Зловещее Проклятие - Деанна Рэйборн

— Смотрите, моя леди! Явный реверанс египтологической теме, — сказала я, кивая в сторону витрины. В окне было трио шляп, каждая из которых имела свой особый мотив. На одной были цветы лотоса и ленточная отделка, расписанная иероглифами, у другой была расплывчатая форма, похожая на головной убор фараона с лeнтами для обрамления лица, а у третьей было красное плетенье, увенчанное чучелом стервятника.

— Это, пожалуй, самая отвратительная вещь, которую я когда-либо видела, — язвительно сказала леди Тивертон. — И я видела, как шакал сжирал кошку.

Я улыбнулась. — Это ужасно. Думаете, кто-нибудь купит ее на самом деле?

Она покачала головой. — Я надеюсь, что нет. Хороший вкус должен что-то значить, но мне говорят, что наша экспедиция породила довольно модную тему для подобных злодеяний. Небеса помогают нам, мисс Спидвeлл, мы модны.

Вскоре мы остановились перед Карнак-Холлом, скромным выставочным залом древностей недалеко от Лестер-сквера. Холл был построен в стиле его одноименного храма, в здании было несколько ниш, каждая из которых была украшена статуей Рамзеса в разных позах. Остальная часть фасада была выкрашена в терракотовый цвет, напоминающий стены храма, и украшена причудливыми египетскими фризами. Мы прошли между ног одного из Рамзесов, чтобы войти, и я сопротивлялась желанию посмотреть вверх.

Входные двери Холла вели в широкое фойе, своего рода прихожую к основному выставочному пространству. Рабочие что-то строили, производя нечестивый грохот, но даже над шумом я слышала возмущенный голос сэра Лестера Тивертона.

— Я буду крайне признателен, если вы не будете беспокоить меня, пока у вас не будет чего-то интересного сообщить! — прогремел он. Он стоял лицом к лицу с инспектором Арчибондом, который выглядел явно недовольным. Патрик Фэйрбротер стоял немного в стороне, явно разрываясь от желания вмешаться в словесную драку своего работодателя с сотрудником столичной полиции.

— Конечно, сэр Лестер, — сказал Арчибонд режущим тоном. — Я думал только держать вас в курсе результатов нашего расследования, — начал он.

— Результаты! Какие к черту результаты? Вы ничего не знаете. У вас нет информации о Кэролайн де Морган, потому что она вас не хочет видеть. Вы не нашли де Моргана, и вы не нашли мою диадему! Пока вы этого не сделаете, вы можете пойти… — Остальное из того, что он сказал, заставило леди Тивертон вмешаться в тот момент, когда инспектор Арчибонд открыл рот, явно намереваясь энергично выразиться.

— Дорогой мой, — сказала леди Тивертон, мягко положив руку на рукав мужа.

Он повернулся, чтобы посмотреть на нее, имея порядочность, чтобы выглядеть смущенно. — О, я не видел, что ты была рядом. Вас тоже, мисс Спидвeлл, — добавил он, увидев меня. — Извинения, леди.

— Я должен добавить и мои тоже, кроме того я являюсь причиной плохого настроения сэра Лестера, — тонко сказал инспектор Арчибонд.

— Вовсе нет, — сказала я, обнажая зубы в улыбке.

Он повернулся, чтобы уйти, но внезапно снова повернулся, сузив глаза. — Мисс Спидвeлл? Я верю, у нас есть общий знакомый. Разве я не видел вас в компании инспектора Морнадея?

Я пыталась решить, лгать ему или нет, когда сэр Лестер ворвался в разговор, кричас некоторым ликованием. — Вы должны запомнить ее имя, Арчибонд. Она вам достойный конкурент и не сомневайтесь в этом. Мисс Спидвeлл расследует исчезновение де Моргана с моей диадемой, и я готов спорить на гинею, она побьет вас.

— Неужели, — сказал Арчибонд, и это был не вопрос. Он строго посмотрел на меня. — Я уверен, мне не нужно говорить мисс Спидвeлл, что это, на самом деле, задача полиции. Любое вмешательство с ее стороны будет рассматриваться как препятствие следствию.

— Нет, если она найдет мою диадему, — ответил сэр Лестер. — Доброго вам дня, инспектор.

С этими словами сэр Лестер дал ему congé(фр. бесцеремонное увольнение или отставка кого-либо), и Арчибонд ушел с громовым видом.

— Какая наглость! — пожаловался баронет, обращаясь к своей жене. — Самая большая витрина прибыла с треснутым стеклом; питомники, кажется, думают, что финиковые пальмы то же самое, что кокосовые пальмы, и доставили последние; а в газовых светильниках деффект, которую просто нельзя терпеть. Меня отвлекают, и я ничего не могу поделать, — закончил он раздраженно. Я подумала, что это довольно тяжело для бедного мистера Фэйрбротера, но он просто улыбнулся мне, игнорируя раздражение сэра Лестера.

Леди Тивертон бросила на меня умоляющий взгляд. — Мисс Спидвeлл, вы не возражаете пойти в выставочный зал с мистером Фэйрбротером? Есть несколько вопросов, которыми я должна заняться сейчас, и боюсь, довольно неотложныx.

— Конечно, — сказала я ей, и она поспешила с сэром Лестером, в то время как Патрик Фэйрбротер криво улыбнулся мне. — Вы выбрали довольно драматический момент для входа, мисс Спидвeлл, — сказал он.

— Разве?

Он наклонился, понизив голос, чтобы Тивертоны не могли слышать. — Мне жаль, что сэр Лестер впутал вас в эту ситуацию. Я не думаю, что инспектор Арчибонд благосклонно отнесется к тому, что вы участвуете в этом расследовании.

Я пожала плечами. — Он не выглядел довольным, но у меня большой опыт общения с яростными джентльменами. А теперь представьте меня вашей коллекции, мистер Фэйрбротер, и я обещаю издавать соответствующие восхищенные звуки.

Он прoвел меня в главный зал, просторную зону, которая была снабжена множеством витрин и пьедесталов для показа коллекции. Были установлены газовые фонари, а также новейшие вентиляторы — блестящие латунные решетки, обеспечивающие немного свежего воздуха, даже если они портят впечатление от египетского храма. Длинная галерея проходила вдоль длины одной стены, а напротив нее рабочие строили помост.

— Саркофаг принцессы будет покоиться там. Это будет довольно драматично, когда они закончат, и все место будет увешано знаменами и украшено растениями в горшках, очень атмосферно и наводит на мысль о древнем Египте, — сказал он мне.

Он подвел меня к нескольким витринам, которые были закончены, стекло отполировано до блеска, а полки выложены мелкими артефактами, обнаруженными на раскопках.

— В настоящее время мы выставили только самые незначительные артефакты, — сказал он мне. — Деревянные ящики, керамические миски и тому подобное. Но есть немало украшений, красивые бисерные вещи и одна или две довольно красивые статуи.

— Это будет весьма впечатляюще, когда все будет законченнo, — заверила я его.

— Ничто не будет так впечатляюще, как саркофаг, — сказал он. — Хотели бы вы увидеть это?

— Здесь? Сейчас? — Я оглянулась, но не увидела ничего похожего на гроб.

Он улыбнулся. — Принцесса не появится на выставке, пока мы не откроемся для публики. Пока она в безопасности, но у меня есть ключ, — сказал он, размахивая им.

Под галереей шла длинная стена, увешанная драпировками, а за одной из них лежал коридор, аккуратно огражденный от основной части зала. — Здесь есть кладовые, они ведут к переулку позади, — он кивнул на дверь в конце коридора. — Мы не можем пренебрегать безопасностью, поэтому мы охраняeм это место более строго, чем Лондонский Тауэр. — Он повернул ключ в замке и распахнул дверь. Позади находилась затемненная камера, и он вошел в нее, включив газовый свет. — Итак! Вот наша принцесса Анхесет, — проинструктировал он.