Читающий по телам - Антонио Гарридо

Цы не успел даже одеться. Воспользовавшись суматохой, прорицатель схватил его за руку и потянул к задней двери. На их счастье, уже наступила глухая ночь, снаружи никого не было. Беглецы кинулись в проулок, добрались до канала и спрятались под каменным мостом.

— Держи. Накинь это и жди меня здесь.

Цы принял от прорицателя льняную куртку, промыл раны и оделся. Он ждал и гадал: вернется ли прорицатель. Как ни странно, человек-обезьянка появился довольно скоро, и в руке у него был набитый мешок.

— Мне пришлось договориться с мальчишкой у входа, чтобы он спрятал мои вещички на ближайшем складе. Ты как? Сильно болит? — (Цы покачал головой.) — Дай-ка я посмотрю. Великий Будда! До сих пор не понимаю, как это ты его победил.

— А я не понимаю, почему ты поставил на меня.

— После объясню. На вот, лечись. — Прорицатель вытащил из мешка пластырь и залепил раны. — О великий демон! Откуда у тебя такие ожоги?

Цы не ответил. Человечек перебинтовал его куском тряпицы. Потом скинул с себя ослиную шкуру и укрыл юношу. Это было вовремя: холод с гор уже леденил кости.

— И вот еще что. Работа у тебя есть?

Цы покачал головой.

— А где живешь?

— Не твое дело. Тебе удалось получить выигрыш? — с тревогой спросил Цы.

— Ну разумеется, — рассмеялся человечек. — Я ведь прорицатель, а не тупица. Глянь-ка, не твое? — И он протянул юноше туго набитый мешочек.

Цы просто кивнул и спрятал свои восемьсот монет, превратившиеся теперь в тысячу шестьсот. Вообще-то, ему причиталось больше, но препираться он не стал.

— Мне нужно идти, — сухо бросил он и поднялся.

— Что за спешка? Погляди на себя. На такой ноге ты недалеко уйдешь.

— Мне нужно в аптеку.

— Посреди ночи? К тому же эту рану тебе ни в какой аптеке не залечат. У меня есть знакомый лекарь, он…

— Это не для меня. — Цы проковылял несколько шагов и остановился перевести дух. — Вот чертова нога!

— Быстро назад, не то нас отыщут. Люди, проигравшие нам свой дневной заработок, — отнюдь не буддийские монахи, что и букашки не обидят. Стоит им очухаться, они будут готовы нас по земле размазать, только бы вернуть свое.

— Я выиграл честно.

— Ну да. Так же честно, как и я со сверчками. Меня-то не проведешь, парень. Мы с тобой мешаны из одной глины. Я подметил, еще когда этот громила ухватил тебя за плечо. Ты даже бровью не повел. Поначалу я этому не придал значения, но когда ты показал все свои шрамы — особенно те, которые совпадали по рисунку с Вызовом Дракона… Так что ладно, парень! Ты не в первый раз участвовал в таком состязании, и ты определенно знал, что делаешь. И вот что я скажу: не знаю, как ты этого добиваешься, но ты одурачил всю компанию, одурачил и эту гору мускулов. Всех провел, кроме меня. Ведь я прорицатель Сюй. Вот почему я поставил на тебя.

— Не понимаю, о чем ты.

— Ясное дело. Я тоже ничего не понял про те магниты, ну да чего уж там… Дай-ка лучше я погляжу твою ногу. — Сюй, задрав штанину Цы, осмотрел рану. — Проклятье, парень! Тебя что, тигр укусил?

Цы скрипнул зубами. Он терял драгоценное время, нельзя больше ждать. Он поставил ради Третьей жизнь на кон не для того, чтобы просидеть всю ночь под мостом.

— Я должен идти. Знаешь ты, где тут аптеки поближе — или нет?

— Парочку знаю, только сейчас тебе не откроют, разве что мы придем туда вместе. А ты до утра не можешь обождать?

— Нет. Не могу.

— Вот дурачина! Ну хорошо, идем.

Они брели в тумане по каким-то улочкам портового района. Чем ближе к складам, тем тошнотворнее разносился в холодном воздухе запах прогнившей рыбы. Встречные бродяги посматривали хищными взглядами, но хромота Цы и стертая ослиная шкура на его плечах сразу давали им понять, что поживиться тут нечем. Завернув в Костяной переулок — место, где сваливают в отбросы рыбьи внутренности и хребты, — прорицатель остановился. Оглядевшись, перескочил через лужу зловонной крови и постучал во вторую дверь. Выбранный им дом больше напоминал разбойничий притон, чем благопристойное жилище. Вскоре отблеск фонарика в окне возвестил о пробуждении хозяина.

— Открывай! Это Сюй.

— Ты принес должок?

— Вот дьявол! Открывай! Я привел раненого.

Сначала раздался хруст проржавевшей задвижки, потом скрип несмазанных петель. На пороге возник мужчина, украшенный множеством чирьев. Оглядев пришедших, он хмуро сплюнул:

— Где мои деньги?

Сюй по-свойски оттолкнул неприветливого хозяина и прошел за порог.

Если снаружи дом казался притоном, то изнутри походил на выгребную яму. Цы первым делом спросил хозяина про лекарственный корень. Хозяин молча кивнул и ушел куда-то за занавеску. Оттуда сразу послышались шепотки.

— Не беспокойся, — подбодрил Сюй. — Он, конечно, крыса, но надежная крыса.

Вскоре «крыса» вернулась с каким-то порошком. Цы попробовал его на вкус. Это и впрямь было то самое снадобье, только куда меньше, чем надо. Цы попросил еще, но хозяин ответил, что больше у него нет, и, запросив тысячу монет, вполне удовлетворился и восьмьюстами.

— Послушай, и для ноги ему что-нибудь дай, — велел Сюй своему знакомцу.

— Мне не нужно…

— Спокойно, парень. Это будет за мой счет.

Прорицатель расплатился, и они поспешили покинуть странный дом. На улице пошел дождь, и ветер задувал все сильнее. Цы хотел поскорее отделаться от прорицателя.

— Спасибо за…

— Да не стоит. Лучше послушай… Я тут подумал… Ты ведь говорил, у тебя работы нет?

— Ну говорил.

— Ну вот… Слушай дальше. По правде сказать, уже много лет моя основная работа — могильщик. Это ремесло приносит неплохой доход, если умеешь общаться с родственниками покойного. Я работаю на Полях Смерти, на главном кладбище Линьаня. А прорицатель — это так, подработка. Как только обставишь пару деревенских простофиль, так о тебе уже молва трубит, а фокус со сверчками давно себя исчерпал. Мне приходится перебираться с места на место, но у этих ублюдков из Большой банды все под контролем. Либо ты им платишь, либо сам собирайся и уходи. Линьань, конечно, велик, но не настолько.

— Да. Понятно… — Цы торопился, но не хотел выглядеть неблагодарным.

— В общем, чтобы заработать лишнюю пару монет, приходится то продавать леденцы, то кастрюли чинить… А то — предсказывать будущее или делаться уличным рассказчиком… Даже мой выигрыш не сильно меня обогатил. Дьявол! У меня ведь семья, а вино и девочки денег стоят! — И старик сам же расхохотался.

— Прошу прощения, но…

— Я понял, понял. Тебе куда? На юг? Ну пошли. Я тебя провожу.

Цы собирался сесть на лодку на Императорском канале — теперь он мог себе это позволить.