Танец с бубном. Часть 1 - Максим Васильев

Мы снова садимся в машину. Жуков проезд выводит нас на перекресток с Дубининской улицей. За перекрестком начинается улица Щипок, точнее она там заканчивается. Я плавно подкатил и остановился перед светофором. Он работает в режиме мигания желтого сигнала. Улицы пусты, и только запоздавшая «Газель» проносится мимо нас, в сторону Свято-Данилова монастыря. Неторопливо пересекаю трамвайные пути и втягиваюсь на Щипок. Этот старинный московский район застроен в основном дореволюционными постройками. Дом, под многообещающим номером шестьдесят шесть по виду напоминал купеческий особняк, он стоял в самом конце улицы. Паркуя машину, я снова почувствовал легкий мандраж. Заглушил двигатель и на пару секунд, сосредоточиваясь, закрыл глаза. Хлопнула пассажирская дверь, Дима вышел на улицу. Время без пяти час. Перекладываю пистолет в карман куртки, забираю сумку и выхожу следом. Сзади крякнула сигнализация, а мы вошли во двор.

Двор слабо освещается мерцающим светом одинокого фонаря. На двух соседних столбах лампы не горят. Случайность или подготовка? Вокруг ни души. Неподалеку мелькнули и скрылись фары проезжающего автомобиля. Ночной ветер пробирает до костей.

Напарник идет чуть сзади, внимательно осматривая темный двор и пустую улицу. Неосвещенная дорожке привела в маленький дворик с клумбой посередине, где в черной замерзшей земле кое где лежит неубранный снег. С другой стороны дворика, находится двухэтажное, нежилое строение, с окнами, наглухо закрытыми железными решетками. Похоже оно нам и надо. В дворе припаркованы три дешевые иномарки и старенькая "Волга". Двор выглядит пустым … и опасным. Стало холодно, мерзнут щеки и уши, которые не растереть, потому что в одной руке держу сумку, а правая в куртке, она сжимает пистолет. Холодный ветер пронзительно свистит, и я отворачиваю голову, пытаясь хоть как-то защитится.

Справа от нас спортивная площадка: с тренажерами, лавочками и беседкой. За двумя рядами обнаженных деревьев и высокого кустарника она еле просматривается. Где-то хрустнул лед. Мы одновременно обернулись и увидели плохо различимый силуэт мужчины; он поднялся с лавочки и вразвалку пошел в сторону Щипка, чтобы в темноте почти сразу пропасть из вида.

Вокруг тишина, а у меня внутри, острый привкус опасности, заставляющий учащенно биться сердце. При подходе к пустующему зданию, мы достали оружие и, уже открыто держим его, пока ищем лестницу в подвал. Дима прикрывает сверху, а я осторожно ступая спускаюсь в подвал, пытаясь рассмотреть ступеньки, и опасаясь вляпаться в дерьмо. Внизу я поставил сумку возле металлической двери. Достаточно громко, чтобы Волгин услышал, произнес: «Сумка на месте». Я возвращаюсь и мы, не пряча оружие, торопливо идем к машине.

Когда я оказался за рулем, то позвонил Ильичу, и доложил, что сумка доставлена.

— Добре, — услышал в ответ. Ильич иногда любит вспомнить белорусский язык.

Неспешно порулил к Павелецкому вокзалу. «Блин, я же забыл сообщить ему, что разбил машину!» — с опозданием подумал я. А, впрочем, сейчас не до аварии. Все внимание приковано к оперативнику, который в наушниках на заднем сиденье «Гран Чероки», внимательно слушает шумы микрофона, спрятанного в сумке.

Дмитрий страхуется и по рации еще раз докладывает начальнику, что сумка доставлена в указанное место.

А я неспешно еду вдоль трамвайных путей по пустынной Дубининской улице. Припарковались мы у шлагбаума, перед въездом на площадь Павелецкого вокзала. Впереди, даже ночью оживленное Садовое кольцо, справа вокзал, со снующими туда — сюда таксистами, вечная суета, которая оставляет надежду, что нас не заметят. Потекли минуты ожидания.

Дмитрий потер подбородок, заерзал и тихо сказал:

— Микрофон отключи, — и дождавшись, пока я проведу нехитрую манипуляцию, продолжил, — А ты не думаешь, что нас могут подставить? — он смотрел мне прямо в глаза.

— Кто? — удивился я.

— Наши шефы, естественно. Рискуем то только мы вдвоем.

Теперь уже вынужден был ерзать я:

— Нет! С Ильичом столько лет…. Наверно я доверяю ему…

— Ну, ну — невесело хмыкнул Дима. — А я вот никому не доверяю.

Часы показывали без четверти два. Периодически раздавался треск, оживала рация и мы слушали переговоры оперативников, никто ничего подозрительного не замечал.

Зажужжал телефон, на дисплее высветилось, Ильич:

— Да.

— Возвращайся, за сумкой. Сказал, что снова кого — то увидел, типа веду нечестную игру… Вы что там нормально укрыться не можете — Ильич сорвался на крик, затем успокаиваясь, громко подышал мне в ухо. — В общем он скажет новое место, и, если ему снова что-то не понравится… ну ты понимаешь…

— Понял! Успокойся, он проверяется, мы его возьмем.

Я резко газую, разворачиваюсь, и мы снова летим на Щипок, но в этот раз я въезжаю во двор, к месту закладки.

— Сдай назад и чуть выверни влево — скомандовал Дима.

Теперь фары ярко освещали лестницу, ведущую в подвал

Я выскочил из машины, и озираясь по сторонам, всматриваюсь, в стороны от освещаемого пространства. Дима страхует меня, пока я спускаюсь за сумкой.

Мы уже отъезжали, когда заметили человека, появившегося из-за угла, и направившегося к нам. Он закрывал лицо, прячась от яркого света, но продолжал идти и что-то говорить. Мы одновременно выскочили из машины.

— Ребята, закурить не найдется?

Ветер в нашу сторону, и я даже на расстоянии чувствую густой запах перегара,

— Не курю, и тебе не советую, — зло бросил я. — Быстро уебывай.

И только сейчас мужик увидел, что на него направлены два ствола.

Как заяц, он юрко прыгнул в сторону, присел и петляя бросился бежать, исчезнув между гаражами.

— Поехали, — бросил Дима.

Мы выруливаем из подворотни и вновь направляемся, к Садовому кольцу.

— Первый, первый… — Дима вызывает командира чтобы доложить о ночном курильщике.

— Черт с ним, — резанул Волгин. — Всем внимание! Снимаемся и уходим на Таганку. Этого чудака не ищем. Если он наш клиент, главное сейчас не спугнуть. Предъявлять нечего! Попросить закурить, это даже ночью не преступление.

— А может это он и спугнул злодея, если шарахался там неподалеку? — вслух подумал я.

22

Этой ночью, все же удача повернулась к нам лицом. Во всяком случае так я подумал, когда мне позвонил Адамовичу и назвал новый адрес — улица Буракова дом шесть, в подвале.

— Ди-и-и-ма! Он клюнул! Все ништяк, жадность фраера сгубила, — убирая телефон в карман, заорал я. — Он так проверяется, меняет места и не хрена не видит. У нас пятнадцать минут, чтобы добраться до адреса, сообщи Волгину.

Дима нажал тангенту:

— Первый, первый! Как слышишь прием.

— Говори.

— У нас новый адрес — улица Буракова дом…

— Знаю, — перебивает Волгин. — Притормози пока, нам надо выставится.

Прошла минута, во время которой, наверное Волгин изучал карту.

— Всем группам! Выдвигаемся в район метро Авиамоторная. 134 следует