Человек – сейф - Стефка Модар

– Но это уже не твоя забота! А нашего смотрящего! – скалясь. – Поправимо! Раз, два и в «дамках».

Виталий не выдержав, бросая миску на пол, зло, сверкая глазами, вскочив с места, направился к окну.

Сокамерник лыбясь:

– Так, что свою кралю, забудь! Виталий, молча глядя на окно, водя желваками, задумываясь, погружаясь в прошлое, словно там осталось то, что даст на всё ответ. Память, нащупав ниточку, возвращала в семью. Мозги, вскипая, вспоминали – быт и расклад той отмеренной свыше супружеской жизни…

…На диване и на кресле вразброс женский гардероб, на полу перед диваном огромная сумка.

Виталий в шортах и в майке сидит в кресле, зло наблюдает за Ириной.

Она в шортиках и легкомысленной маячке, одно плечо майки приспущено спадает вниз, оголяя плечо и бретельку лифчика.

Как никогда в ярости, стоит, нагнувшись над вещами, что раскиданы на диване, собирая в руки по одной вещи, комкая одну за другой, зло бросает в огромную сумку, что стоит на полу. Хотя она это делает манерно и демонстративно, все ж всё говорит, что она собирается уйти из дома. Подтягивая плечо маячки, отдуваясь от спадающей копны волос, стараясь выжать слезу, бубнит под нос:

– Что вылупился?

Виталий с нескрываемым восторгом:

– Красавица, когда злишься!

Зло глядя в его сторону, та пытается ерничать:

– Х-м! Посмотри в последний раз!

Он, нервно раскачивая ногой, криво улыбаясь уголками губ, сквозь зубы едко парирует:

– Да уж! А вот и расставание пришло, прямо всё у нас тобой идет по писаному кем-то там когда-то, по классике. Картина Репина «ПРИПЛЫЛИ!»

Соизмеряя ее с ног до головы, не унимаясь:

– И унесёт тебя ветром – в ту степь: Ту – ту!

Фиглярничая:

– О, моя Скарлет!..

Она разворачивается, подбоченившись, со скомканной майкой в руках, делая шаг вперед, останавливается, откидывая рукой пряди волос наотмашь назад, отдуваясь, со злостью глядя то ли на него, то ли на спадающую, на нос челку, вызывающе грубо орёт:

– «Козёл!» Заткнись уже, наконец «Святоша»! Забембал.

Бьёт себя в грудь ладонью, срываясь:

– Всю жизнь мне сломал!

Сверкая глазами в его сторону:

– Реализоваться не дал! К половнику долбанному привязал! Нашел себе «рабу – кухарку!»

С ехидством, кривляясь, гримасничая, не успокаиваясь, ехидно напевая:

– Всё к твоим ногам! Все к твоим ногам!..

Соизмеряя взглядом, стирая его в своих глазах, как любимого мужчину кидает майку в него, что попадает ему в лицо, тут же вскипая:

– Не одной порядочной вещи! Всё, черт возьми, с рынка!

Рывком разворачиваясь, идёт к дивану, сгребая в кучу вещи, впихивает в сумку, они не умещаются. Она их заталкивает, прижимая нажимом ноги, бубнит:

– На одни ремонты – твоих поломок, только и работаешь! Водила мне тоже! Хмыкая, – Ас!..

Разворачиваясь в его сторону, с ненавистью:

– Устала я! Жить хочу! – рыдая в истерике, – что, я хуже всех что ли? Ни мужа дома, ни денег в доме.

Виталий принимая, как справедливо сказанное, стараясь сдержаться, пытается оправдаться:

– Сейчас многие так живут. Не СОВЕТСКИЙ СОЮЗ, когда все ремонты делали в АТП за деньги Государства.

Зло:

– Отошла лавочка! Каждый за себя!

– Я не виноват, что автобус ломается чаще, чем хотелось?! Автопарк весь изношен донельзя.

Ирина с кривой усмешкой на губах, не менее зло орёт:

– Нашёл себе оправдание!

– Сейчас пожалею! Слабак!

Раскручивая себя, с сарказмом, издеваясь, включая артистизм, паясничает:

– Спасибо за Вашу любовь к нам!.. – с пафосом низко кланяется.

Виталий, вскакивая с кресла, в крик:

– Не нравится, ищи себе миллионера!

Ирина, подойдя к креслу, бросает вещи в открытую сумку, пиная ногой:

– Ой, как хорошо! Непременно! Прямо – вот сейчас и к нему!

Показывая рукой в направлении двери:

– Спасибо, что направление дал в «светлое будущее», а то как-то совесть на мозжечок давила, сдерживала от порыва сделать первой нужный шаг.

Искоса:

– Знаешь ли, мучилась как всяк «домашняя».

Подпитав себя этим, с вызовом глядя в лицо, орёт:

– Дура!.. «Дуся-Агрегат».

Хватая сумку, мельтешит, срываясь резко с места, как заведенная, на взводе открывая дверь, тут же теряется из поля зрения в проёме.

Виталий спешит за ней, выкрикивая в след:

– Да пошла ты! Чеши по Питерской!..

– На Тверскую загляни!

– В цене будешь, пока свеженькая! От мужа!

Раздражено закрывая дверь в зал, опустошенно по инерции выкрикивает:

– Мороки меньше!

Возвращаясь к креслу, падает в него, не сдерживая накопившихся эмоций, зло, констатируя:

– Сволочь не благодарная!.. – Такую любить! Да чтоб «оно» сгорело.

– Дороже выйдет!

Виталий, в напряжении смотрит на дверь, бьёт себя по лбу, злясь на самого себя:

– Сволочь! А ведь люблю!

Слышно, как хлопнула с грохотом входная дверь…

…Лязганье ключами в замке привело Виталия в действительность. Он, оборачиваясь, посмотрел вперёд, перед ним наглухо закрытая дверь. Сильный топот ног за дверью, выкрик охранника:

– На выход! Прогулка!

Сокамерник, ставя миску наверх нар, спеша направился к выходу, юркнув, исчез за дверью, с грохотом закрыв за собой.

Виталий тоже направился к двери, от злости и досады стуча кулаками, от бессилия прислоняясь к ней головой, обернувшись спиной к двери, спадая, присел на корточки, тупо глядя прямо перед собой.

Дверь не замедлила открыться.

В проёме показалась голова охранника. Тот, как ни в чем не бывало, расшаркиваясь, произнёс:

– Ой, Брат…

– Кажись, мы тебя нечаянно тут чуть-чуть забыли.

Фиглярствуя:

– Прости, ради Бога!

Появляясь в дверях, протягивая руку:

– Прошу! «Наш Двор» ждёт тебя!

Виталий, заложив руки за спину, не обращая на него внимания, молча вышел.

Охранник, довольно лыбясь, поспешил удалиться за ним…

…Кажется, что тревоги посещали в этот момент и Олега. Тот, сгруппировавшись с напряжением, всматривался в строку на мониторе компьютера. Отпрянув, глядя издали, бегло читая вслух, – Скорее всего, осужденный не виновен. Я не верю в его виновность…