Самсон и Надежда - Андрей Курков

— А у нас тут такой чемоданчик есть? — оживился Самсон.

— Да откуда же? Нестор Иваныч, когда участок первый раз громили, вместе с ним выскочил и деру дал! С тех пор и нету!

— Нестор Иваныч?

— Ну да, полицейский дактилоскопист! Он у нас пальцами преступников заведовал.

— А он жив?

— А кто его знает? Может, и жив, только вот где жив?

— А его адреса у вас случайно нет?

— А чего нет? Тут еще не все пылью покрылось, — постукал Васыль себя левым пальцем по виску. — Дионисьев переулок пять, квартира три. Я ж за ним, бывало, даже ночью ездил. Когда посылали. Только ж то ж в последний раз два года назад было!

— А давайте проверим! — предложил Самсон, глаза его заиграли огоньками азарта. — Вдруг нам повезет?

— Так вам чемодан нужен или он сам, Нестор Иваныч? — Тон Васыля стал более серьезным.

— Оба, — кивнул Самсон. — И сам Нестор Иваныч, и его инструментарий.

Уже через час, на пролетке обогнав трамвай «четверку», они свернули на Дионисьев переулок и остановились возле дома номер пять. Пасмурное небо обещало дождик, но обещало его уже с утра, и народ перестал поглядывать вверх, понимая, что обещания в нынешние времена ничего не стоят. Даже обещания природы.

Деревянные ступеньки, щедро проскрипев под ногами Васыля и Самсона, вывели их к обшарпанной двери на втором этаже. Номера на двери не было, но по всему было видно, что Васыль сюда захаживал. Ведь его рука потянулась к правому углу, над которым выше верхнего края коробки зияла дырочка в аккуратно вделанной в стену круглой железке, напоминавшей блюдечко для варенья.

Самсон понял, что хотелось Васылю дернуть за шнурок внутреннего звоночка, но шнурка теперь не было.

Растерявшийся Васыль напыжил губы, хмыкнул и трижды стукнул по двери ребром ладони.

— Все пообрывали! — буркнул он. — Шпана, наверное!

За дверью зашаркали шаги.

— Это кто? — раздался хрипловатый голос.

— Это я, Васыль, из участка!

Дверь открылась. Самсон, ожидавший увидеть древнего старика, удивился — перед ним стоял черноволосый невысокий мужчина с вполне моложавым лицом. Одет он был в домашние теплые шаровары цвета валенок и в черную кофту на больших пуговицах. Этот Нестор Иваныч выглядел моложе Васыля.

В коридоре Самсон заметил, что хозяин квартиры прихрамывает.

— Ну чего там, — говорил он, поглядывая с любопытством на молодого мужчину, пришедшего вместе со старым полицейским сослуживцем. — Проходите на кухню. Квартирка у меня крохотная. Только кровать и кухня!

— А куда же комната делась? — с удивлением оглянулся по сторонам Васыль.

— Отрезали! — сказал Нестор Иваныч и вздохнул. — От меня отрезали, досками забили, а прирезали ее к бывшим апартаментам Кривощекова. Там теперь общежитие командирских курсов.

— Ну хоть ретираду оставили? — спросил сочувственно Васыль.

— Оставили, — он кивнул на узкие двери в туалет. — Давно ты не заходил!

— Да сам видишь, как теперь! — присаживаясь на табурет, сказал Васыль. — Садись, чего стоишь! — глянул он на Самсона и указал взглядом на венский стульчик рядом со столом. Потом вернул взгляд на хозяина. — Это вот наш новенький следователь, так сказать, Самсон, вдруг про тебя спросил.

— Про меня? — удивился Нестор Иваныч и, заметив на кофте крупный окатыш шерсти, оторвал его и бросил под ноги.

— Ну про чемоданчик, про твою работу.

Нестор Иваныч оживился. Разговор зашел негромкий, но заинтересованный.

— А что, папиллярные узорчики больше никто не собирает? — спросил он, не поверив словам Васыля, что дактилоскописта в участке уже год, как нету.

— Нет, не совсем уж так, — мотнул головой Васыль. — Если что, то помогали нам из ЧК. Но так, чтобы свой и постоянный, такого после тебя не было!

— Так что, вам сказали за мной приехать и на службу вернуть? — с надеждой в голосе спросил хозяин.

Оба визитера отрицательно мотнули головами.

— Понимаете, мне по делу об убийстве на Бассейной надо было отпечатки снять, а никто не сказал! А сам я вообще специалист по электричеству, а не по убийствам, но так уж получилось… — добавил к жесту Самсон.

— А кого же там на Бассейной убили? — серые маленькие глазки Нестора Иваныча загорелись.

— Двоих, — пояснил Самсон. — Немца-портного и красноармейца из Чернигова, он со мной был.

— Значит, и вас могли убить?

— Могли, но красноармеец как раз в борьбу с ним вступил, с убийцей. В неравную борьбу.

— Угу, — закивал Нестор Иваныч. — Ну что я вам могу сказать?

— А вот если попросить вас туда поехать и отпечатки поискать? — Самсон заглянул в глаза хозяину заискивающе. — Что вы на это скажете?

— Ну если за пролетку туда и домой заплатите, то пожалуйста! Прискорбно ведь жить без смысла, когда смысл твоей жизни может пригодиться для доброго дела!

Извозчик, которому было обещано заплатить деньгами, матерился недолго и смотрел при этом на смущенного Самсона и на странного человечка с чемоданчиком с недоумением.

— Ради бога, покушайте! Это же тоже деньги! — повторил Самсон, которому действительно было стыдно, что в кармане вместо обычного бумажника, в который лучше всего помещались «керенки», оказались только талоны на обед с лиловыми печатями милиции.

— Да кто у меня их возьмет? — опять рыкнул извозчик, перестав материться. Но теперь он внимательнее всмотрелся в бумажки, поднеся их под самый свой нос.

— Возьмут! И в советской столовой на Крещатике, тут рядом, и на Столыпинской! Это же не расписки!

Извозчик помотал головой и стеганул кнутом свою лошадь. Рванул с места, более не оглядываясь.

— Вы извините, первый раз так вот деньги дома забыл! — обернулся Самсон к Нестору Иванычу.

— Да ничего, он себе брюхо набьет с радостью! Они ж хлеб любят, как корова сено!

Самсон еще раз тяжело вздохнул.

— Там по талонам обед без хлеба, хлеб докупать надо!

Прошли они к двери, за которой на стенке справа указующий перст с надписью «Ремонт одежды» предлагал подняться на второй этаж.

К ужасу Самсона, его мастичная печать с двери была сорвана и валялась под стенкой.

— Кто-то тут побывал! — обреченно произнес он и трагически посмотрел на спутника-дактилоскописта.

— Тем лучше, — улыбнулся тот. — Мне веселей будет!

В мастерской вроде бы все было так, как и в прошлый раз. Нестор Иваныч на весу достал из чемоданчика лупу на ручке, осмотрел в нее край швейного стола, после чего опустил туда чемодан и снова его раскрыл.