньона Ко Цзюаня, – устало проговорил меняла. – Я разорен, но теперь хотя бы знаю, что не довел друга до смерти, и наконец-то вздохну с облегчением!

– Равно как и ваши заимодавцы! – сухо обронил судья Ди. – В последнее время вы не очень-то заботились об их интересах! В должный срок все упомянутые лица могут подать жалобы на рассмотрение суда. – Ди повернулся к Тэну: – Вы согласны, что обвиняемому надлежит пребывать под стражей, а окончательное решение будет принято после изучения относящихся к делу документов?

– Согласен, – кивнул правитель уезда. —Лен Цянь, суд объявляет вас виновным в мошенничестве. Срок тюремного заключения будет установлен в соответствии с совершенным преступлением по изучении связанных с делом документов. Отведите заключенного в тюрьму!

Трижды стукнув молотком, Тэн закрыл заседание. Оба судьи в сопровождении Чао Тая и Пань Юдэ проследовали за ширму с единорогом – в кабинет правителя уезда.

– Итак, вы разрешили все мои трудности, Ди! – вымученно улыбнулся Тэн. —Теперь я пойду переоденусь, но прошу вас выпить со мной чаю, после того как немного отдохнете. Коль скоро наша поездка в канцелярию округа отменяется, у нас масса времени! Всю эту неделю мы сможем любоваться местными достопримечательностями. В горах есть очень красивые места, каковые я хотел бы вам показать.

Он поклонился и вышел. Пань Юдэ тоже стал раскланиваться, так как ему предстояло вместе с писцами составить отчет о судебном расследовании для правителя округа. Судья Ди сел в кресло, и Чао Тай вручил ему большой сверток в разноцветной бумаге.

– Вот ваш шелк, господин правитель уезда. Как и было приказано, наилучшего качества. Кроме того, я побывал у сестры госпожи Тэн. Прекрасное имение и стоит кучу денег. И дом, и земли принадлежат вдове, а госпожа Тэн была ее единственной сестрой. Слуги рассказали мне, что Лен Тэ часто туда приезжал. Он написал в саду несколько картин, и теперь они украшают большой зал. А смерть художника стала для всех обитателей дома жестоким ударом.

Судья Ди кивнул и долго сидел в задумчивости, теребя усы.

– Как вы узнали, что это Умник убил старика Ко? – не выдержал наконец Чао Тай.

Вопрос отвлек судью от размышлений.

– Ах, Умник… На него указывали но меньшей мере несколько улик. Во-первых, твое любовное приключение показало, как мало печалилась госпожа Ко о судьбе своего мужа, и я сразу подумал, что у нее наверняка был любовник, то есть лицо, заинтересованное в передаче имущества наследнице. На самом деле именно Умник должен был встретиться с госпожой Ко той ночью, но не смог прийти в назначенное время, поскольку я взял его с собой на болото. Во-вторых, но пути Умник хвастал, что собирается провернуть в одиночку какое-то крупное дело. Позже он говорил, что скоро раздобудет двести золотых монет, а Лен Цянь и Кунь-Шань упоминали, что в тайнике Ко хранилась как раз такая сумма. В-третьих, когда лысый ударил Умника во лицу в наш первый вечер в «Огненной птице», у того хлынула кровь, и лысый заметил у него на лбу ножевую рану, нанесенную раньше. Наконец, четвертый и последний факт, позволивший мне связать между собой три предыдущих, – это утверждение Кунь-Шаня, что тетрадь Лен Цяня с разводами от воды была спрятана за кроватью в комнате Гвоздики. Я заметил, что девушка обожает Умника, а брошенный на меня после слов Кунь-Шаня умоляющий взгляд мог свидетельствовать лишь об одном: очевидно, это Умник попросил спрятать тетрадь, а Гвоздика боялась, как бы не узнал Тунлин, ведь он соглашался делить ее только с лысым и несколькими избранными друзьями, за исключением, конечно, работы вне «Огненной птицы». О Небо, совсем забыл! Ведь этот парень все еще в тюрьме! Вели начальнику стражи привести его сюда!

Вскоре стражник привел Тунлина и заставил встать на колени перед креслом судьи. Ди жестом приказал ему оставить их наедине с задержанным.

– Вставь и давай поговорим по-дружески! – сказал он Тунливу.

Тот встал, удрученно разглядывая старых знакомых из-под косматых бровей.

– Значит, на самом деле ты охотник на воров, а он – твой гончий пес! О Небо, можно ли кому-нибудь верить на этом свете! – морща низкий лоб, с горечью пробормотал Тунлин.

– Если я играл роль, то лишь потому, что нуждался в помощи, расследуя гнусное преступление, – объяснил Ди. – И ты действительно помог мне, когда я воспользовался твоим гостеприимством. Я заметил, что ты поддерживаешь среди своих людей строгую дисциплину, позволяешь им попрошайничество и другие мелкие проступки, но тщательно следишь, чтобы никто не совершал тяжких преступлений. Поэтому я обратился в военный суд, дабы получить сведения о твоей службе.

– Дело еще паршивее, чем я думал, —вздохнул Тунлин. – Пропала моя голова! Да ведь дело-то было совсем пустяковое!

– Молчи и слушай! – нетерпеливо отрезал судья Ди. – Я считаю, что ты должен вернуться в императорскую армию, – твое место там. Лысый сумеет держать твоих людей под надзором, как ты его учил. Вот письмо в крепость гарнизона, где сказано, что ты проделал очень ценную работу для уездной управы, и предлагается восстановить тебя на службе, присвоив звание тунлина. А теперь иди и отнеси его начальнику, ответственному за личный состав.

– Лучше предводителю Мао, раз тот помнит его! – вмешался Чао Тай.

– Что ж, тогда предводителю Мао. А когда тебе выдадут доспехи и меч, – с улыбкой продолжал судья, – надень их и отправляйся к Гвоздике. Оставь ее для себя, тунлин Лю, это слишком хорошая женщина, чтобы делиться ею с другими. И ты ей нужен. – Ди взял привнесенный Чао Таем сверток и протянул бывшему главарю. – Передай Гвоздике этот небольшой подарок от меня – я хочу, чтобы жена тунлина выглядела нарядной! Пусть знает, мне очень жаль, что я не могу называться твоим «братом»!