Полукровка. Эхо проклятия - Андрей Константинов

— «Мебель генеральши Поповой меня, конечно, интересует. Но меньше», — закуривая, мрачно процитировал Толян товарища Бендера. Кстати сказать, курить в этом заведении дозволялось далеко не всем.

— Ну тогда валяй, обозначай свой подлинный интерес, — немного напрягся Габузов, не вполне понимая природу скверного настроения приятеля. Тем более что муки постпохмельного синдрома, в силу богатырского здоровья Толяна, всегда обходили его стороной.

— Меня интересует дело гражданки Головиной. В первую очередь, в части ее поездки на остров Кипр, — серьезным тоном произнес Толян, прожигая при этом собеседника фирменным оперским взглядом. Тем самым, от которого у людей неподготовленных — завсегда мороз по коже.

— А откуда ты… Откуда ты знаешь, что она на Кипре? — обалдел Габузов, который сам получил эту эксклюзивную, как ему казалось, информацию менее часа назад.

— Серый, мне было бы очень некомфортно осознавать, что мой друг, мало того что держит меня за идиота, так еще и пытается использовать меня втемную. Посему не надо, очень тебя прошу!

— Слушай, но я действительно не понимаю…

— Хорошо, отмотаем чутка назад. Вчера вечером ты позвонил и принялся задавать мне наводящие вопросы о Самсут Головиной. Уверяя при этом, что она якобы пропала. Причем пропала в Швеции. Так?

— Не совсем, — мотнул головой Габузов. — Я занимался поисками госпожи Головиной по просьбе ее близкой подруги. Именно она сообщила мне, что Самсут Матосовна выехала в Швецию, после чего домой, в Питер, в назначенный день не вернулась…

— Ты сейчас сказал «выехала в Швецию», я правильно тебя понял? — уточнил Толян, выуживая из недр барсетки помятый блокнот.

— Это она так сказала, а не я! — раздраженно буркнул Габузов.

— Серый, ты только не кипятись. Я ж исключительно для общей пользы дела интересуюсь.

— Какой пользы? Какого дела?

— Погоди, не запрягай. Вот ты меня спросил: «Откуда я знаю, что она на Кипре?» Позволь задать встречный вопрос: а откуда это знаешь ты?

— Оттуда, что буквально час назад мне позвонила всё та же Карина и дала отбой поискам. Потому что Самсут Матосовна сегодня объявилась сама и рассказала, что в данный момент отдыхает на Кипре. Куда она отправилась прямиком из Стокгольма, по бесплатной путевке, якобы выигранной в какую-то лотерею. Надеюсь, мой ответ исчерпывающ?

— Ага, подругу, значит, зовут Карина, — проигнорировав открытый вызов в габузовской интонации, сделал в своем блокнотике пометку Толян. — А откуда именно ей звонила Головина, Карина часом не говорила?

— Понятия не имею. Из гостиницы, наверное. И вообще, может быть, ты все-таки объяснишь мне…

— Терпение, мой друг, терпение. Скажи, каким мобильным оператором пользуется эта Самсут Матосовна? Не «Петрофоном»?

— Я не знаю номера ее мобильного.

— Вот те раз! Адвокат не знает телефонов своей клиентки! Однако! — усмехнулся Толян.

— Во-первых, мне вполне достаточно номера ее домашнего телефона. А во-вторых, Самсут Матосовна — моя, скажем так, потенциальная клиентка. Пока я занимаюсь этим делом исключительно по личной, скажем так, инициативе.

— М-да, я смотрю, ты там нахватался, в адвокатуре своей, словечек разных поносных. «Скажем так», «в порядке инициативы», «пердимоколь»… Но наследство-то действительно есть? Или тоже пока только потенциальное?

— Похоже, есть.

— Уже неплохо. И последний вопрос…

— Я больше не собираюсь отвечать на твои вопросы, пока ты не объяснишь, в чем дело! — набычился Габузов. — К тому, что твои коллеги, пока я служил в прокуратуре, держали меня за идиота, я, в принципе, привык. Но вот только я тоже не шибко люблю, когда меня используют втемную.

— Серый, вот честное слово, самый последний вопрос! А потом пойдут исключительно ответы! — клятвенно сложил руки на груди Толян. — Скажи… только не торопись, сначала хорошенько подумай… во всей этой твоей истории с госпожой Головиной часом не всплывало такое имя — Лев Михайлович Оболенский?

— Нет, — подумав пару секунд, ответил Габузов. — Это имя мне незнакомо.

— Хорошо, я тебя услышал. — Толян закрыл блокнот и отодвинул его на край стола. — В общем, ты уж извини, амиго, за то, что мне пришлось тебя немножечко прокачать. Просто совсем уж невероятное такое совпадение вырисовывается. Вот я грешным делом и подумал, что ты…

— Что — я?

— Да ладно, всё, проехали. Судя по твоему охуевшему лицу, ты сейчас действительно слегка удивлен. Но поверь, точно такое же лицо у меня самого было буквально пару часов.

— Да говори ты уже, не томи! — буквально взмолился Габузов.

— Так я и говорю. В настоящее время в производстве моей инфантерии находится оперативное дело под условным наименованием «Гарем». По этому делу проходит группа товарищей, в которой только установленных — семь рыл, а уж сколько их на самом деле — бог весть. Эти самые товарищи, маскируясь под представителей популярного сотового оператора «Петрофон», проводят среди абонентов этой сети (вернее, среди ее абонентш) розыгрыши туристических путевок. Разумеется, бесплатных и, разумеется, «всё включено».

— Погоди-ка, — перебил приятеля Габузов. — А с каких-то это пор твое ведомство занимается мошенниками?

— А здесь и нет состава мошенничества как такового. Осчастливленные подобным образом барышни на самом деле попадали в Турцию либо в Египет или на Кипр. Вон, та же твоя Самсут Матосовна…

— Ты хочешь сказать, что она?..

— Да, и она тоже. Очередная порция, общим числом в десять душ, позавчера благополучно вылетела на Кипр. Сегодня утром мне принесли полный список «победительниц» и… Теперь ты понимаешь, сколь я сделался удивлен, обнаружив в нём данные госпожи Головиной?

— Ничего не понимаю, — растерянно потер виски Сергей. — В чем же тогда фишка?

— А фишка, как ты выражаешься, в данном случае заключается в том, что все десять обаятельных и привлекательных (это обязательное условие) барышень, поодиночке расселенных в разных отелях в разных уголках острова, должны будут отработать свой тур, будучи подложенными под местных любителей экзотики а-ля рюс. Таким образом, легким движением не руки, а совершенно иной части тела подобный тур автоматически становится «секс-туром». О чем, как ты понимаешь, потенциальных участниц ставят в известие лишь по прибытии на место… Э-э, амиго, ты чего? — насторожился Толян, заметив, как испуганно напряглось побледневшее лицо Габузова.

— Ты вообще сам себя слышишь? Ты отдаешь себе отчет в том, что сейчас говоришь? — не выдержав, взорвался Сергей.

— А чего я такого сказал?

— Нет, я, конечно, всегда считал, что в мозгах сотрудников правоохранительных органов присутствие определенной доли цинизма есть вещь сама собой разумеющаяся. Но не в лошадиных же дозах!.. Ты сейчас сидишь, нога за ногу, куришь, спокойно попиваешь кофе. Прекрасно осознавая при этом, что в эту самую минуту на Кипре, возможно, насилуют очередную женщину из списка, который тебе подали сегодня утром!.. Кстати сказать, браво — у вас потрясающая оперативность!