Самая последняя правда - Марина Серова

– Я понимаю, – кивнул Гайслер.

– Что ж, можете быть свободны, – произнес Мельников, видя, что претензий к Гайслеру я не имею никаких.

Когда мы с подполковником остались вдвоем, он спросил:

– Хоть какая-то другая версия у тебя есть?

– Не знаю, Андрей, – задумчиво сказала я. – Четко и логично ничего у меня вообще не выстраивается! Думаю, нужно мне все-таки слетать в Германию, поговорить с отцом Ирмы и, может быть, с ее подругой Аделью.

– Клиент готов оплатить тебе эту поездку? – поинтересовался Андрей.

– Да.

– Так чего ты ждешь? – изумился Мельников. – Удивляюсь я тебе, Иванова! Если бы мне кто-то оплатил поездку в Карлсруэ, я бы поехал, не задумываясь!

– Так я-то хочу, чтобы от этой поездки был толк, а не просто собираюсь прокатиться в красивые края! К тому же и моему клиенту нужен результат!

– Ну послушай, Таня, здесь же тебе все равно нечего больше делать! – убедительно заговорил Мельников. – Ты отработала все возможные направления и не нашла никаких следов!

– Нашла! – упрямо повторила я, помахав перед его носом письмом от Альберта.

– А ты знаешь, где его искать здесь, в Тарасове? Никто, абсолютно никто не знает никакого Альберта! Даже самые близкие люди этой… как ее… Ирмы Линдгардт! У кого ты раздобудешь информацию? А вот ее отец, может, и в курсе. Она же не сообщила мамочке о своей беседе с папочкой? Значит, не хотела, чтобы мать знала о сути их беседы! Может быть, Ирма твоя прощупывала почву, чтобы потом переехать к отцу на ПМЖ на пару со своим Альбертом!

– У меня была такая мысль, – призналась я.

– Так что ж ты сидишь?! – всплеснул руками Мельников. – Действуй, Таня!

Возвращаясь из УВД от Мельникова, я решила, что сегодня же закажу билет на авиарейс в Германию. Как раз к моему возвращению и квартира моя, наверное, уже будет в порядке. А пока что я вернулась в парк-отель «Богемия», где меня с нетерпением поджидала Людмила.

Вкратце изложив ей суть дела, успокоив ее и сказав, что Альберт Гайслер – вовсе не преступник и ей можно не бояться за репутацию отеля, я прошла в свой номер и, стянув джинсы, упала на широкую кровать и закрыла глаза. Сегодня я, конечно, уже никуда не полечу. А вот завтра денек мне предстоит насыщенный: добраться самолетом до Германии, обойти все намеченные адреса, вернуться в аэропорт и отправиться обратно в Россию… Могу и не уложиться в один-то день, придется мне тогда заночевать в Карлсруэ. Ладно, это не так уж и страшно. Хотя, если воспользоваться прямым рейсом, как я и собиралась, вроде бы я вполне укладываюсь в намеченные рамки.

Когда у меня имеется четкий план действий, я всегда чувствую себя спокойнее и увереннее. И теперь я ощутила, как мои мысли выстроились в привычном строгом порядке. Я окончательно успокоилась.

Я уже приготовилась встать и сложить все необходимые вещи в сумку, как вдруг послышался звонок моего сотового. С удивлением отметив, что номер не определился, я ответила на вызов. И услышала глухой голос, явно измененный до такой степени, что непонятно было, мужчина это говорит или женщина. Неизвестный медленно, с расстановкой, произнес:

– А вы знаете, что у Виктора Шмелева есть любовница на работе? Ее зовут Марина Казначеева…

* * *

Три шага вперед, поворот, три шага в обратном направлении…

Я измеряла квадратное пространство номера уже в течение минут пятнадцати, переваривая информацию, только что полученную по телефону. Что сие означает? Кто мне звонил? Кому известен мой номер и кто хочет, чтобы Виктора Шмелева разоблачили? Имеет ли он место, адюльтер господина Шмелева?

Главное, что я поняла – эту информацию нельзя оставить непроверенной. А в моих планах уже значилась поездка в Германию. И посему выходило, что тянуть с выяснением новых обстоятельств никак нельзя. Следует немедленно узнать, кто такая эта Марина Казначеева, пообщаться с ней и со знающими ее людьми, с самим Виктором, в конце концов! Может быть, тогда и поездка в Германию не понадобится? Хотя интуитивно я чувствовала, что без нее мне не обойтись.

Если бы не заказанные билеты, я бы, возможно, повела себя иначе. Проследила бы за Виктором, установила «жучок» в его телефон, накрыла его, что называется, с поличным. Но у меня не было на это времени и требовалось спешно придумать план, чтобы точно установить: имеется ли любовная связь между Шмелевым и некой Казначеевой или нет.

Я вспомнила, что Виктор работает в фирме «Эстамп», они занимаются установкой металлических дверей. Спасибо этому незнакомцу – просветил меня, что Марина Казначеева трудится там же. Другое дело, что рабочий день уже безнадежно закончился и мои шансы встретить Марину Казначееву в «Эстампе» равны нулю. Но все же, это дополнительная информация, и ее необходимо использовать!

Я схватила телефонную трубку и набрала номер Мельникова.

– Алло, Андрей, ты еще не ушел? – торопливо проговорила я, едва услышала голос подполковника.

– Пока нет, – ответил тот.

– И не уходи! Андрюша, миленький, выполни еще одну мою просьбу, умоляю! Мне это сегодня нужно, просто позарез, я завтра в Германию улетаю!

– Ну хватит причитать, говори, что за просьба! – милостиво произнес Мельников. Было очевидно, что ему очень приятно чувствовать себя значимой персоной, перед которой так расшаркиваются.

– Марина Казначеева, – коротко произнесла я. – Фирма «Эстамп». В первую очередь мне нужен ее домашний адрес или хотя бы телефон. Даже за такую минимальную информацию я буду тебе очень благодарна.

– Ну… Жди, я перезвоню, – после паузы любезно согласился Мельников, и я запаслась терпением.

Уже минут через десять подполковник позвонил мне на сотовый и продиктовал:

– Улица Соболева, дом номер сто сорок семь, квартира девяносто восемь. Казначеева Марина Юрьевна, восемьдесят четвертого года рождения, в фирме «Эстамп» работает юристом.

– Спасибо, Андрей! – расчувствовавшись, от души поблагодарила я его. – С меня презент!

– Ага, магнитик мне из Германии привези, – хмыкнул Мельников. – На холодильник. Счастливого пути, Таня!

Предупреждать Марину Казначееву о своем визите я не стала. Во-первых, номера ее телефона у меня все-таки не было. Во-вторых, я не считала, что это будет разумно. Она в любом случае – независимо от того, имеются ли у нее близкие отношения со Шмелевым или нет, – бросится ему звонить. Меня же вполне удовлетворит беседа с нею с глазу на глаз. И железных улик против нее мне не требовалось, важно было понять – любовники они или нет. И даже если Казначеева с пеной у рта примется отрицать подобную связь, я почувствую, врет она или нет. А может быть, все пойдет иначе, и она сразу же признает этот факт. И вообще, заявит, уперев руки в боки, что это ее личное дело – пусть так и будет, пусть! Дальше уж я разберусь, имеет ли этот факт какое-то отношение к исчезновению Ирмы или нет.