Уцелевший - Шон Слейтер

Страйкер проехал по пандусу, завернул за угол и у следующего ряда сейфов с оружием увидел Громилу. Ростом под два метра, весом около ста тридцати килограммов – Громилу было сложно не заметить. Викинг наших дней: гигантская голова, густые непослушные рыжие кудри, усы и эспаньолка. Руки толщиной с ногу среднестатистического мужчины покрывало такое количество татуировок, что это скорее походило на узорные рукава. Вообще-то, уставом это было запрещено, но начальство как-то не решалось спорить с таким здоровяком. К тому же Громила был очень ценным сотрудником, с ним нельзя было не считаться: он никого не боялся, имел большой опыт военной службы и изучение боевых искусств, благодаря которому мог возглавить любую операцию отдела. Одним словом, специалист с большой буквы.

– Вон он, – показал Фелиции Страйкер, но та лишь хмыкнула что-то нечленораздельное, поэтому он просто припарковался на ближайшем свободном месте.

– Доброе утро, Громила! – окликнул его Страйкер, вылезая из машины.

– Здорово, Горе-капитан! – обернулся Громила. – Мое почтение, Фелляция!

– Даже и не мечтай, – мгновенно напрягшись, сквозь зубы процедила Фелиция.

– О, ну зачем ты со мной так, красавица! – расхохотался Громила. – Черт, да дай мне всего пару минут, и я что-нибудь для тебя раздобуду! – провозгласил он, закрыв глаза, залез рукой в штаны и стал громко и недвусмысленно постанывать.

Фелиция умоляюще посмотрела на Страйкера, словно говоря: «Пойдем отсюда, а?» Но детектив просто подошел к Громиле и со всей силы хлопнул его по плечу:

– Слышь, заканчивай!

– Секундочку! Я уже почти!

– Громила!

– Ладно, ладно… испортил мне все удовольствие.

Громила неохотно приоткрыл глаза, пошло ухмыльнулся и снова занялся карабином в черном кейсе – это была новая модель дальнобойной винтовки, которую закупил для своих сотрудников отдел. Повертел ее в руках, как будто она весила всего пару кило, а не все двадцать, а потом кинул в сейф. Проверив, что кодовый замок сработал, он отвернулся от шкафчика и сделал Страйкеру с Фелицией знак идти за ним. Страйкер двинулся быстрым шагом, Фелиция уныло поплелась за мужчинами, стараясь держаться на расстоянии.

Они пересекли заляпанную бензином площадку и подошли к небольшой двери за громадной бетонной опорой. Громила открыл дверь – за ней оказался небольшой зал для переговоров с прямоугольным столом и экраном для презентаций. В дальнем углу стояло несколько дешевых металлических шкафов-картотек, а у противоположной стены – компьютеры, которые, как заметил Страйкер, были объединены в сеть, но почти наверняка не имели выхода в интернет.

– Что-то ты притомилась, красавица, выглядишь усталой, – подмигнул Громила Фелиции. – Тебе надо почаще лежать в постели!

– А меня так и тянет прилечь! От твоего запаха изо рта!

– Так, значит, и до постели недалеко! Я стал лучше чистить зубы с тех пор, как мы виделись последний раз, прикупил даже электрическую зубную щетку, – добавил он, но Фелиция молча отвернулась.

Страйкер ухмыльнулся и подошел к Громиле. От того за километр несло жженым порохом и оружейным маслом. Судя по всему, Громила уже не первый день за эту неделю проводил в арсенале.

Жженый порох и оружейное масло – очень подходящий для него набор.

Не успел Страйкер и рта раскрыть, как Громила снял футболку и взял рубашку, валявшуюся в углу. Судя по тому, как она обтянула его плечи, мала как минимум на один размер. Серо-зеленого цвета, слева наверху вышит красный кленовый лист с номером 499.

– Четыреста девяносто девять?

– Ну же, чувак, – разочарованно взглянул на него Громила, – Ларри Янг, ты что, забыл?

Страйкеру стало неловко: 499 – номер значка Ларри Янга из отряда быстрого реагирования, убитого во время облавы на наркодилеров. Его имя по праву стало легендой для всех сотрудников отдела.

– Футболки выпустили несколько месяцев назад, ты еще был в отпуске. Наверное, поэтому у тебя провал в памяти.

– Да, точно! Слушай, достань мне такую, ладно?

– Не вопрос!

– Громила, тут такое дело, – откашлялся Страйкер, доставая из кармана пиджака пулю, найденную в потайном отделении, – взгляни-ка!

Громила взял пулю, повертел в руках и присвистнул: жесткий наконечник, блестящая латунь.

– Так вот чем они стреляли?

– В том числе, – кивнул Страйкер. – Что скажешь?

– А ты что, не знаешь? – приподнял бровь Громила.

– Хочу проверить свою догадку.

– Официальное военное вооружение, дружок! Цельная металлическая оболочка!

– Вот почему они стреляли по всем без разбору… – задумался Страйкер. – А эта? – Он протянул Громиле другую пулю. – Такими они стреляли прицельно, только в некоторых детей.

– Полый наконечник, – едва взглянув, произнес Громила. – «Гидра-шок». Смертельное оружие – поражает цель со стопроцентной убойной силой.

– Не понимаю… – покачал головой Страйкер.

– А чего ты не понимаешь? – Фелиция забрала у Громилы пулю и еще раз взглянула на нее.

– Зачем им вообще тогда было стрелять военными пулями? Раз эти ребята пришли убивать, почему не воспользоваться убойными пулями одного типа – «гидра-шок». Или вообще такими, как у федералов? Они просто проделывают в теле спираль диаметром пять сантиметров! Им особых изысков не требовалось: делов-то, расстрелять толпу школьников, никаких тебе бронежилетов и так далее… Но если уж они хотели убить как можно больше народу, почему не взять подходящий калибр?

– Может быть, им нужно было не убить как можно больше, а подстрелить? – предположила Фелиция. – Чтобы напугать всех остальных?

Пожалуй, она права, подумал Страйкер. Пули в цельной оболочке проходят навылет, рикошетят, поражают большее количество целей, получается больше пострадавших. А вот для Тины Чоу, Конрада Макмиллана и Шантель О’Рэйли они приберегли «гидра-шок»… Эти дети явно были их целью… но почему «гидра-шок»?

Фирменный стиль?

– Пустое, чувак… это не важно. Если у тебя достаточно патронов и перед тобой беззащитный человек – просто выпускаешь в него всю обойму, и он похож на швейцарский сыр! К тому же слыхал, что у них были дробовики и АК – сорок семь. Не сомневайся, они хотели убить побольше народу – с таким снаряжением можно на медведя идти! – провозгласил Громила.

И тут у Фелиции зазвонил телефон. Девушка взяла трубку, но под землей оказался плохой прием, и звонок сорвался.

– Это Кэролайн. – Чертыхнувшись, она повернулась к Страйкеру и отдала ему пулю. – Поднимусь этажом выше и перезвоню ей.

Страйкер был рад, что она вышла – вела себя странно все утро, как-то отстраненно, временами даже враждебно. Шуточки Громилы настроения ей не подняли, так что лучше пусть идет, тогда они смогут спокойно поговорить.