Шумный балаган - Владимир Колычев

– Ну и что ты сделаешь? – недоверчиво хмыкнул подполковник.

– А братва подъедет, узнаешь.

Офицер не выдержал угнетающей силы взгляд, отвел глаза.

– Что нужно?

– Вот это разговор. Нам бы пару-тройку машинок организовать. Так, чтобы товар был хороший. Ну ты понимаешь, о чем я.

– С машинами сам договариваешься. А за погрузку – по две сотни.

– По полторы.

– Я же сказал, по две, – неуверенно выдавил подполковник.

И снова отвел взгляд. Это со своими солдатиками он крутой, а братва ему не подчиняется, и он прекрасно это понимает. Братва – это неприятности. Время нынче такое, люди всего боятся.

– Правильно, по две. Но по полтиннику с тебя на «общак». Их я сразу отсекаю. Значит, по две, да?

Костя блефовал. Не имел он никакого отношения к воровским и бандитским «общакам». Но ведь вояка этого не знал. Да и вел себя Костя, как должен был себя вести крутой пацан. На этом и сыграл.

По полтиннику он отдал старшим машин, прибывших за халявой. Офицеры не прочь были заработать, поэтому договориться с ними было легко и просто.

Подполковник не подкачал с товаром. Одна машина ушла с зелеными бананами, а две с чуть пожелтевшими. И за все про все – шестьсот рублей. Деньги немалые, особенно по сравнению с зарплатой, которая полагалась Косте. Но овчинка стоила выделки. Ольга Евгеньевна пришла в восторг. И даже отстегнула солдатикам, чтобы они разгрузили машины. Сами привезли, сами и разгрузили. Все правильно, героям дня вкалывать не полагалось.

3

Отдыхал Костя недолго. Когда банановый «левак» в городе рассосался, к припасенному товару на складах потянулась вереница машин. Костя только успевал поворачиваться.

И сегодня он вкалывал как проклятый. Но в конце концов рабочий день закончился, и он мог отправляться домой. Деньги ему платили неплохие, и он мог позволить себе снимать две комнаты с отдельным входом в доме неподалеку от склада. Но сначала бы душ принять. Не помешало бы охладиться после жаркого дня.

Он вышел из летней душевой кабинки в одних джинсах. И наткнулся на Лену. Она стояла шагах в трех от него и смотрела на него так, как будто видела впервые. Игривый взгляд, волнующая улыбка. Волосы аккуратно уложены, брови подведены, губы накрашены.

– Очереди ждешь? – забрасывая на плечо свернутую жгутом футболку, спросил он.

– Очереди на что?

– Ну, на душ.

– А-а… Нет, я дома ополоснусь. Или лучше ванну приму.

– Ванна – это здорово. Хорошо, когда квартира с удобствами.

– Никто не спорит.

Она не сводила с него глаз. Не так уж трудно было догадаться, что у нее на уме. Лена хоть и начальница, но прежде всего женщина. А мужа нет.

– У меня удобства на улице. Зато сад во дворе, на травке полежать можно.

– С кем?

– Обязательно с кем-то?

– Ну, парень ты не промах…

– Будет возможность, не промахнусь.

– Это ты о чем? – возмущенно-кокетливо спросила она.

– Да какая разница? Возможности-то нет.

Катю он вычеркнул из своей жизни. Хоть и разошелся со своими друзьями, но договоренность насчет нее осталась. Да и не сидела она занозой в сердце. Есть и другие девушки, не хуже, чем она. Правда, этих других он не искал. Пока не искал. Денег сначала надо заработать, а потом уже амуры крутить. Девушки не очень жалуют парней с пустыми карманами. Хоть какая-то копейка, но водиться должна. Может, он и неправ. Но его не переубедить. А Ольга Евгеньевна жадничала. Выдала ему только аванс, которого хватало для того, чтобы за квартиру платить да концы с концами сводить. Зарплата и премия только в конце месяца. Хорошо должны заплатить, но это когда будет.

– Кто ищет, тот всегда найдет, – заманчиво улыбнулась Лена.

– А я вот не ищу. Пока не ищу.

– Почему?

– Да к новой жизни привыкнуть пока не могу. Но как только, так сразу.

– Скучно, наверное, одному на травке лежать?

Нужно было быть полным идиотом, чтобы не понять ее намек. Костя готов был признаться, что да, скучно. Но в это время к закрытым уже воротам подъехала красная «девятка».

– Кого это там… – начала было Лена.

И осеклась. Испуганно вжала голову в плечи.

– Что такое?

– Изверги приехали.

Но еще до того, как она ответила, Костя понял, кто и зачем пожаловал на базу. Из машины выбирались крепкие ребята в спортивных брюках и майках-борцовках. Числом трое.

Лена направилась к ним с обреченностью загипнотизированного кролика. Как будто в пасть к удаву шла. Сегодня Ольга Евгеньевна отсутствовала, поэтому с братвой должна была договариваться она. Вернее, не договариваться, а выполнять негласный договор. Хочешь жить спокойно, отстегивай. А ей со свекровью проблемы не нужны. Но ведь и денег жалко.

Костя пошел за ней. Обогнал и первым предстал перед братками. Двух «быков» из этой троицы Костя не знал. Зато центрового не узнать не мог.

– Здорово, Миклуха! – отнюдь не дружелюбно улыбнулся он.

Да, это был тот самый выродок, которого он чуть не пристрелил за одну компанию с Цепнем.

Миклуха тоже узнал его. Взгляд его невольно дрогнул. Более того, так же невольно он сам подался назад. Отступил на целый шаг, прежде чем сумел взять себя в руки. Надо же, как напугал его Костя.

– А-а, это ты… – буркнул Миклуха.

Он сумел придать своему лицу более-менее серьезное выражение. Но взгляд не успокоился. Настороженно смотрит на Костю. Как будто боится, что он выхватит пистолет и загонит в него пулю. Как это было с Цепнем… А вроде бы и нечего бояться. На Косте не было рубахи, под которой можно было спрятать ствол. Да и самого ствола не было. Откуда ему взяться? Он же мирный человек.

– А ты молоток, Миклуха! Менты тебя ломали, а ты крепко держался. Не сломали тебя, да?

– Не-е, – промычал браток.

Как чувствовал Костя, что Миклуха не афишировал свое поведение в ментовских застенках. Пусть он своего врага операм сдал, но ведь сдал. Может, у него и не было другого выхода, но кого это волнует. Человек подыгрывал ментам, а братва таких не очень жалует. Не то чтобы их чморят, но лишают доверия… А у Миклухи какой-никакой, но авторитет. И стоит он на понятиях, и вряд ли ему хочется расшатывать основы.

– Вот и я думал, что не сломается Миклуха. Мы же с тобой не враги, да?

– Ну, я не знаю… Ты тогда по делу волыну достал… Нормальный ты пацан… А здесь что делаешь?

Как и ожидалось, Миклуха расслабился. Понял, что ничего ему не грозит, успокоился.

– Да женился вот…