Отель для интимных встреч - Марина Серова

«В конце концов, что там может быть? Фото очередной протеже Марка Яропольского, за которую он теперь хлопочет перед Сергеем Тропиным»? — рассуждала я.

Я нетерпеливо дергала застежку, и она наконец-то поддалась. Стараясь не потерять управления и удерживая руль одной рукой, другой я подтянула синюю папочку к себе и заглянула внутрь.

Там действительно были фотографии.

Но не новой протеже, как я полагала, а старой… Фотографии Юли Разумовской, те самые, которые я уже однажды видела.

Я даже закашлялась, подавившись едким сигаретным дымом.

Марк Яропольский что, совсем псих, чтобы таскать с собой снимки убитой девушки?

Можно, конечно, предположить, что он был влюблен в нее и теперь всюду носит с собой фото как единственную память.

Но не стопку же профессиональных снимков! И не настолько же он был влюблен, чтобы теперь таскать эту пачку снимков даже на деловую встречу, которая у него, скорее всего, и должна была состояться с Сергеем Тропиным.

Я уже выехала за черту города, и теперь красный «Линкольн» несся на полной скорости по полупустой автостраде.

Огромный диск солнца слепил багряным цветом, казалось, куда ни посмотри, все равно он будет бить в глаза. Я щурилась от этого света и от горячих потоков воздуха, врывающихся в открытое окно.

Меня все это злило, и я то снимала очки, то снова надевала их на нос, часто подносила сигарету к накрашенным губам и почти не слышала звуков музыки, доносившихся из магнитолы. А мысли мои были далеко отсюда.

Я вдруг отчетливо поняла, что все эти люди: и Лера, и Эрнст, и Марк, да вообще все, кто имеет к моему расследованию хоть какое-то отношение, все они знают какую-то тайну и скрывают ее. И вся проблема состоит в том, что именно до этой тайны я и должна докопаться, поскольку это и есть тайна убийства Юли Разумовской — жены преуспевающего бизнесмена, одновременно проститутки и воровки, мечтающей сделать карьеру модели и готовой на все ради осуществления своей заветной мечты, которую у нее уже однажды отняли.

Что это за страшная тайна, связанная с фальшивым ожерельем, послужившим орудием убийства и совершенно случайным образом попавшим в мои руки?

Я не знала ответа на эти вопросы. Пока не знала. Но теперь я была уверена, что больше никому не позволю морочить себе голову. С такой твердой жизненной установкой я свернула к обочине и остановила «Линкольн» у знакомого указателя.

«Надеюсь, на этот раз мне не придется убегать от мотыги», — угрюмо подумала я, памятуя об особенностях характера и ценностных представлениях своего приятеля Гены. Эти же мысли заставили меня прихватить с собой и сумочку, в которой покоился пистолет Макарова. «Авось пригодится», — решила я и в общем-то не ошиблась.

Оглядевшись по сторонам и убедившись, что никаких подозрительных субъектов здесь не наблюдается, я проделала старый трюк — перепрыгнула через невысокое ограждение, идущее вдоль обочины, и, неуклюже балансируя на каблуках, спустилась по откосу к лесополосе.

Надо отметить, что здесь и днем-то было не слишком радостно, а теперь и тем более.

Макушки деревьев зло шипели где-то в вышине, репейники то и дело цеплялись к одежде, а в голову лезли дурацкие мысли о том, что не так давно некто тащил здесь труп девушки.

Романтика!

«И принесла меня сюда нелегкая», — говорила я самой себе, двигаясь по направлению к крайнему кирпичному домику. Я повторила эту фразу, уже стоя у загородки и вглядываясь в темные окна дома. И хотя свет не был зажжен, дверь, идущая на веранду, была настежь открыта.

«А где же сам хозяин?» — подумала я, и почти тут же в абсолютной тишине, какая бывает только на загородных участках, послышалось приглушенное урчание мотора. За домом кто-то заводил машину.

«Поймаем кота за хвост!» — решила я и, коварно хмыкая, побежала вдоль загородки.

Я не ошиблась и, глянув из-за угла, увидела капот черного джипа. Я тут же юркнула обратно и, прислонившись спиной к забору, стала напряженно прислушиваться.

Говорили двое мужчин, но все заглушал работающий мотор. Я даже не могла понять, какой же голос принадлежит дачнику.

— Вот черт, — прошипела я сквозь зубы и начала оглядываться по сторонам, пытаясь придумать, что теперь делать.

А делать было нечего, кроме как…

Я вздохнула, выругалась, взяла свою сумочку в зубы и, шлепнувшись на четвереньки, поползла вперед. Благо ползти пришлось недолго, и уже через пару метров я уютно устроилась в густой зелени лопухов и репейников и во все глаза уставилась на разворачивающуюся передо мной сцену.

У калитки стоял черный джип с тонированными стеклами и урчал от работы прогреваемого мотора. Дверца со стороны водительского сиденья была открыта, за рулем сидел мужчина, о чем я могла догадаться, видя лишь ногу в черном лакированном ботинке и серой брючине, и руку, перекинутую через открытое окошко, с сигаретой, зажатой между пальцев.

Как я верно предположила, здесь же был и дачник. Он стоял рядом с джипом и вел оживленную дискуссию с мужчиной, но мне удалось услышать лишь окончание его пламенной речи:

— Она здесь не появится.

— Появится, — возразил мужчина, сидящий в джипе.

И я чуть ли не выпрыгнула из лопухов.

Голос определенно был знаком, вот только где я могла его слышать?

— Вот посмотришь, — продолжал между тем он. — Ей просто больше деваться некуда. Она испробовала все варианты и лазейки и ей больше некуда сунуть свой нос. Так что рано или поздно, но она придет к тебе.

— После того, что устроили ваши ребята, ей стоило бы убраться восвояси.

Я услышала что-то похожее на смешок.

— После того, что ей устроили мои парни, она сама к ним поперлась.

Рука с сигаретой на секунду спряталась, потом опять появилась, а из салона потянулась тонкая струйка табачного дыма.

— Она точно ненормальная, — покачал головой Гена.

— Нормальная или нет, но она сюда явится. Это я знаю точно. Причем явится она в самое ближайшее время. Возможно, даже сегодня. И ты должен быть готов к этой встрече.

На пару секунд воцарилась тишина.

— Что вы хотите этим сказать? — наконец спросил Гена, и голос его чуть дрогнул. — Вы хотите сказать, что я должен ее… того… убить? Нет уж, вот от этого меня увольте. Сами с ней разбирайтесь.

— Дурень! Да не придется тебе ее убивать, она нам нужна живая, по крайней мере, до тех пор, пока я с ней не поговорю. Ты должен будешь ее просто задержать и предупредить моих ребят. А уже как ты это сделаешь, мне все равно.

— Понял.

— Вот и хорошо, что понял, я не сомневался, что ты парень понятливый и нам удастся с тобой договориться.

Рука незнакомца уронила недокуренную сигарету, а начищенный до блеска ботинок втоптал окурок в землю.