Дешево и смертельно - Наталья Александрова

Рита глубоко вдохнула будто перед прыжком в воду и произнесла:

– Это чертово агентство… то, которое якобы подобрало жениха твоей матери…

– Что там с эти агентством? – поторопил ее Сергей.

– Это агентство – просто осиное гнездо. И я туда сунула палку. Я пошла к ним под видом матери-одиночки и скачала из их компьютера кое-какую информацию. Они меня застали, и я еле убежала… а потом они меня чуть не убили. То есть они по ошибке вместо меня убили другую девушку… прямо у меня на глазах.

– Ритка… – Сережа сел рядом с ней на топчан, обнял за плечи, – Ритка, сестренка, я не знал… ты думаешь, с мамой и Лялькой тоже… совсем плохо?

– Я не знаю, – честно призналась Рита, – и что теперь делать – тоже не знаю. За нашим домом следят, вчера я видела двоих в машине… Когда ты вернулся, они, наверное, уже уехали, ночью я никого не видела… зато примчался этот, который выдавал себя за Антона. Вероятно, узнал, что меня не убили, что киллер ошибся. И приехал исправить ошибку.

Вдруг подал голос молчавший до того Фюрер:

– Сеструха, с ними надо поменяться местами.

– Что? – удивленно переспросила Рита. – Как это?

– Они за тобой охотятся, ты от них убегаешь. Надо поменяться местами, перехватить у них инициативу.

– Как? – задала Рита риторический вопрос. – Я же ничего про них не знаю…

– А что ты там у них скачала из компьютера?

– Да есть кое-какая информация, но все концы уходят во Францию. Туда всех женщин с детьми отправляли…

– Значит, надо ехать во Францию..

– Есть у меня еще одна зацепка… – протянула Рита задумчиво. – Евгений, Лялькин отец… ведь без его разрешения Ляльку не могли выпустить за границу, а он клянется, что такого разрешения не давал, причем, по-моему, не врет. У меня сильнейшее подозрение, что тут подсуетилась его мамаша… Жаба, каких мало. Так вот, не знает ли эта жабень чего-нибудь важного…

– Паяльником ее, – невозмутимо предложил Фюрер.

– Слушай, Эрик, не зря тебя Фюрером обозвали! – возмутилась Рита. – Ты что, будешь пожилую женщину паяльником пытать? Хотя, конечно, нельзя не признать, что она этого заслуживает…

– Говорил я тебе… – вставил Сережка.

– Для святого дела могу и паяльником… но можно и по-другому, на психологии сработать. Что для этой жабы дороже всего на свете?

– Ее драгоценный сыночек, – не задумываясь ответила Рита.

– Ну так чего проще! Украдем ее сыночка, пригрозим, что мы его… паяльником, жаба все и выложит. А, сеструха? Я вам помогу!

Рита тряхнула головой:

– Ну ты и авантюрист, Фюрер! А с виду не подумаешь…

– Удачно маскируюсь.

– И что, думаешь, получится?

– Запросто. Я только позову еще пару друзей…

Через час притащились двое приятелей Фюрера, такие же длинноволосые и немытые, приволокли авоську пива, расселись на полу и принялись это пиво пить. Рита не поняла, зачем нужно такое подкрепление, но спорить не стала: энергия и хватка Фюрера произвели на нее впечатление.

– Ну что, – Фюрер протянул ей мобильный телефон, – звони маменькину сыночку. Его надо изолировать.

Рита набрала рабочий номер телефона Евгения. Не будет же мамаша его вечно держать под домашним арестом, на работу-то нужно ходить…

– Здравствуйте, Евгений, это Рита. Нам срочно надо увидеться.

От ее голоса у Евгения, вероятно, начался нервный припадок, но он превозмог себя и ответил:

– Я не могу… – заныл этот образец мужественности, – у меня… – Он запнулся, срочно изобретая уважительную причину.

– Я понимаю, у вас критические дни, – оборвала его Рита, – но если вы сейчас не встретитесь со мной, я немедленно свяжусь с вашей дражайшей маменькой, и мы продолжим наш последний плодотворный разговор у вас на квартире.

Евгений решил выбрать из двух зол меньшее.

– Нет-нет! – испуганно забормотал он. – Мы встретимся! Скажите, когда и где!

Евгений, как всегда, пострадал через собственное слабоволие. Чтобы избежать скандала с матерью, он согласился приехать куда скажут и через час уже сидел на многострадальном топчане, косился на дверь морга и с ужасом смотрел, как Рита набирает его домашний номер.

– Что вы хотите делать? – ныл он. – У мамы больное сердце…

– Это у нее-то больное сердце? – не поверила Рита. – Да она всех нас переживет, у нее вообще сердца нету…

– Пресмыкающиеся очень живучи! – невозмутимо сообщил Фюрер. – Крокодил, например, вообще до трехсот лет может дожить.

– Не смейте так о маме! – вякнул Евгений.

– Ты бы лучше о дочери вспомнил, скотина, которую твоя мамочка упекла неизвестно куда! – не выдержала Рита.

– Дай я ему плюх надаю! – азартно предложил Сережка.

– Нельзя, – серьезно возразил Фюрер, – лучше это сделаю я.

– Это почему же лучше? – заартачился Сережка.

– Потому что у тебя это будет сведение счетов. А если я ему вмажу, то без всякой злости, просто для пользы дела.

– Прекратить разговорчики! – рявкнула Рита голосом старшины-сверхсрочника. – Не слышно ничего…

– Светлана Федоровна? – Теперь голос Риты просто сочился медом. – Это Маргарита, вы меня, надеюсь, еще не забыли?

– Я тебя, стерва, никогда не забуду! – взвизгнул женский голос в трубке. – Чего тебе надо? Ведь я сказала, чтобы ты больше нам не звонила!

– Как хотите, – проворковала Рита, – я могу повесить трубку, и вы не узнаете, где сейчас ваш обожаемый сыночек и что с ним делают.

– Что? – завопила Светлана Федоровна. – Ты врешь! Женечка сейчас на работе!

– Вы так думаете? Ну так поговорите с ним!

Рита протянула телефон Евгению, но он молчал. Тогда Фюрер примерился и аккуратно отвесил ему пощечину, такую сильную, что у бедняги клацнули зубы и голова чуть не отвалилась.

– Мама, мне пришлось приехать… меня заманили обманом… – проскрипел он.

Светлана Федоровна, несомненно, слышала клацанье зубов своего ненаглядного сыночка и поняла, что все очень серьезно.

– Что там происходит? Что с тобой делают? Где ты?

– В морге, – ответил Евгений чистую правду и, покосившись на Фюрера, добавил: – Какой-то страшный человек с длинными волосами включил паяльник…

Рита забрала телефон, удовлетворенно кивнув, и Фюрер выключил паяльник: зачем зря жечь электричество.

– Ну что, Светлана Федоровна? Мне повесить трубку?

– Стерва! Убийца! Что ты делаешь с Женечкой? Чего тебе надо? Я немедленно звоню в полицию!

– Валяйте! – разрешила Рита. – Звоните, дорогая Светлана Федоровна! – Рита была сама любезность. – И расскажите им об обстоятельствах отъезда за рубеж вашей невестки и внучки, о том, как вы подделали разрешение от имени своего сына…