Рогоносец - Чингиз Абдуллаев

– Это вы узнайте у руководства, – улыбнулась она. – Я ведь пенсионерка, пришла сюда помочь разобраться. У меня здесь племянница работала, сейчас она в декрете, вот я за нее и вышла. Вас еще что-нибудь интересует?

– А какие у вас зарплаты?

– Очень небольшие, – снова улыбнулась она. – Моя племянница получала шесть тысяч рублей. А все остальные – от четырех до десяти тысяч.

– Рублей?

– Конечно.

Фирма с оборотом в два миллиона долларов платила своим немногочисленным сотрудникам такие зарплаты! Он уже все понял. И поэтому, поблагодарив женщину, вышел из кабинета. В коридоре уже бегала Альбина, пытаясь его найти. Она сообщила директору, что гость вышел в коридор, и услышала целый ворох оскорблений в свой адрес с использованием богатой ненормативной лексики – туркмен Дастан Курбаналиевич использовал широкие возможности русского языка. Увидев Нафиса, она даже обрадовалась.

– Идемте в кабинет, – попросила она. – Директор уже подъезжает.

– Пойдемте, – согласился Нафис.

Усевшись в кабинете, позволил Альбине принести ему кофе. Он не притронулся к чашечке, пока в кабинете не появился сам директор. Это был невысокий мужчина с типично азиатским лицом, хитрыми глазами, темными, не тронутыми сединой волосами. Ему было около пятидесяти лет. Пожав руку гостю, он уселся напротив него за столом для заседаний и попросил секретаря поменять им кофе.

– Очень рад вас видеть, – говорил он, ласково улыбаясь. – Почему вы не предупредили о своем приезде? Мы бы вас встретили. Сейчас поедем в ресторан. Самый лучший ресторан в этом городке. А потом поговорим о наших делах.

Альбина принесла два кофе. Нафис все еще молчал, давая возможность выговориться директору.

– Мы уже просмотрели наш график отгрузки и закроем все поставки этого квартала, – радостно сообщил Дастан Курбаналиевич.

– А кто конкретно занимается отгрузкой? – поинтересовался Нафис.

– Мой заместитель Трегубов, – пояснил директор. – Очень исполнительный и надежный человек. Он раньше работал в милиции. На него можно положиться.

– Трегубов, – вспомнил Нафис эту фамилию. – Он раньше не работал в Москве?

– Работал, – кивнул директор, – но ушел оттуда по семейным обстоятельствам. Развелся с женой и сейчас переехал к своей новой подруге в наш город. А вы его разве знаете?

– Может, вы его позовете?

– Конечно. Он здесь. Сейчас вам все расскажет, – Дастан Курбаналиевич нажал кнопку на пульте и вызвал Альбину.

– Найди Трегубова, чтобы зашел ко мне в кабинет, – приказал он, – и принеси нам чего-нибудь покрепче.

Он, улыбаясь, снова возвратился на свое место.

– Вас, наверное, удивило наше здание и наши условия, – продолжал директор. – Но это временное убежище. Мы недавно сюда переехали. Скоро заканчивается строительство нового здания в центре городка. Большое восьмиэтажное здание, в которое мы переедем в будущем году…

– Зачем вам восьмиэтажное здание? – перебил его Нафис. – Если в вашей фирме работает только четырнадцать человек?

Директор запнулся. Замолчал. Перевел дыхание. Улыбка сползла с его лица. Он покачал головой.

– Кто-то успел доложить? – тихо уточнил он.

– Это ведь сразу заметно, – пояснил Нафис. – В вашем клоповнике не поместится больше двадцати – двадцати пяти человек.

– Но вы назвали точную цифру! – Этот тип был жуликом, но не был дураком. – Кто вам сообщил? Вы приехали нас проверять?

– Я приехал узнать, почему возникли перебои с поставками комплектующих. И наткнулся на типичную фирму «Рога и копыта», – ответил Нафис. – Все и так понятно. Вы получаете два миллиона долларов, а платите своим людям копейки. И себе выписываете не больше трехсот долларов. Интересно, куда идут остальные деньги? И откуда вы берете в таком случае комплектующие?

Директор покачал головой.

– Ай-яй-яй. Теперь все понятно. Это наш новый бухгалтер, вышла заменять свою племянницу. Старая дура все и рассказала. Нехорошо. Некрасиво шпионить за своими друзьями.

– По-моему, нехорошо нас обманывать, – возразил Нафис. – Вы поставляете комплектующие, закупая их в другом месте. У вас даже нет здесь складских помещений, а ваш кабинет нужен для антуража во время разговоров по скайпу, чтобы мы видели, в какой обстановке вы работаете. Достаточно посмотреть на ваше здание, чтобы все понять. Вы просто создали посредническую фирму и паразитируете на высоких ценах, которые сейчас есть в нашей отрасли. Разве не так?

– Сколько? – вместо ответа спросил Дастан Курбаналиевич.

– Что? – не понял Нафис.

– Сколько процентов отката вы хотите? Полтора? Два? Сколько? Вы поэтому приехали?

Нафис не успел возмутиться. Дверь открылась, и в кабинет вошла Альбина, которая принесла бутылку виски и два больших стакана со льдом. Поставила их на стол рядом с гостем. И спокойно удалилась.

– Назови цену, – повторил директор, – сколько ты хочешь за свое молчание? Назови адекватную сумму, и мы забудем о твоем приезде.

– Вы считаете, что всех можно купить?

– Абсолютно всех, – кивнул Дастан Курбаналиевич. – У каждого есть своя цена. Даже у райского яблочка была своя цена, за которую заплатили Адам и Ева изгнанием из рая. Хотя ты мусульманин и в библейские истории не посвящен.

– Я оканчивал МГУ, – возмутился Нафис.

– Я тоже, – улыбнулся директор. – Исторический факультет. И с красным дипломом, между прочим.

Он не договорил, когда дверь снова открылась, и в кабинет вошел старый знакомый Нафиса – бывший капитан Трегубов. Жизнь прошлась по нему катком. Это был сильно постаревший мужчина, с мешками под глазами, потухшими глазами, одетый в мешковатый костюм. Лицо было таким, словно его обдирали наждачной бумагой. И бывший капитан не узнал сидевшего в кабинете директора незнакомца, ведь прошло уже почти шестнадцать лет. Тогда Нафис Давлетгаров был девятнадцатилетним юношей, сейчас стал тридцатипятилетним мужчиной.

– Заходи, – разрешил директор. – Приехали тебя проверять. Хотят послушать, как ты работаешь.

Трегубов обреченно кивнул и прошел к столу.