Стальное перо - Алексей Макеев

– Отставить! – заорал Гуров так, что на столе задребезжали рюмки.

Человек с залысинами с трудом сфокусировал взгляд на объекте, возникшем из двери. Ильин что-то рычал или хрюкал и пытался встать. Девчонка у стены еще больше вдавилась в нее спиной. В коридоре затопали чьи-то тяжелые шаги, и Лев сразу полез в карман за удостоверением. Только бы Сычев с напарником не подвел!

– Ты кто такой? Ты че тут? – Выпятив челюсть и свирепо вращая глазами, на Гурова шел здоровенный детина в черном костюме и белой рубашке. – А ну…

– Спокойно, полиция! – Гуров сделал небольшой шаг в сторону, чтобы у него за спиной не было стола, а было побольше свободного пространства. – Ваши документы!

Если бы не Сычев, охранник машинально сгреб бы нахального человека с красными корочками в руке и вышвырнул вперед головой в коридор или в окно. Это зависело от степени сопротивления незнакомца. Но тут второй, не менее грозный голос за его спиной вывел бравого охранника из состояния тупого исполнения служебного долга.

– Полиция! Всем оставаться на местах! – громко провозгласил Сычев и шумно ввалился в комнату.

Теперь было слышно, как по коридору топают еще несколько человек. Охранник беспокойно закрутил головой, соображая, что теперь делать. А комната постепенно наполнялась людьми. Прибежали напарник Сычева, второй охранник Ильина, метрдотель и двое официантов.

– Через пару минут, – шепнул Гурову Сычев и занял место между охранниками и Ильиным.

Лейтенант сразу понял, что тут происходило. Заплаканная несовершеннолетняя девочка у стены, вторая, такого же возраста, в порванной одежде, поправляла трусики и пыталась одновременно прикрыть голые исцарапанные ноги.

– Так, – начал распоряжаться Гуров, пока персонал ресторана не успел ни в чем разобраться. – Полиция, прошу официантов удалиться. Вы кто, метрдотель? Зайдите сюда. Вы охранники? Заходите и закройте дверь! Документы…

– А ты кто такой? – с угрюмой угрозой в голосе поинтересовался второй охранник. – Ну-ка, свою ксиву сначала покажи.

Гуров не спешил передавать в чужие руки свое удостоверение, но в комнате было много свидетелей и еще двое офицеров полиции. Теперь противоправных действий можно было почти не опасаться, но усугубить ситуацию все же стоило.

– Только что в этой комнате была предотвращена попытка изнасилования несовершеннолетней девочки, – громко провозгласил он, и глаза всех присутствующих переместились на заплаканных девиц, прижавшихся друг к другу в углу, и Ильина, который недовольно ворочался на диване и пытался встать. – Вы все будете свидетелями, каждый из вас даст показания, а вашего шефа ждет суд по обвинению в педофилии.

Глаза настырного охранника поблекли. Он уже с меньшей охотой взял в руки удостоверение Гурова, прочитал, удивленно вскинув брови, потом вернул документ владельцу. А в комнату уже забегали крепкие ребята из патрульно-постовой службы с дубинками в руках. Следом протиснулись двое инспекторов ДПС с автоматами «АКСУ». Гуров облегченно вздохнул.

Началась проверка документов, но тут неожиданно стал оказывать вялое, но все же сопротивление второй мужчина. Тот самый, с залысинами и пивным животиком, как его охарактеризовал Сычев. Он вдруг принялся вырываться, что-то недовольно мычать. Сычев, присвистнув, протянул Гурову документ. Это было удостоверение офицера полиции.

– Та-ак. – Гуров посмотрел на пьяного, потом снова в удостоверение. – Значит, майор полиции Жидков Владимир Иванович? Вот и не уповай после этого на простое везение!

– А кто это? – удивился Сычев.

– Это, друг ты мой дорогой, золотая рыбка. Мы теперь можем заказывать исполнение желаний.

– Дяденьки, отпустите нас домой! – вдруг подали голос девчонки.

– Вы как здесь оказались? – строго спросил Гуров. – Вам в куклы играть надо!

– Мы гуляли, – торопливо стала отвечать вторая девочка, прижимая к себе подругу в разорванной юбке. – А потом эти, – кивнула она на охранников, – предложили покататься на машине.

– Потом в ресторане, как взрослым, выпить и покурить, – усмехнулся Сычев. – Так, что ли?

– Ну, почти, – опустили девчонки глаза. – Мы думали, они ухаживают за нами.

– Шал-лавы, – угрюмо процедил сквозь зубы один из охранников.

Когда утром на Петровку приехал адвокат Ильина, все объяснения были отобраны, все показания сняты, экспертизы проведены, а все участники ночных событий, кроме потерпевших девочек, сидели по отдельности в камерах. Правда, майора Жидкова, учитывая, что его личность была установлена сразу же, пришлось отвезти домой. Но удостоверение было изъято, а непосредственному начальнику официально сообщено лично дежурным по городу обо всем случившемся через час после задержания. Гуров был во всеоружии, смотрел на мужчину в очках с дорогой позолоченной оправой и старательно сдерживал зевоту. Несмотря на азарт и здоровое профессиональное возбуждение, спать все же хотелось неимоверно.

– Я – адвокат и требую, чтобы мне предоставили все имеющиеся у вас доказательства, на основании которых вы произвели задержание моего клиента.

Это заявление мужчина повторял уже во второй раз и делал это монотонным голосом. Наверное, рассчитывал, что, кроме выявленного нарушения законности, удастся вывести из себя полицейских начальников и спровоцировать их и на другие нарушения. Например, на грубость или, возможно, даже на физическое насилие. Адвокат, кажется, не сомневался, что такое насилие по отношению к его клиенту было применено еще ночью.

– Я не расслышал, – вежливо улыбнулся Гуров, – как ваше имя-отчество?

– Зотов Александр Валерьевич, – весьма язвительно процедил адвокат, глядя на Гурова с превосходством и даже какой-то жалостью. – Член коллегии адвокатов…

– Да не надо, Александр Валерьевич, не надо! – Лев вскочил и, обняв адвоката за плечи, повлек его в угол на мягкий диванчик у окна. – Что за официальщина? Я же понимаю, он ваш клиент, вы обязаны о нем заботиться, выручать его из беды, отстаивать его права, беречь от беды и незаконных действий. Так ведь? Вот мы с вами сейчас все и обсудим. Уверяю вас, Александр Валерьевич, что мы обязательно с вами договоримся, найдем компромиссы и достигнем, как там у вас говорится, консенсуса. Достигнем, так сказать, общего согласия при отсутствии возражений по существенным вопросам.

– Ни к каким компромиссам вы меня не склоните, – ворчал адвокат, усаживаясь перед Гуровым и демонстративно кладя ногу на ногу. – Есть закон, и я требую его неукоснительного соблюдения.

– Я тоже, – расплылся Гуров в широкой располагающей улыбке.

Адвокат подозрительно посмотрел на полковника и откровенно заволновался.

– Видите ли, Александр Валерьевич, – вдруг резко стал серьезным Лев, – вашему клиенту будет предъявлено обвинение в попытке изнасилования несовершеннолетней девочки. А вам придется защищать его в суде как педофила. Некрасивая история!