Аэробус смерти - Вера Воронцова

Стюардесса обвела слушательниц затуманенным взглядом и была немного разочарована, не увидев на их лицах удивления.

– Мы уже все знаем, – объяснили ей.

Но у Алены было еще чем поразить аудиторию.

И действительно, рассказ девушки о том, как она одна на кухне переживала все перипетии аварийной посадки, был весьма драматичным. Она в деталях пересказала, как ее бросало от стенки к стенке, как она больно ушибалась о металлические углы – в доказательство стюардесса продемонстрировала несколько вполне солидных синяков.

– Мне же даже не к чему было привязаться! – пожаловалась она. – После того как мы приземлились, я вышла, чтобы проверить, как пассажиры. Вы же понимаете, я не могла не сделать этого! – Девушка обращалась к слушателям так, будто была в чем-то виновата и теперь искала поддержки. – Я все-таки на работе… И я увидела такое… такое…

Очевидно, воспоминания и сейчас еще волновали стюардессу – всхлипнув, она вытащила платок, громко высморкалась.

– Все было разбросано, чемоданы, сумки валялись на полу, из них высыпались вещи – это было так ужасно, я никогда не видела такого погрома! И эти двое – наш доктор и ее друг (при этих словах Алена метнула косой взгляд на побледневшую Ольгу – и почудилось ли той или на самом деле в глазах рассказчицы мелькнуло злорадство?) – рылись, потрошили эти вещи, и все это под самым носом у беспомощных больных людей! Им было совершенно наплевать на них, я слышала, как одна женщина умоляла помочь, ей стало так плохо, что она не могла дышать – я бросилась к ней, но тут преступники заметили меня и схватили.

Голос девушки задрожал и сорвался, последнюю фразу она произнесла скороговоркой – видно было, что она еще не пришла в себя.

Душевные силы Ольги тоже были на исходе. Казалось, еще минута – и она сама заревет от того, что ей пришлось услышать. Ваня, Ванечка, что же ты наделал!

Однако она сдержалась и дослушала рассказ стюардессы до конца.

– Вначале они заставили меня собирать разбросанные вещи в сумки. А потом… потом оделись и направились к выходу. А меня взяли в заложницы.

– А что значит – заставили? – перебила Настя. – Как это у них получилось?

– Они меня избили, – пробормотала Алена, снова заливаясь слезами. Откинув с лица волосы, она показала синий, с багровым отливом, синяк на виске.

Ольга сжалась в комок. У нее не хватало смелости спросить, кто же из двоих бил девушку, однако та сама ответила на невысказанный вопрос.

– Бил парень. А доктор… она меня держала. Представляете? Врач – и такая садистка.

Голос девушки снова прервался, однако она собралась с силами и продолжила:

– Потом они заставили меня упаковать ворованные вещи и пойти с ними. Из их разговоров я поняла, что нужна им в качестве заложницы на случай погони. Я сопротивлялась, говорила, что еще ночь и нам нельзя выходить, но они снова начали бить меня…

Алена заплакала, Ольга погладила ее по плечу, хотя чувствовала, что сама нуждается в поддержке и помощи.

– Спасибо. – Девушка с признательностью улыбнулась.

– А что же было дальше? – бесцветным голосом спросила Ольга, стараясь, чтобы никто не догадался о ее чувствах.

– А дальше… Я выпрыгнула из самолета первой, пробила лед, намокла. Остальных мне пришлось перенести на себе…

Ольге хотелось заткнуть уши и не слушать, но в этом не было смысла, нарисованная стюардессой картина так и стояла у нее перед глазами – избитая, продрогшая жертва бредет по воде, сгибаясь под тяжестью мужского тела…

– Был очень сильный ветер. Я сразу так замерзла, что вообще ничего не чувствовала – ни ног, ни тела… Рита уверяла, что рядом должен быть аэродром – она вначале не поняла, что посадка была необычной. Я еще в самолете попыталась объяснить ей, но она не слушала… Когда мы вылезли, она все еще не верила мне и велела идти вперед и искать дорогу. Очень скоро мы заблудились. Было темно, метель, ничего не видно в двух шагах… Мы потеряли самолет из виду, вначале я еще видела бортовые огни, но потом и они пропали. Мы брели, натыкались на деревья… Потом я попробовала бежать, но меня поймали, накинули на шею веревку и привязали к Ивану… Вот, посмотрите, видите след? – Отогнув воротник, девушка продемонстрировала вспухший малиновый рубец. – Чтобы проверить, что я на месте, он периодически дергал за веревку… И чуть не задушил – я упала и потеряла сознание. Наверное, они решили, что я умерла, потому что бросили меня. Когда я очнулась, было уже довольно светло, рядом – никого. Ворованные вещи они унесли с собой. Куда они пошли, я не знаю, но я решила идти обратно, чтобы отыскать самолет. Мне повезло, вскоре я наткнулась на берег озера, пошла вдоль него – и вот теперь я тут. – Голос девушки снова сбился, она покачала головой и уткнулась лицом в ладони.

Ее рассказ потряс слушателей. Некоторое время все сидели молча, потом Настя спросила:

– И вы больше не встречали своих мучителей?

– Н-нет, – с легкой заминкой ответила Алена, и это не осталось не замеченным Настей.

– А вы не врете? – бесцеремонно поинтересовалась она.

– Нет. – Алена покачала головой. – Я их больше не встречала, но…

– Но? – настойчиво повторила Настя. – Но что?

– Но… но мне кажется, я знаю, что с ними случилось.

– И что же?

– По-моему, они утонули.

Ольга ахнула, Настя схватила ее ладонь и крепко сжала.

– Почему вы так думаете?

– Я видела место, где это произошло, – едва слышно прошептала девушка.

– И где же это?

– Когда я искала дорогу обратно, то набрела на берег и решила идти вдоль него, потому что помнила, что самолет тоже должен быть на берегу. Вскоре я поняла, что мы находимся на острове. Да-да, то место, куда мы приземлились, – это маленький островок. Его весь можно обойти минут за двадцать. С противоположной стороны он очень близко подходит к основному берегу, их разделяет довольно узкий пролив – в ширину метров тридцать, не больше. Лед там немного подтаял, он темный, влажный, но кажется довольно прочным. Однако в середине этой протоки я увидела довольно большую полынью… А рядом… рядом что-то блестело. Я пригляделась – было уже довольно светло, и, хотя метель еще не прекратилась, именно в этом месте ветра почти не было, наверное, деревья заслоняли. И мне удалось разглядеть, что там, на льду, рядом с полыньей, блестела какая-то драгоценность – не то кулон, не то брошка… Да, это была изумрудная брошка, украденная у кого-то из пассажиров. Красивая такая, в форме слоника.

– Моя брошь! – ахнула Ольга. – Мой слоник…

– Да, это был изумрудный слоник, – повторила Алена. – Во всяком случае, так мне показалось. Края полыньи были неровными, в темной воде плавали кусочки льда… Я не стала подходить близко и проверять, лед был слишком ненадежным, но вы же понимаете, о чем я подумала…

Не в силах больше выносить эту пытку, Ольга вскочила.