Джип из тыквы - Елена Логунова

Возможно, это слишком эмоциональное описание – кот фыркает и убегает, не вступая в полемику.

Я делаю еще пару дыхательных упражнений и возвращаюсь к делу, от которого меня отвлек бестолковый звонок.

Рекламное агентство, в активах которого с полсотни щитов для объявлений, расположенных в болевых точках социума на трамвайных остановках, называется строго по делу: «Главдоска».

Трудно понять, чего тут больше – иронии или ностальгии по былым временам, и это меня смущает. Я не могу заранее определиться с линией поведения и захожу в контору с таким робким «Здрасссь», что меня просто не слышат.

За столом у окошка две дамы в плиссированных юбках и кофтах с начесом вкусно пьют чай с мармеладками. Сразу видно, что обшарпанный полированный стол к обстоятельным чаепитиям привычен: его поверхность густо запятнана белесыми кругами от горячих стаканов, так что статью и расцветкой бывалый предмет мебели напоминает смирную лошадь в яблоках. Дамы-чаевницы усердно дуют на чашки, отчего их щеки, и без того румяные и круглые, становятся совсем помидорными.

Уверенно датировать эту жанровую сценку восьмидесятыми годами прошлого века мешает только актуальный календарь на стене. Впрочем, если не обращать внимания на цифры, он тоже соответствует канонам интерьер-дизайна советских времен.

– Здравствуйте, девушки! – это приветствие я произношу гораздо громче и увереннее, чем первое.

Дамам крепко за сорок, а габаритами, нежной белизной и приятной округлостью крупных форм обе они напоминают советский холодильник «Орск», но мое винтажное обращение «девушки» принимают благосклонно.

– Заходи, детка, садись, чай пить будешь? – слышу я.

– Спасибо, нет, – Машенька Виленская сегодня сама скромность. – Я насчет объявления…

– Само собой, – дама в кофте с леопардом кивает и смахивает со стола сахарную крошку. – Верочка, дай-ка ручку и бумагу. Диктуй свое объявление, деточка.

– Пишите: «Найдена собака»…

Я захожу издалека, не собираясь сразу говорить о главной цели своего визита – поисках информации о пропавшей девушке. Начнем, как принято в цивилизованном обществе, с опытов на животных!

Но дама с леопардом останавливает меня сразу же:

– Стоп, стоп! Это неправильно! Вера, дай-ка папку с шаблонами!

Вера – молчаливая дама в люрексе, гарусе и стеклярусе – снимает с полки картонную папку с тесемками.

Этот экологически чистый бумагонакопитель украшен красивой надписью с завитушками: «В помощь клиенту». Ниже печатными буквами накорябан короткий и сухой подзаголовок: «Жив».

Стало быть, в помощь живому клиенту – так это понимаю я. И то верно, из мертвого-то какой клиент? Да и не поможешь ему уже ничем, если ты не медиум.

– «Жив» – это живые? – уточняю я, пообещав себе, что не стану заглядывать в папку «Мертв».

Я не медиум и не колдунья вуду, я скромный простой эмпат и не в свои магические дела не лезу.

– Ах, нет! «Жив» – это животные! – смеется леопардовая дама, вручая мне бумагу и ручку. – Посмотри образцы, найди нужный шаблон и заполни его.

Я открываю папку.

В ней три бумажки: «Пропал (а, о)», «Найден (а, о)» и «Отдам в хорошие руки». Я выбираю второй вариант и приступаю к заполнению шаблона.

Он весьма толково составлен и годится, пожалуй, для любого живого существа, включая даже инопланетян: «Найден (кто). Возраст, если известен. Порода, если известна. Цвет. Размер. Внешность подробно. Особые приметы, если есть. Характер, если проявляется. Кличка, если откликается. Контакты нашедшего».

Я быстро пишу: «Найдена собака. Окрас рыжий с белым. Похоже, молодая. Возможно, гончая. Белая с рыжим, крупная, с длинной узкой мордой, висячими ушами и пушистым хвостом. Согласна зваться Белкой» – и добавляю свой телефон.

– Ну? Правда, так легче, чем из головы сочинять? – покровительственно улыбается леопардовая дама, принимая у меня исписанный лист. – Люди ведь кого только не подбирают, я помню одну старушку, которая нашла в плавнях маленького крокодильчика, так даже она не затруднилась написать объявление по нашему шаблону!

– Четыреста рублей, – подает голос молчаливая дама в люрексе.

Я послушно открываю кошелек и, строго следуя домашним заготовкам, невинно интересуюсь:

– А если люди пропадают, на этот случай у вас тоже шаблоны имеются?

– Конечно! – энергично кивает дама с леопардом. – Что, хочешь посмотреть?

– Хочу спросить, как часто к вам обращаются родные пропавших?

– Да уж не реже, чем в милицию! – фыркает моя собеседница.

– В полицию, – поправляет ее серьезная коллега.

– Какая разница! Что милиция, что полиция – один фиг, никакого толку от них! – отмахивается надкушенной мармеладкой энергичная дама в леопарде. – У них какая задача? Поскорее дело закрыть, а лучше – вообще его не открывать. Охота им искать пропавших? Неохота. Оно, конечно, и не наше дело тоже, но мы хотя бы не гоним несчастных людей, мы их принимаем, слушаем, чаем вот поим. Объявления расклеиваем, кому-то, бывает, и помогает.

– Как часто бывает? – я продолжаю гнуть свою линию. – Когда, к примеру, в последний раз вы искали какую-нибудь девушку?

– Девушку?

Моя собеседница чешет в затылке, сотрясая приземистую башню из начесанных и залакированных волос.

– Девушек мы давно не искали. С прошлого года, пожалуй. Дедушек мы искали! Этим летом прям поветрие какое-то случилось – старички склеротичные потянулись из дома на волю, как птички.

– Жара была, – веско молвит дама в люрексе.

– Да, было очень, очень жарко, в такую пору даже у нормальных людей мозги плавятся, что уж про старых дедушек говорить, – кивает дама в леопардах.

При всем уважении к старикам их перемещения в пространстве и времени занимают меня очень мало, поэтому я аккуратно сворачиваю беседу о блудных возрастных склеротиках и, получив сто рублей сдачи со своей «пятисотки», ретируюсь.

Уже выйдя во двор, притормаживаю у доски объявлений, в правом верхнем углу которой краснеет инвентарный номер 001.

Доска номер один – считай, доска почета. Она пользуется повышенным спросом и плотно оклеена объявлениями, явно написанными под чутким руководством знакомых мне дам.

Я с интересом рассматриваю фотографии пропавших граждан, предполагаемых террористов, бизнес-тренеров и практикующих частным образом специалистов в весьма широком ассортименте.

Определенно, дешевая черно-белая печать без предварительного фотошопа – это великий уравнитель!

Мудрые коучи, ушлые мерчендайзеры, просветленные гуру, ясновидящие гадалки-надомницы, кандидаты в депутаты и беглые каторжники – все выглядят одинаково несимпатично, как члены одной вырождающейся фамилии. Можно подумать, что фотографии тоже шаблонные, как тексты.