Обретение ада - Чингиз Абдуллаев

Весь день Евсеев провел в Госбанке СССР. Необходимостьпровести целый пакет документов сразу через несколько управлений, согласовать этотвопрос с банками Украины, Грузии и Азербайджана, суметь получить новые деньги,оформить разрешение на вывоз, сдать под расписку старые деньги — на все этомогло уйти несколько дней. Но уже запущенная машина коррупции действовала наполную мощь.

Бывший министр финансов, прекрасный экономист и финансист,ставший премьер-министром, товарищ Павлов даже не подозревал, сколько людейсказочно обогатились на этом обмене денег. Сколько банкиров за один-два днястали богатыми, очень богатыми людьми. Сколько тысяч человек приняли участие вмахинациях с новыми-старыми деньгами и заработали на них свои дивиденды.

Павлов и не подозревал, что во всех республиках Средней Азиии Закавказья были массовые нарушения условий приема и сдачи денег. Каксдавались пачками деньги и через день, через два, через десять после завершенияобмена. И как выдавались новые деньги в обмен на уже ничего не значащую бумагу.Смутно догадываясь о масштабах злоупотреблений, Павлов распорядился начатьпроверку, но даже самые лучшие ревизоры не могли сопротивляться, когдапредлагаемые им суммы взяток достигали величины их столетней зарплаты. И,конечно, большинство проверок так ничего и не смогло установить. Кроме того,именно в девяностом году начались нападки на следователей и прокуроров, ведущихтак называемое «узбекское дело», когда прозвучал массовый хор обвинителей онедопустимости обвинения целого народа или, если точнее говорить, всегоправящего класса солнечной республики.

Напуганные подобными обвинениями, ревизоры из Москвы охотнобрали взятки и закрывали глаза на многочисленные нарушения законности. И хотяГдлян с Ивановым в очень многих случаях действительно в пылу обвинения нарушализакон, они превратились под влиянием средств массовой информации в некоеподобие громогласных обличителей общественной морали. Но вся тайна была в том,что Узбекистан лишь случайно попал в поле зрения правоохранительных органов,когда Нишанов не сумел защитить свою республику от нападок проверяющих.Практически во всех без исключения республиках Средней Азии и Закавказья к томувремени была схожая картина. Однако почти везде первые секретари местныхкомпартий усердно отбивали натиски проверяющих. Особенно «отличились»руководители Азербайджана и Армении, практически не допустив повторения«узбекского дела» в своих регионах. В Грузии был арестован даже другШеварднадзе, секретарь ЦК, который серьезно рассматривался Москвой в качествевозможного преемника главы Грузии.

Нужно было представить себе всю эту смесь неустроенности,неуверенности в завтрашнем дне, уже начавшую галопировать инфляцию, девальвациюрубля, введение повсеместно карточек на основные продукты питания, национальноеброжение в республиках Прибалтики, победу антикоммунистических сил в Грузии иАрмении, чтобы понять, как трудно и одновременно как легко было в этот деньработать майору Евсееву и всей приехавшей с ним команде.

В этот вечер он наконец подготовил все необходимыедокументы, чтобы вылететь завтра утром. Возвращаясь в гостиницу, где оноставался со своей группой, Евсеев не забыл заказать на завтра самолет ипредупредить охрану об особом режиме транспортировки груза к самолету. И лишьпосле этого, поймав такси, поехал в гостиницу, чтобы принять душ и отоспаться.Сегодняшний день он смело мог занести в свой актив. Получив ключи у дежурного,он поднялся по лестнице наверх и прошел к своему номеру, находившемуся навтором этаже. Открыл ключом дверь и увидел сидевшего в его комнате полковникаВолкова из военной контрразведки, которого он слишком хорошо знал.

— Что случилось? — испуганно спросил Евсеев.

— Закрой дверь, — поморщился полковник, и Евсеевбыстро запер за собой дверь.

— Иди сюда, — позвал полковник. Евсеев подошел кнему бледный от ужаса.

— Боишься, сука! — сказал довольным голосомполковник. — Это правильно, что боишься. Всех нас в такое дерьмо посадил.

— Я только выполнял приказ генерала Матвеева, —Евсееву вдруг показалось, что полковник прилетел сюда, чтобы убрать слишкоммного знающего майора. А Волков, видя состояние стоявшего перед ним человека,не только не успокаивал его, но, наоборот, всем своим видом словно подтверждалего худшие опасения.