Лестница, ведущая вниз - Ольга Баскова

— Как живешь? — спросил он, присаживаясь рядом. — Выглядишь неважно.

— Много разных тревожных дум в голове, Валера, — ответила Наталья. — Очень беспокоюсь за Льва. Последнее время его не узнать.

— Не беспокойся. — Полоцкий развязно закинул ногу на ногу и приблизил к ней раскрасневшееся лицо. Женщина почувствовала запах перегара. — Пока он со мной, ему ничто не грозит. Я ценю верных друзей, а Лев никогда не предавал меня. Если у него действительно какие-то проблемы, пусть решает их со мной. Кстати, мне он ничего не говорил.

— Может быть, он боится, что в данном случае ты не поможешь? Не сможешь этого сделать? — жена Кунцевича умело направляла разговор в нужное ей русло.

— Я не смогу? — Полоцкий похлопал ее по плечу. — Дорогая, в этом городе нет такого, чего бы я не смог. Это мой город, понимаешь? Пока я уверен в этом на девяносто девять процентов. Когда стану мэром — а я стану им — Приреченск, наверное, придется переименовать в Полоцк. Река — и та скоро будет течь по моему приказу.

Наталья улыбнулась:

— Валерий, нам со Львом приятно знать, что все здесь подчинено тебе!

— Не все, к сожалению. Пока не все. Несите в машину! — закричал Полоцкий официанту, направлявшемуся к нему с упакованным тортом и встал со стула. — Но на прощанье я скажу тебе так: я почти всемогущ. Однако остались люди, которых я не могу взять ничем. И которые изо всех сил стараются навредить мне, — он перешел на шепот. — Есть в УВД один такой гад, полковник Кравченко. Уже несколько лет он пытается свалить меня. Ты не представляешь, как близко подошел этот старый говнюк к своей мечте в последний раз. По правде говоря, у него были на то все основания. И все-таки я выкрутился. Знаешь, именно тогда я поверил в свое могущество. Так что держи нос по ветру, боевая подруга. — Полоцкий грубо дернул ее за волосы и, слегка пошатываясь, направился к выходу. Наталья наблюдала за ним, ликуя про себя.

Нелепая мысль насчет того, где может скрываться Воронцов, так неожиданно пришедшая в голову Шпиленко, упорно грызла его мозг. Через день после встречи с друзьями на даче Кунцевича она уже не казалась ему абсурдной. Если логически разложить все по полочкам, это и был единственный шанс сожителя Юхненко спасти свою шкуру. Если Сергей так и поступил, то Вадим просто преклонялся перед его авантюризмом и сообразительностью. При других обстоятельствах он с удовольствием взял бы его к себе в команду. По идее, людей, подобных Воронцову, не надо уничтожать. Их следует переманивать на свою сторону и использовать в своих целях. Однако Воронцов, к сожалению, много знал… Наметив с Захаровым план действий по поимке сожителя Юхненко, Вадим намеренно не указал в этом плане одно заведение, которое решил проверить сам. Это заведение называлось «Снежная королева».

Шпиленко подъехал туда утром, к открытию. Это исключало возможность встречи с нежелательными свидетелями. Молодой бармен уже суетился за стойкой, приводя в порядок свое рабочее место. Увидев щегольски одетого представительного молодого мужчину, он расцвел в дежурной улыбке.

— Что желаете?

— Желаю вас спросить. — Вадим положил на стойку фотографии Воронцова: одну, так сказать, в подлинном виде, другую — преображенного «Театральной лавкой». — Вы встречали этого мужчину?

Молодой человек аккуратно взял фото двумя пальцами, бросил на него небрежный взгляд и возвратил Шпиленко:

— Не имел чести.

— А мне кажется, вы просто невнимательно смотрели, — оскалил зубы Вадим. — Уверен, если вы посмотрите еще раз…

— Вы отнимаете у меня время, и понапрасну. — Бармен хотел повернуться к юристу спиной, помня о наказе администратора и получив за молчание деньги, но Вадим, положив ему на плечо руку, с силой развернул к себе:

— Не узнаешь меня? — спросил он далеко не ласковым тоном. — Она заплатила вам, да? Ну, что ж, можешь не говорить. Тебе, наверное, хочется умереть героем.

Шпиленко нащупал нужное место. Парень узнал его сразу же и вовсе не собирался строить из себя молодогвардейца. Будучи наслышанным о кровожадности и ненаказуемости компании Шпиленко, он попытался хорошо сыграть свою роль, но, разоблаченный, сдался после первого же натиска. Если администратору кафе угодно получить пулю за какую-то даму, то это его дело…

Молодой человек повернулся к Вадиму. На сей раз его лицо выражало просто рабскую угодливость:

— Боюсь, я действительно невнимательно посмотрел на снимки, — елейным голоском прощебетал он. — Вот этого (парень ткнул в фото преображенного Воронцова) я точно видел. Один раз он приходил к нам.

— Не ошибаешься? — Вадим сдавил его руку.

— Ну что вы! — притворно засмеялся бармен. — Ваш друг на фотографии — очень респектабельный мужчина. Таких я стараюсь не забывать.

— И как же вел себя этот респектабельный мужчина? — поинтересовался Шпиленко.

— Обыкновенно, — пожал плечами парень. — Зашел в зал и пошарил глазами в поисках свободного столика.

— Не сомневаюсь, он его нашел, — подыграл юрист.

Бармен Саша наморщил лоб.

— Нашел, вы правы! — радостно кивнул он. — Правда, столик, который он выбрал, оказался не совсем свободным.

— Держу пари, там сидела женщина, — рассмеялся адвокат.

— Угадали с первого раза. — Парень повернулся к шкафчику с напитками. — Выпьете что-нибудь?

— Я по делу, дорогой друг, — отозвался юрист Полоцкого. — На работе не пью и тебе не советую. Видишь, как хорошо, что ты сегодня трезвый. Поэтому и мозги прекрасно сработали, и жив остался. Однако давай все же попробуем продолжить нашу беседу. Итак, наш респектабельный господин подошел к одинокой женщине?

Парень кивнул.

— Как она выглядела? Я понимаю, возможно, тебе трудно вспомнить, но ты постарайся, — настаивал Шпиленко.

Бармен задумался. Одно дело — сказать, что ты видел здесь совершенно незнакомого тебе мужика, другое — выдать постоянную и такую влиятельную клиентку. Несмотря на слухи о ее муже, сама Наталья Николаевна вызывала только чувства уважения и симпатии. Он колебался, и это не ускользнуло от пристального внимания помощника Полоцкого.

— Твое благородство делает тебе честь, — усмехнулся он. — На твоем месте я тоже бы колебался в своем ответе, если только… — Вадим помедлил. — Если бы речь не шла о жизни и смерти. Кроме того, сказав мне правду, ты сделаешь благое дело. Я знаю, к кому он мог подойти, это жена моего друга, и я боюсь за нее. Этот хорошо одетый мужчина — маньяк-убийца, знакомящийся с богатыми дамами, потом расправляющийся с ними. Глупышки обычно млеют от его очарования и готовы заплатить, чтобы их муженьки ничего не прознали. Сколько таких доверчивых уже поплатилось жизнью! Но жизнь этой женщины мне очень дорога, поэтому я был так груб с тобой. И, несомненно, если ты сейчас не подтвердишь мои предположения, буду еще грубее.

Бармен вздрогнул. Шпиленко, не мигая, смотрел на него холодными глазами.