Три смерти Коломбины - Наталья Солнцева

За соседним столиком сидели девушки, оживленно болтая и поглядывая на Глебова. Одна из девушек – худенькая блондинка в красных брючках – помахала ему рукой. Он смешался и замолчал.

Астра воспользовалась моментом.

– Не разыгрывайте комедию, – резко произнесла она, наклоняясь к собеседнику. – Вы забыли, что я умею видеть насквозь. Вы лжете.

– Уверяю вас… нет…

– Лжете, лжете! Никакого трупа нет и не было. Чего вы добиваетесь?

– К-как не было?

– Обыкновенно. В вашем гнездышке на улице Шумилова никакого мертвого тела не обнаружено. Вы за кого меня принимаете, Алексей?

Он смотрел на Астру, и его глаза разгорались, как два угля.

– Не обнаружено? А кто там был? Полиция? Вы им позвонили?

– Не хватало устроить ложный вызов следственной бригады. Вы на это рассчитывали? Детские игры, господин Глебов. Вы бы еще пожарных вызвали и «Скорую помощь» в придачу. Старый и глупый трюк.

– Что же… постойте… погодите… – На его лбу выступила испарина, а руки потянулись к вороту пуловера, словно он собирался ослабить узел галстука, которого в помине не было. – Вы говорите, тела не нашли? Адрес! Перепутали адрес…

– Не валяйте дурака. Лучше скажите, зачем вам понадобился этот розыгрыш?

– Пф – фф-ф… – с шумом выдохнул Глебов. Весь лоск слетел с него, и он из подтянутого элегантного мужчины превратился в растекшуюся медузу. Впрочем, только на минуту. – Я рассказал вам правду. Хотя… теперь у меня нет уверенности. Вдруг это… Нет, но я же не идиот? Я видел, я осматривал тело…

Астра сжалилась над ним.

– Могли вы ошибиться и принять спящую Коломбину за мертвую? Возможно, она напилась или потеряла сознание, и вы решили…

– Исключено!

Официантка, проходя мимо с подносом сладостей, повернулась в их сторону.

– Я, наверное… – Он понизил голос и провел ладонью по лицу. – Я тогда выпил лишнего… Вы на белую горячку намекаете? Я не алкоголик!

– Где же мертвое тело? Вы его с собой унесли?

– Я?!! – Он вскочил, оглянулся и сел. – Боже мой, до чего я дошел! Я не отдаю себе отчета, что делаю… Не может такого быть. Я точно помню…

Он бессвязно бормотал оправдания, Астра же думала о другом.

– У вас есть ключи от той квартиры?

– Нет. Я говорил уже… Ключи были только у нее…

– Как же вы ушли? Оставили дверь открытой?

Глебов наморщил лоб, и капельки пота поползли, задерживаясь на его красиво изогнутых бровях.

– Да, вероятно… то есть нет. Я захлопнул дверь… кажется. Она захлопывалась! Я был в таком состоянии… что… нет, точно, захлопнул.

– Вы пробовали звонить вашей любовнице?

– После того?

– До, разумеется.

– Она всегда делала это сама. Таковы были правила. Она их диктовала, я соглашался.

– Но ее номер, разве он не высвечивался на вашем мобильном?

– Высвечивался – ну и что? Я ей не звонил и не пытался ничего вынюхивать. Зачем? К тому же телефон мог быть зарегистрирован на кого угодно.

– Значит, все-таки вынюхивали.

– Да нет же! – Глебов взорвался, тем самым выдавая себя. – Я вас нанял не для того, чтобы вы меня же во всем подозревали! Простите, нервы…

«Она что-то знает, – пронеслось в его воспаленном сознании. – Что-то чувствует! Я сам полез в петлю, обратившись к ней. Как же теперь быть?»

– А она вам… звонила? Вчера или сегодня?

Он отшатнулся, на его скулах выступили желваки.

– Мертвая? Вы… шутите?

– Нисколько.

– Нет, не звонила.

Астра сделала то, чего Глебов совершенно не ожидал, – принялась есть клубнику со сливками.

– Вкусно…

У него пересохло в горле от ее вопросов. Он подозвал официантку и попросил принести воды. Та озабоченно спросила:

– Вам нехорошо?

– Нет-нет… все в порядке… Душно у вас.

Она пожала плечами. В зале было довольно прохладно.

– Мы вот что сделаем, – заявила вдруг Астра, откладывая ложку. – Поищем труп. Допустим, вы действительно видели мертвое тело. Не будем сейчас гадать, кто убийца. Допустим, вы!

Глебов хотел возразить, но сдался и глотнул воды.

– Раз тела нет в квартире, значит, его кто-то спрятал.

– И этот «кто-то» – я? Убиваю, заметаю следы, сообщаю вам о трупе, от которого избавился? По-вашему, я псих?

– Хорошо, не вы. Ваша жена. Где она могла бы спрятать тело?

Он стиснул в руке стакан, не замечая этого:

– Мне не хочется подставлять ее…

– А вы не подставляете. Мы же никуда не звоним, никого не вызываем. Я просто хочу убедиться, что мои догадки неверны. Итак, где?

Глебов повел головой, словно у него затекла шея.

– Она не дура…

– Вы бы не женились на глупой женщине.

– Да… черт! Вы приперли меня к стенке. Ну только чтобы отбросить ложную версию. У нас, вернее, у Магды, есть дача в Линьковке, недалеко от города. Час езды. Это дом ее родителей, он достался ей в наследство. После их гибели она не может там находиться.

– Дом стоит закрытый?

Он кивнул, с усилием вдохнул воздуха.

– Вы там бывали? У вас есть ключи?

– Бывал и бываю. Это моя обязанность: поддерживать там порядок, проветривать. Магда сказала, что ее ноги там не будет. В доме все напоминает ей о тяжелой утрате. Она еще не готова… хотя прошло семь лет.

– А что, ей не по карману нанять сторожа или прислугу, которая следила бы за домом? – удивленно спросила Астра.

Глебов выдавил кривую улыбку.

– Надо знать Магду. Она и мысли не допускает, чтобы кто-то посторонний хозяйничал в «родовом гнезде». Родительский дом для нее стал чуть ли не святыней, мемориалом покойных отца и матери. Честно говоря, у меня каждый раз мороз по коже идет от их коттеджа. Настоящий склеп. И как они там жили?

– Ясно. Поехали в Линьковку.

– Прямо сейчас? – опешил он. – Так сразу?

– А чего тянуть? Вы на машине?

Глава 18

Феоктистов места себе не находил. Свидание на кладбище! Извращение какое-то. С другой стороны, Гриша прав. На могиле родителей Магда погрузится в горе… В этом состоянии любой человек – особенно женщина – беззащитен, уязвим и нуждается в поддержке, участии. Он жаждет сочувствия и невольно, на уровне подсознания потянется к тому, кто окажется рядом и разделит его скорбь.