Завеса зла - Елена Дорош

– Однажды, – высунулся из-за монитора Глеб. – Мы еще не были знакомы, поэтому подробностей не знаю. Не за шмаль. Там что-то про драку в кафе. Она свидетельницей шла.

– Есть сведения, кто занимался этим делом?

– Не помню, надо смотреть. Это ты к чему?

– Ищу, за что зацепиться.

– В том районе у нас уже есть друзья – Силаков с Камкиным. С ними поговори.

– Камкин в Центральном недавно. Раньше в Выборгском кровь проливал.

– В Выборгском? Там, где три года назад было две жертвы?

Галимов сделал вид, что не понял намека.

– Надо покалякать с Камкиным. Может, что ценное и вспомнит. Позвоню ему.

Глеб кивнул и уткнулся в компьютер.

Галимов продолжал листать материалы дела.

– Посмотри, жертвы из Выборгского до того привлекались за что-нибудь? – неожиданно поднял голову Старостин.

Что-то было в его голосе – Галимов, пожевав губами, послушно открыл файлы.

– Да. Одна за наезд, другая – за драку с соседкой по общаге.

– Интересно. А те, что перед Ритой? Князева, кажется, и Гудкова.

– Князева на рынке торговала. Наверняка были проблемы с полицией. Гудкова вообще сидела по малолетке, – подтвердил Рустем и уставился на Глеба.

– Это ты к чему?

– Да вот. Думаю, – задумчиво ответил Старостин. – Наш маньяк убивает женщин определенного типа. Находит, долго следит, выстраивает логистику и до сих пор не попался, потому что хорошо ориентируется в пространстве. Помнишь, мы предполагали, что у маньяка, возможно, профессия такая – перемещаться по территории.

– И?

– А что, если маньяк остается незаметным, потому что ему никуда не надо ходить?

– Что ты туман напускаешь? Что хочешь сказать?

– Менту не надо перемещаться. К нему людей приводят. Жертвы все побывали в полиции.

– Ну, ты даешь, Старостин! Еще скажи, что наш маньяк – это Боря Камкин. Или Силаков.

Рустем хохотнул и вдруг осекся, настолько странным было лицо Глеба.

– Силаков не работал в Выборгском в то время, – медленно произнес Старостин, – а Камкин как раз оттуда перешел в Центральный. Странное совпадение. И Силаков… он… другой тип. Бандитская рожа, наглый, прет как танк.

– У нас с тобой рожи тоже, знаешь, не того, – осторожно заметил Галимов.

– Да я не о том. Силаков заметный, его трудно с кем-то спутать. Камкин, он цвета окружающей среды, понимаешь?

Но Рустем не желал понимать.

– Глеб! Ты сам-то слышишь, что несешь? Это ни в какие ворота! Бред полный!

– А вдруг нет?

Довести Галимова до состояния кипения было проще, чем казалось на первый взгляд.

– Ты, Старостин, как всегда! – заорал майор. – Как всегда, мать твою! Сколько тебя мордой ни вози, ты не меняешься! Увлекаешься! Даешь волю чувствам! Однажды с тобой уже так было! И чем закончилось?

– Отстрелил мрази рабочий инструмент!

– Это ты себе отстрелил три года жизни! Я не позволю запороть дело! Не позволю! Это тупая версия! Нет! Это не версия! Это бред сивой кобылы!

– Ты же сам говорил, что у меня нюх.

– Нет у тебя никакого нюха! У тебя гайморит!

– А Мотовилов считает, что я маньяков за версту чую.

– Ни хрена ты не чуешь! Ты просто… просто… больной на всю голову!

Рустем распалился так, что Глеб понял: надо заканчивать.

– Брейк! Давай разойдемся по своим столам и просто поработаем, идет?

Раздувая ноздри короткого носа, Галимов попыхтел еще немного и молча отправился к своему рабочему месту.

Через пятнадцать минут Глеб спросил, прячась за монитором:

– Ты не будешь против, если мы проверим ДНК.

– У Камкина? – догадался Галимов, но орать не стал.

– Да.

– Полный треш, Старостин. Полный. Это у тебя от отчаяния, что не можем выйти на след?

– Пусть. Сможешь раздобыть?

– Я? Как? Кровь из пальца возьму?

– Кровь он и так сдает регулярно. Сходи в поликлинику, попроси сделать анализ его анализов. Ну, ты понял. Официально сделать запрос нам не дадут. Вся надежда на твой животный магнетизм.

– Какой еще животный! – немедленно возмутился Рустем.

– Потом обсудим. У нас времени мало.

– Потратим драгоценное время на дебильную версию.

– У тебя есть лучше? Мы же в тупике.

– Если узнают, что копаем под коллег, закопают сначала нас.

– Не ссы раньше времени. Лучше проверь, где Камкин работал до Выборгского и не было ли там подобных случаев. Ты делал запрос за пять лет? Сделай за десять. Допуск к личным делам есть?

– Я же начальник, не помнишь? – поджав губы, процедил Рустем и открыл базу данных сотрудников полиции города.

– Есть что? – нетерпеливо спросил Глеб, подсаживаясь к столу.

– Суздаль. Владимирская область. Служил три года.

– Интересно, как его из такого медвежьего угла в Питер занесло? Не иначе у Камкина мохнатая лапа в органах имеется. Или еще где.

– Пошлю запрос в Суздаль на похожие случаи, но ждать придется.

– Пока ждем, давай еще пороемся в темном прошлом Бориски. А я пока скажу Днищеву, чтобы покопался в помойке под названием соцсети и нашел нашу хитрюгу – Ниночку Стасюк.

– Я же передал тебе инфу? Она нигде не зарегистрирована.

– О Дмитриевой мы тоже так думали, а Настя нашла и поймала жирную рыбу. И, кстати, тебе не кажется странным, что молодая, прекрасная телом и душой девушка Нина не имеет своей странички хотя бы в «Одноклассниках»?

– Удалила?

– Скорей всего, но ее друзья вряд ли сделали то же самое. Пусть начнет с Ольги Кунцевой. Наверняка она завидовала не только Насте.

– Завидовала, но дружила?

– Так это классика жанра, Рустемчик!

Днищеву долго объяснять задачу не потребовалось. В соцсети он нырнул, как карась в бабушкин пруд, и через полчаса положил перед Старостиным полный список всех родных и знакомых Стасюк. Список был оформлен в таблицу с комментариями напротив каждой фамилии. Глеб пробежал глазами и не зацепился ни за одну.

– Проверь всех. Кто, что и как связан.

– Цель?

Глеб поднял на Днищева глаза.

– Понял, товарищ капитан, – быстро ответил лейтенант. – Найти того, кто выведет на того, кого в списке нет.

Глеб поразился.

– Ты откуда такой сообразительный, Толик?

– С физмата.

– Батюшки святы! А я уж было подумал, что в полицейской академии стали таких делать. Испугался даже.

– Не бойтесь, я вас подсиживать не собираюсь, – ухмыльнулся Днищев, и Глеб поразился во второй раз.

Это ж надо! Прям мысли читает. Далеко пойдет.

– Найдешь, сразу ко мне.

– Всенепременно, – ответил лейтенант, и Глеб понял, что до этого парня ему далеко.

В кабинет вернулся Галимов и с порога сообщил:

– Был похожий на наш случай десять лет назад. Тот есть не похожий, а один в один. Только не в Суздале, а во Владимире. Единичный.

– Сколько лет Камкину?

– Тридцать один.

– Десять лет назад он