Брак со стихийным бедствием - Елена Логунова

Я оглянулась на Вадика.

– Чемоданов Юрий Вадимович, – подсказал он, пожав плечами.

Типа, что возьмешь с Чемоданова! Я подумала, что человек с такой фамилией действительно может себе позволить идти по жизни с грузом больших и мелких вещей, и с новым интересом оглядела гостя. Вполне симпатичный дядька, в хорошем костюме, с виду – абсолютно нормальный, чего это его в депутаты несет?

Вадька пошел цеплять на гостя аудиопетличку, а когда вернулся, шепотом спросил:

– На нем значок. Что он означает, не знаешь?

Я пригляделась и увидела на лацкане чемодановского пиджака золотой кружочек размером с десятикопеечную монету или чуть меньше с изображением крутой спирали, напоминающей символическое изображение улиточного панциря. Если я не ошибаюсь, математики называют такую кривую «эвольвента».

– Не знаю, но обязательно спрошу! – пообещала я.

Значок, красиво поблескивающий на фоне темного габардина, был точной копией той сережки, которую потеряла, спасаясь бегством из квартиры Балды, Лилиана Марусенко.

– Значит, то была не сережка, – пробормотала я.

– О каком Сережке ты говоришь? – ревниво поинтересовался Вадик. – Нашла время думать о посторонних мужиках! Все внимание на господина Чемоданова! Ахтунг! Пишемся!

Каюсь, речь кандидата Чемоданова я пропустила мимо ушей. Таращилась, как загипнотизированная, на его нагрудный знак и нетерпеливо ждала окончания записи.

– Это все! – сообщил оратор, завершив выступление и не дождавшись рукоплесканий.

– Отлично! – опередив Вадика, я пошла избавлять гостя от петлички и как бы между прочим спросила: – А что это за значок у вас такой красивый? Партийный, наверное?

– Скорее, корпоративный, – охотно ответил польщенный вниманием Чемоданов. – Отчасти это сувенир, отчасти награда от руководства компании, в которой я работаю.

– Дайте, я угадаю! – Азартный Вадик зажегся, как бенгальская свеча.

Он нарисовал пальцем в воздухе крутую спираль и предположил:

– Это звукозаписывающая компания, да? Спиралька напоминает о звуковой дорожке граммофонной пластинки?

– Нет, нет! Это…

– Молчите! – осадил гостя разошедшийся оператор. – Я сам! Это… м-м-м… Сахарный завод? А спиралька напоминает рисунок на срезе свеклы? Нет? Тогда это бумажный комбинат, а спираль символизирует свиток пергамента! Тоже нет?! Кондитерская фабрика и рулет!

– Нет, это…

– Я сам!!! Мясокомбинат и поросячий хвостик? Производство покрытий для пола и скрученный ковер? Опять нет?! Да что за черт!

Я с интересом наблюдала за напарником. Он не на шутку завелся, пытаясь решить задачку. Похоже, недавнее разгадывание кроссворда все-таки оказало на Вадика определенное влияние, и он втянулся в процесс.

– Компания «Рога и копыта» и бараний рог, да? Нет? Швейная фабрика и катушка ниток! Снова нет?!

– Вадик, пойди, попей водички, ты что-то слишком разгорячился! – посоветовала я.

– Водичка, точно! Вы производите питьевую воду или оборудование для бассейнов, а на значке нарисована волна!

– Нет, это просто…

– Тихо!!! – Вадька топнул ногой. – Ваша компания – это сеть парикмахерских, и на значке нарисован локон! Так или нет? Так, я вас спрашиваю?!

Разбушевавшийся оператор выглядел пугающе, и господин Чемоданов явно робел ему возражать, но и врать ему не хотелось – должно быть, депутатская совесть не позволяла. Возникла неловкая пауза, до краев заполненная угрожающим сопением Вадика. Ее в высшей степени удачно оборвало появление в студии режиссера.

– Вы закончили? – вежливо поинтересовался Слава, которому наше руководство вменило в обязанности вежливо встречать и выпроваживать гостей-кандидатов.

По лицу Вадика было видно, что, когда он закончит, его руки будут обагрены кровью. Славе хватило ума просечь ситуацию, он заговорщицки подмигнул мне и сказал:

– Вадька, тебя к телефону. Приятный женский голос!

Приятные женские голоса мой напарник никогда не игнорирует. Мужской интерес возобладал над кровожадностью, и Вадик унесся из студии, едва не опрокинув застрявшего в дверях Славу.

– На самом деле наша компания производит матрасы! – опасливо покосившись на дверь, почему-то шепотом сказал мне господин кандидат. – Матрасы на пружинном блоке, отсюда и спираль.

– Понятно, – кивнула я.

Мне было абсолютно все равно, что там нарисовано – диванная пружина или земляной червяк. Меня интересовало другое: как корпоративный значок матрасников попал к Лилиане Марусенко? Любезный господин Чемоданов по собственной инициативе подсказал мне способ найти ответ на мой невысказанный вопрос.

– Это золотой знак, личный, именной, – с гордостью поведал он. – Как медаль или орден!

– У орденов есть номера, – быстро сказала я.

– У наших значков они тоже есть, вот тут, на обороте, – Юрий Вадимович кивнул и хотел было отцепить с пиджака свой золотой матрасный знак, но я вежливо отказалась.

Под предлогом необходимости правильно подписать его в титрах я попросила у гостя визитку и бережно спрятала ее в карман. Выдастся свободная минутка, позвоню в матрасную компанию господина Чемоданова, назову номер значка Лилианы Марусенко и спрошу, кому и за что он выдан. Жутко интересно, за какие-такие матрасные заслуги наградили золотой медалькой белокурую бестию?

Свободная минутка выдалась у меня сразу после убытия восвояси господина Чемоданова. Прогнав прочь Вадика, который шумно сердился оттого, что не нашел ни в одном служебном телефоне достаточно приятного ему женского голоса, я достала из кармана визитку Ю.В.Чемоданова, заместителя директора ООО «Соня», выбрала из столбика телефонных номеров тот, который был особо отмечен как факс, и позвонила по нему. Обиженный Вадик тем временем убежал искать обманщика Славу, громогласно обещая его убить.

Как я и ожидала, телефон-факс был установлен в приемной директора. Барышня-секретарша, поначалу не слишком любезная, заметно подобрела, когда я назвала свое имя и место работы. Трудовой коллектив ООО «Соня» был в курсе того, что их замдиректора идет во власть, и путь его при этом пролегает через нашу телекомпанию. Дождавшись, пока женский голос в трубке станет настолько приятным, что это устроило бы даже придиру Вадика, я объяснила секретарше ее задачу. Она обещала навести справочки и перезвонить.

В ожидании обещанного звонка я съела шоколадку, завалявшуюся в ящике стола, и выпила кофе. Вернулся по-прежнему сердитый Вадик. Славу он не нашел и, соответственно, не убил, зато обнаружил, что я в одиночку, не поделившись с напарником, съела целый шоколадный батончик, и начал кричать, что убьет меня. Жить стало веселее, а тут еще позвонила Ирка с хорошей новостью.

– Все не так плохо, как мы думали! – сообщила она. – Специалисты посмотрели тормозную систему. Говорят, нельзя с уверенностью сказать, что ее умышленно вывели из строя!