Осторожно, тетя! - Наталья Александрова

Очень себе понравившись, тетя Каля удалилась в комнату Лолы и переоделась в нарядное платье – не новое, но самое любимое. Без рукавов, с большим вырезом; на нем по темно-красному полю бежали черные тюльпаны. Умом тетя Каля понимала, что племянница это платье ни за что не одобрит, и решила покрасоваться в нем, пока никого нет дома. Она перенюхала еще весь ассортимент парфюма, что нашла в спальне, и выбрала духи с самым сильным запахом.

Пу И, сунувшись в спальню, два раза чихнул и дал задний ход. Кот, попавшийся навстречу, тут же застыл на месте и вежливо отошел в сторонку.

– Не нравлюсь, значит, – расстроилась тетя Каля.

– Пр-релесть! – закричал сверху попугай Перришон. – Яр-ркие кр-раски!

– От это птица! – поразилась тетя Каля. – От это речистая какая птичка! И как верно все говорит!

Она приободрилась, и тут прозвучал звонок домофона. Консьержка говорила как-то неуверенно. Она уже знала, что у Лёни и Оли гостит тетка, и считала ее за хозяйку.

– Понимаете, Калерия Ивановна, – бормотала она, – тут пришел мужчина и очень хочет вас видеть!

– Ни боже мой! – энергично ответила тетя Каля, вспомнив наставления Лёни, и тут же поинтересовалась: – А какой мужчина?

– Такой… – Консьержка слегка замялась, видно, приглядывалась к визитеру. – Вида солидного, одет хорошо, коренастый, крепкий…

– С бакенбардами? – взволнованно спросила Калерия Ивановна, вспомнив своего спасителя.

Бакенбарды как раз консьержке доверия не внушали, но раз Калерия сама их упомянула – тогда все в порядке.

– С бакенбардами! – с облегчением подтвердила консьержка. – Глаза темные, зовут…

– Георгий…

– Нахапетович! – загрохотало в трубке. Видно, у гостя лопнуло терпение, и он решил вмешаться. – Дорогая Калерия Ивановна! Счел своим долгом навестить вас! И выразить почтение и всяческое уважение!

– Пускайте! – От смущения тетя Каля так рявкнула в трубку, как будто дала команду открыть забег дрессированных носорогов.

Забыв поглядеться в зеркало, она бодрой рысью помчалась открывать дверь.

Гость вошел и остановился на пороге, воззрившись на тетю Калю в полном восхищении.

– Какая женщина! – забормотал он. – Я такой женщины раньше никогда не встречал…

Щеки Калерии полыхали румянцем под цвет платью. Губы рдели. В волосах сверкал красный гребень. Казалось, еще немного – и тетя Каля поднимет вверх мощные руки с кастаньетами и запоет, как народная артистка СССР Ирина Архипова:

У любви, как у пташки крылья,

Ее нельзя никак поймать!

Тщетны были бы все усилья…

С трудом гость опомнился и протянул Калерии Ивановне большой букет темно-красных роз на длинных сочных стеблях.

Тетя Каля мобилизовала всю свою волю, чтобы соблюсти приличия. Она церемонно поблагодарила гостя и пригласила его в гостиную.

– Не мог пройти мимо! – заявил мужчина. – То есть, никак не мог забыть наше с вами случайное знакомство! Просто никак не мог! Вы поселились у меня в голове, как… – он немного запутался, но тетя Каля не обратила внимания на такой досадный промах, – как ветвь, полная цветов и листьев!

Тетя Каля зарделась пуще прежнего, ей очень понравился такой поэтический комплимент.

«Какой авантажный мужчина!» – подумала она, но тут в душе шевельнулась тревога.

«Калерия, будь осторожна, – мысленно приказала она себе, – вокруг тебя творятся страшные вещи. Не теряй головы!»

Но, как говорится, легко сказать, да трудно сделать. Взгляд незнакомца был так масляно ласков, черные глаза смотрели на Калерию с такой страстью, что сердце затрепетало почти как в молодости, когда рыжий Изя Гринберг впервые поцеловал юную Калерию, которая, надо сказать, была тогда раза в три легче и меньше в объеме, чем теперь. Однако тете Кале привиделось сердитое лицо племянницы Ольги, она взяла себя в руки и раздумывала теперь, как бы половчее расспросить визитера, кто он такой и вообще откуда взялся на ее голову.

Гость между тем жестом фокусника развернул коробку бельгийского шоколада и открыл бутылку французского коньяка. Тетя Каля была не из тех женщин, которые жеманятся и машут руками при виде крепких напитков, она лихо хлопнула рюмку и закусила конфетой. Разговор потек живее.

– Калерия Ивановна, – задушевно начал гость, – вы верите в любовь с первого взгляда?

Хотя в вопросе не было ничего сложного, его собеседница с ответом несколько замешкалась. Ответив «не верю», она не оставила бы надежды своему гостю; если же сказать «да, верю», то не посчитает ли он ее слишком легкомысленной? Калерия Ивановна три раза была замужем и знала себе цену.

– Давайте еще выпьем! – предложила она, чтобы уйти от ответа.

– Вот так женщина! – восхитился Георгий Нахапетович. – Вот так характер! Очень, Калерия Ивановна, вы мне симпатичны, просто душевно близки!

Они выпили еще, и снова тетя Каля закусила конфеткой.

– А скажите, Калерия Ивановна… – снова заговорил гость после некоторого молчания. – Вот бывало с вами когда-нибудь такое, что увидели вы человека в первый раз и точно знаете, что никогда с ним раньше не встречались, а у вас такое чувство, как будто вы с ним знакомы давно-давно и все уже про него знаете и он про вас тоже?

Тетя Каля была женщиной крепкой, и две рюмки коньяку едва ли могли ее сломить. Но в этот раз она находилась в непривычной обстановке, а не у себя дома. И еще: гость смотрел так откровенно, что Калерия даже поежилась. Раньше смутить ее было практически невозможно, но тут тетя Каля, что называется, дала слабину. Она первой отвела глаза и пробормотала что-то невразумительное. Гость тут же пересел к ней поближе и перешел к активным действиям. Для этой цели он взял ее за руку своей горячей рукой и принялся поглаживать кисть, постепенно переходя выше, к локтю.

Тетя Каля сделала попытку отодвинуться, но дальше диван уже кончался, и она наткнулась на боковину.

– Расскажите мне о себе! – страстно попросил Георгий Нахапетович. – Я хочу знать о вас все!

Этим он противоречил сам себе, потому что не так давно утверждал, что и так все про тетю Калю знает. Но она ничего не заметила. Чтобы сгладить двусмысленность, тетя Каля оживилась и начала рассказывать, что сама она всю жизнь прожила в городе Черноморске и никуда оттуда не выезжала, а теперь вот приехала к племяннице погостить и еще по делам. Все же осторожность перевесила, и тетя Каля не стала рассказывать малознакомому человеку о неожиданном наследстве и обо всех странностях, что произошли с ней в Петербурге.

– Был у меня один друг… – задумчиво протянул Георгий Нахапетович. – Жил он несколько лет в Черноморске… Рассказывал много про этот город, нравилось ему там.

– От у нас в городе Черноморске хорошо! – мечтательно протянула тетя Каля. – От у нас весной все цветет и пахнет! От у нас море теплое, на набережной красиво, фонтаны опять же… А люди у нас какие!..