Неделя из семи пятниц - Дарья Калинина

— Нет! — решительно отвергла это предположение Лида. — Ничего такого я не видела!

— А вот Петр Алексеевич, он кем работал на прииске? — спросила у Лиды Инна, чувствуя, что тему фиолетового алмаза они уже исчерпали.

— Много где работал! Это такой талантливый человек, что если рассказать, то даже не поверишь! — снова вдохновилась Лида. — Сначала инженером по наладке оборудования работал. Потом его сделали ведущим специалистом. А в девяносто шестом году он вышел на пенсию. Но продолжает работать в «АЛРОСЕ».

— Где? — переспросила Инна.

— «АЛРОСА», — повторила Лида. — Сокращенно от «Алмазы Россия-Саха». Так теперь называется «Якут-алмаз».

— А, понятно, — вздохнула Инна. — И что с этой «АЛРОСОЙ»?

Лида начала рассказывать. Но полностью удовлетворить Иннино любопытство она не смогла, потому что ее умственных способностей для этого явно не хватало. И к тому же, как раз когда она дошла до того, как и среди кого в новой акционерной компании распределялись акции, в кухню примчалась Юля.

— Господи! — простонала она, увидев мирно пьющую кофе Инну. — Ищу тебя по всему дому. Думала уже, что с тобой тоже что-то случилось! Что ты тут расселась, если сама меня торопила?

— Ой, да, — спохватилась Инна. — Нам же пора. До свидания, Лида. Извините, потом договорим. А сейчас опаздываем.

И обе подруги вылетели из дома, не забыв, впрочем, прихватить, по совету поварихи, бутылку джина из хозяйских закромов.

— На обратном пути купим и поставим, — сказала Инна.

Пока подруги с литровой бутылкой в руках ловили попутку, они много чего услышали о себе нового. Нравы в Мирном были простые. Поэтому две девушки, стоявшие ранним утром с заспанными лицами и с полной бутылкой спиртного в руках, воспринимались не иначе как загулявшие проститутки.

— Чувствую себя ужасно, — пожаловалась Инна, когда они все-таки сели в какой-то микроавтобус. — Никогда в жизни не чувствовала себя какой-то шлюхой.

Но вместо утешения в ответ услышала:

— А надо было догадаться, одеться поприличней и хотя бы взять полиэтиленовый мешок, чтобы спрятать эту бутылку.

На это Инне возразить было нечего. К счастью, до дома ювелира они добрались довольно быстро. Пятнадцать минут позора, и они оказались возле нужного дома. Жилая застройка в Мирном не отличалась разнообразием. Вот и этот дом был серийной блочной пятиэтажкой. Нужная квартира располагалась на последнем этаже. Добравшись до нее, подруги перевели дыхание и нажали на кнопочку звонка. Дверь им открыли моментально. Можно было подумать, что бородатый мужчина, который возник на пороге, караулил их появление.

— Вы кто? — мрачно спросил он у девушек.

— Мы к Владимиру, — пролепетала Юля, опять же чувствуя, что зря она нацепила сарафан, который так сильно оголяет ее колени и плечи.

Но тут бородач внезапно углядел бутылку джина, которая была зажата под мышкой у Инны, и разразился радостным воплем:

— Так это вы ко мне из Ленинграда приехали! Наконец-то! Заходите, девчонки. Владимир — это я! А это мое скромное жилье. Проходите.

С этими словами бородач посторонился, пропуская подруг в довольно тесную и темную прихожую. Вообще-то она была не такой уж и маленькой, но на стенах было навешано множество каких-то предметов декора. Были картинки в бронзовых и пластиковых рамочках, были бра с причудливыми завитушками, были оленьи рога и даже искусственные цветы, свисающие вдоль стен длинными плетями. И кроме того, стояла куча мебели.

— А я вас уже полчаса жду, жду, — бубнил бородач, проходя дальше в глубь квартиры. — Даже Альберту в Петербург звонил, чтобы узнать, не приснилось ли мне, что он ко мне кого-то послал.

— И как у него дела? — поинтересовалась Инна.

— Вот дают! — восхитился бородач. — Это я у вас должен был бы спросить. А вообще-то дела у Альберта неважные. Мастерскую у него какие-то гады подожгли.

— Это мы знаем, — дипломатично произнесли подруги.

И чтобы сменить тему, протянули бородатому Владимиру подарок — позаимствованную у хозяев бутылку джина.

— Вот здорово! — обрадовался хозяин. — Классная вещь. Я такую в магазине видел, на полторы тысячи тянет.

Экономную Юлю при этих словах потянуло вырвать у бородача бутылку и бежать, предоставив Инне самой выпутываться. Но Владимир оказался более проворным. Он живо отвинтил крышечку, и Юле оставалось только досадливо вздыхать. Чтобы немного отвлечься, она начала осматриваться по сторонам.

В квартире было три комнаты. И все плотно заставлены мебелью. Полы устланы коврами, ковры висели и на стенах. От этого в квартире было чуточку душно. Тем более что все помещение пропиталось табачным дымом.

— Гости у меня были, — пояснил Владимир, заметив, что Юля брезгливо принюхивается. — Отмечали Клавкин день рождения.

Подруги огляделись в поисках Клавки, но никого не обнаружили.

— Она на работу ушла, — пояснил Владимир. — Сегодня ее смена. Она у меня учетчица.

— Угу, — кивнули подруги, решив не углубляться в эту тему.

Но Владимир и не ждал, что они начнут проявлять интерес к его Клавке и ее работе. У него было дело поинтересней. Он дегустировал принесенный подругами напиток, плеснув на два пальца в стеклянный стакан.

— Тоника не хватает, — наконец произнес Владимир. — А так отличный букет. Дымком пахнет. Хотите попробовать?

— Нет, — отказались девушки. — Это все вам.

Владимир плеснул себе еще немного и снова выпил. После этого он изрядно подобрел. И начал смотреть на подруг с искренней привязанностью, уверяя, что друзья Альберта ему все равно что родные.

— Так какое у вас ко мне дело? — наконец вспомнил он. — Альберт просил вам помочь. Он еще что-то там говорил, но я его толком не понял. Слышно было плохо.

Подруги переглянулись, и Инна полезла за алмазом. Хранился он у нее в самом надежном месте. За неимением лифчика, который в такую жару носить было равносильно пытке, алмаз находился у Инны в трусах за эластичной резинкой. Поэтому, когда Инна полезла за камнем, Владимир сначала с некоторой опаской следил за Инниными манипуляциями. Сначала с опаской, а потом со все возрастающим интересом. Но стоило ему увидеть камень, как все остальные его чувства бесследно улетучились. Остался один голый профессиональный интерес.

— Ну-ка, ну-ка! — бормотал ювелир, в руках которого непостижимым образом очутилась лупа. — Посмотрим, что у вас тут.

Он довольно долго разглядывал алмаз, бормоча себе при этом под нос:

— Наш алмаз, безусловно, наш. Но вот откуда? Это не «Айхал» и не «Удачная». И уж точно не «Интернациональная».

Подруги с интересом наблюдали за ювелиром, который горячился все больше и больше. Наконец он откинулся и обвел подруг пронизывающим взглядом.