Темное прошлое Конька-Горбунка - Дарья Донцова

– Марина пьет, – выпалила Алевтина Михайловна, –она висела камнем у сестры на шее. Очень жаль, что ей теперь все отойдет.Валюша небось в гробу переворачивается! Но сделать ничего нельзя. Лидияпогибла, следующая в очереди за наследством – Маринка. Вот уж кому нельзяквартиру отдавать. Продаст жилье и выручку пропьет.

– Не будем говорить об алкоголичке. Полагаю, Валентинане обретет на том свете покой до тех пор, пока убийца Лидии не понесетнаказания, так? – сказала я.

На кухне повисла вязкая тишина, мне стало душно, воздухсловно сгустился и весьма ощутимо давил на голову.

– Вы правы, – неожиданно громко воскликнулаАлевтина, – останься Лида в живых, ни за какие блага я не открыла бысейчас рта, но после смерти девочки все потеряло смысл. Я ведь предполагала,что эта затея ничем хорошим не закончится! Предупреждала Валюшу! Но разве ж онапослушается! Хотела Лидочке будущее обеспечить. Лиду точно убили? Она мертва?

– Да, – кивнула я, – на первый взгляд надалеком острове Сул произошел банальный несчастный случай. Но мне удалосьраскопать сведения, из которых стало ясно: Лидия умерла в столице еще вовторник.

– Господи, – прошептала Алевтина, – нет, выошибаетесь! В среду была свадьба! Это стопроцентно точно! Я там присутствовала!

– Вас позвали на бракосочетание? – изумилась я.

– Нет, – покраснела Аля, – я наблюдала запраздником издали, была во дворе, когда кортеж с женихом и невестой подкатил кпорогу загса.

– И тот факт, что невеста с головы до пят укутана вфату, вас не смутил? Лица Лидии не было видно.

– Ну… платье, – растерялась Алевтина, – онаматери фото с примерки прислала. Очень приметный наряд, на кринолине, расшитыйкамнями, я сразу его узнала и сумочку… И Богородовы рядом шли, Павел с женой.

– Все верно, – кивнула я, – родителиприсутствовали, жених тоже и эксклюзивный наряд искрился кристаллами отСваровски, вот только в роли невесты была другая девушка. Лидию уже убили.

– Боже, – ахнула Алевтина, – я все расскажу.Но за десять минут чужую жизнь не изложить.

– Я никуда не тороплюсь, – заверила я, осторожновключая в кармане диктофон, – готова слушать хоть до Первого мая.

Валя и Алевтина, подружившись на студенческой скамье, болеене расставались. Получив дипломы, они упросили деканат распределить их в одингород и отправились в Новопольск.

Валя, более активная и инициативная, быстро сделала карьеру,не прошло и трех лет, как она стала главным патологоанатомом клиники. Алевтине,педиатру по специальности, больше хотелось женского счастья, поэтому, закончивприем детей, Долецкая бегала на свидания, а Валя буквально жила в больнице илипропадала в Москве, перенимая опыт старших коллег. Коллективом тогда руководилСергей Матвеев, мужчина преклонных лет, мечтавший тихо ловить рыбу и разводитьрозы. Потом власть переменилась, из Свердловска в Новопольск прибыла новыйглавврач Марина Богородова, ее муж Павел был хирургом.

Спустя некоторое время Алевтина поняла: у Вали завелсякавалер. Подруга ничего не рассказывала о своем чувстве, но теперь ходила наслужбу причесанная, красила губы, потратилась на новые туфли. Валя без причинысмеялась, постоянно пребывала в замечательном настроении и однажды забрала уДолецкой красный шарф, сказав:

– Хочется яркого! Весна наступает!

– В ноябре? – изумилась Алевтина. – Осень ещене кончилась.

– Все равно март впереди, – не растеряласьВалечка.

Аля не стала приставать к подружке с расспросами, но сталанаблюдать, навострила уши и в конце концов поняла, кто «Ромео».

Под Новый год Валя смущенно сказала:

– Устала, как савраска. Извини, придется тебе без меняпраздник отмечать, мне дали путевку в санаторий, хочу желудок в порядокпривести. Целебные источники в Ессентуках – панацея от гастрита.

– Скатайся, – кивнула Алевтина, – Кавказ отПодмосковья далеко, Маринка вас не застукает.

– Она к родителям в Свердловск собралась, – наавтопилоте сказала Валя и осеклась, – ты знаешь?

– Да, – кивнула подруга.

– Невероятно, откуда?

Алевтина улыбнулась.

– Я заметила, как ты на него во время конференциипоглядывала.

– Мы очень осторожны, – испугаласьпатологоанатом, – Паша не хочет Марину нервировать, та ждет ребенка.

– Шикарно, – всплеснула руками Алевтина, – атеперь рассей мое недоумение. Зачем нужна любовница мужику, которыйвоздерживается от сексуальных контактов, чтобы не повредить беременной, японимаю. Но с какого бока он тебе? Бесперспективные отношения. Или ты надеешьсяразвести Богородовых?

– На чужом несчастье свое счастье не построишь, –вспомнила подруга старую поговорку, – нет, я не собираюсь рушить их семью.Просто подбираю крошки с чужого стола.

– Ну и брось Павла! Посмотри на рентгенолога Игоря, онодинокий, и ты ему нравишься.

– Я люблю Пашу, – отрезала Валентина, – хотьдень, да мой!

– Ладно, ладно, – пошла на попятный Аля, –извини, больше не буду.

Алевтина не знала, где встречалась парочка, но несомневалась, что отношения продолжались и после рождения мальчика, названногонесовременным именем Кузьма. Когда малышу исполнилось два года, Богородовыперебрались в Москву, а через двенадцать месяцев Валентина родила Лидочку.

– Хотите сказать, – испугалась я, – что еедочь и Кузьма брат с сестрой?

– Нет, нет, – замахала руками педиатр, – яведь говорила, Лидин отец профессор из Петербурга. Отношения между Павлом иВалей прекратились незадолго до отъезда Богородова в столицу. Однажды вечеромВалечка прибежала ко мне в слезах и сказала:

– Я страшная дура! Он меня использовал! Думаю, Маринатоже в этом участвовала!

Алевтина, испуганная истерикой, которую закатила всегдасдержанная Валя, начала задавать вопросы, но подруга остановила Долецкую.

– Не могу говорить, очень больно. Надеюсь, Богородовыпереберутся вскоре в Москву, и я их позабуду!

– Чем же супружеская пара ей досадила? – не сумелая скрыть любопытства.

– Я не знала правды до того момента, пока в головуВалюши не пришла мысль о свадьбе! – с отчаяньем воскликнула Долецкая.