Искатель, 2001 №9 - Станислав Васильевич Родионов

— Ну ладно, — уступила Рут, впуская его в дом. — Смотрите, но только гостиную. Я не готова показывать другие комнаты.

— Но вы же знали, что я приеду, не так ли?

— Да, конечно, но обстоятельства изменились.

Келли подошел к камину.

— Камин — одно из непременных условий моей клиентки. Ваш просто восхитителен. — Он принялся строчить в записной книжке. — Ваш дом — именно то, что она ищет… А это дверь в кухню?

Рут подскочила к двери.

— Сегодня я не могу показать вам кухню, мистер Келли.

— Уверен, что вас смущает пара немытых тарелок. Обещаю не смотреть на них.

— Прошу вас уйти!

Он пожал плечами и спрятал записную книжку в карман.

— Что ж… Но моя клиентка хочет побыстрее вселиться сюда. Когда можно привезти ее смотреть ферму?

— Я вам позвоню.

— Хорошо, миссис Грант, как вам угодно. — В его голосе слышалась обида.

Рут не любила огорчать людей, но сегодня ей было все равно. Во-первых, этот мистер Келли слишком настырен, подумала она, когда он ушел. Во-вторых, у меня другие дела.

Она попробовала уговорить себя позвонить в полицию, но тут снова раздался звонок. На пороге стоял все тот же мистер Келли.

— Не оставил ли я у вас свою авторучку? — спросил он. — Вы не видели? Нет? А можно мне поискать? Это подарок матушки…

— Да, да, входите.

Рут было приятно слышать, что на свете есть люди, которые ценят своих матерей. Будь жив ее сын, он сейчас был бы ровесником Келли.

Увидев, что Келли подошел к двери кухни, она встрепенулась.

— Мистер Келли!

Он обернулся, обнажив в улыбке свои лошадиные зубы.

— В кухню вы не заходили, — сказала ему Рут.

— Вы правы. Кстати, ручка у меня в кармане. Скажу вам честно: я пошел на этот маленький обман, чтобы вернуться в ваш дом. Дело в том, что, уходя, я заглянул в окно кухни и увидел такое… Конечно, я понял, что мистер Грант не принял меня вовсе не из-за чрезмерной занятости…

Женщина опустила голову и, всхлипнув, сказала:

— Я хотела позвонить в полицию…

— Надеюсь, вы не собирались сообщить ей, что ваш супруг сам всадил себе нож в спину?

— Я… не знаю, что собиралась им сказать. Я совсем потеряла голову.

— Успокойтесь, миссис Грант. — Келли похлопал ее по плечу. — Мы что-нибудь придумаем.

— Мы? Почему вы вдруг решили мне помочь?

— Вы очень похожи на мою мать. Если бы она вляпалась в такую историю, я был бы благодарен любому, кто придет ей на помощь.

Рут вытерла глаза.

— Вы милый мальчик, мистер Келли. Вашей матери очень повезло.

— Благодарю. Теперь надо…

— Но вы даже не спросили меня, как это произошло.

— Это ни к чему. Я не сомневаюсь, что он напал на вас, и вы защищались. Но можно сделать так, что вам и не придется оправдываться. Никто не узнает, что вы его убили, если избавиться от трупа. Тогда вы сможете сказать, что он ушел и не вернулся.

— Вы хотите представить дело так, будто он меня бросил?

— Да. Такое случается сплошь и рядом.

— Нет, мой Джон никогда не покинул бы меня. Он был забулдыгой и сквернословом, но не изменником.

— В каждом можно найти что-то хорошее. Но давайте все же подумаем, как нам поступить в создавшемся положении.

— Спасибо, мистер Келли, но я не могу позволить вам впутаться в эту историю.

— Я все устрою, успокойтесь. Суну тело в багажник, отвезу в лес и закопаю в укромном месте.

— Но я не понимаю, почему вы так заботитесь о человеке, которого до сегодняшнего дня даже не знали.

— Это чтобы вы не думали, миссис Грант, что на свете перевелись джентльмены.

Рут извлекла нож из спины Джона, положила его в раковину и пустила воду. Потом помогла Келли завернуть тело в одеяло и уложить в багажник машины.

— Это дело займет какое-то время, так что отдыхайте, — сказал Келли и уехал.

Дожидаясь его возвращения, Рут благодарила Всевышнего за подарок в лице этого добросердечного человека. Как хорошо, что ей не удалось, вопреки желанию, выпроводить его из дома. И как же это она сама не додумалась так просто все уладить. Хорошо еще, что не успела позвонить в полицию. Рут пошла наверх и приняла душ. Солнце уже садилось, воздух сделался влажным. Наконец Келли вернулся, и Рут открыла ему дверь.

— Чаю хотите?

— Спасибо. Я изрядно взмок, орудуя лопатой.

— Не знаю, как вас благодарить, мистер Келли.

— Не надо благодарности, лучше небольшую сумму.

Она не сразу сообразила, что он имеет в виду.

— Вы просите денег?

— Да, миссис Грант. Проза жизни. Надо зарабатывать.

Она достала из шкафа кошелек и протянула Келли купюру.

— Двадцать долларов? — удивился он.

— Вы трудились два часа и заработали все до цента.

— Мне кажется, вы не понимаете, что произошло, миссис Грант. Я спас вам жизнь.

— Вполне понимаю.

— Я думаю, что ваша жизнь стоит дороже двадцати долларов.

— Безусловно. Но при чем тут ваш гонорар за оказанную мне услугу?

— Ну, как вам это объяснить? Иногда человек может получить деньги не за выполненную работу, а только лишь за имеющиеся у него сведения. — Он выдержал длинную паузу. — Итак, после всего случившегося, о чем пока знаем только мы с вами, сколько вы заплатили бы мне за молчание?

— Очень много! — неожиданно резко ответила Рут. — Но лишь в том случае, если бы вы имели возможность рассказать о случившемся.

Он рассмеялся.

— Но мне ничто не мешает сделать это.

— Вам так только кажется, мистер Келли. На самом деле я не должна вам ни цента за молчание.

— И как вы пришли к такому заключению?

— Очень просто. Вы спрятали тело. Значит, вы соучастник.

— Я лишь хотел вам помочь, миссис Грант. Как помог бы своей матери. Что же касается вашей скрытой угрозы донести на меня в полицию, то вы этого не сделаете из боязни разоблачить себя.

— В этом вы правы, мистер Келли. Но вы заблуждаетесь, думая, что сможете шантажом вытянуть из меня большие деньги. У меня нет ничего, кроме этой фермы и старой машины.

Он улыбнулся.

— Ваша ферма просто прекрасна. Мне вполне хватит и ее.

— Вероятно, мистер Келли, вы считаете меня круглой дурой. Но это не так. Когда вы предложили мне продать ферму, я навела справки и узнала, что нашу землю хочет купить один строитель, чтобы возвести тут небоскреб. Ваша так называемая «покупательница» — это вы сами.

— Ну и что? Мне тоже надо зарабатывать деньги.

— Но достойно ли зарабатывать на беспомощных старушках?

— Такова жизнь. — Он выпрямился в кресле. — Итак, мы договорились, миссис Грант?