Жадина платит дважды - Дарья Калинина

– Я не шучу, – покачала головой подруга. – А чего ты так побледнел? Ты знал покойного?

– Нет, нет, – поспешно открестился Колян, но через секунду, видимо, забыв, что он не знаком с Никаловским, спросил:

– А что с ним случилось-то? Небось, удар хватил?

Жирный был, словно свинья, а сейчас жара.

– Удар, только не солнечный, а прямо ножом в сердце, – сказала Мариша. – Жаль, хороший был человек.

Мы раз попали к нему на съемки, он нас звал к себе в кар тину. Говорят, дорогую картину начал.., вы не знаете, кто бы мог его спонсировать? А если тот, кто дал ему денег, захотел их вернуть, а у бедняги не оказалось? Вот его и прикончили.

Но наши кавалеры не были расположены обсуждать эту тему. Они вообще не были расположены продолжать вечер.

Настроение у обоих резко упало.

– Милиция думает, что это дело рук маньяка, который слал письма Алине, а потом убил девушку, – продолжала как ни в чем не бывало Мариша.

– Как?! Алина тоже убита? – воскликнул Коротышка.

Эта новость его всерьез напугала. На Коляна было просто жалко смотреть. Он весь покрылся бисеринками пота, а его рука сама потянулась к бутылке с водкой. Опрокинув в рот третью рюмку, он немного пришел в себя и смог выслушать подробности, которыми охотно потчевала его Мариша. После этого кавалеры дружно сказали, что, увы, у них на сегодня назначено еще одно важное дело. Они нам сами позвонят. Непременно!

– Что, даже кофе не выпьем? – обиделась Мариша.

После этого нас невежливо выставили за дверь гостиной, предложив заварить кофе самим, быстро выпить и сматываться. На все про все у нас есть десять минут, пока они будут звонить.

– Ты видела, как их проняло, – восторгалась Мариша. – Спорим, они сейчас решают, как им быть.

Приникнув к двери ухом, она сказала:

– Так и есть, кому-то звонят.

Кому бы ни звонили наши новые знакомые, он не стал их баловать долгими разговорами.

– Девчонки, вы выпили свой кофе? – поинтересовался Колян. – Мы должны уезжать. Поторопитесь!

– А можно мы останемся здесь до вашего возвращения? – к моему ужасу проканючила Мариша. – Вы можете запереть нас на ключ, мы будем хорошими девочками и дождемся вас. Представляете, как вам будет приятно обнаружить нас.

– Нет, – отрезал Колян. – В другой раз.

Без лишних церемоний нас попросили из дома. Мужчины уселись в черное «Вольво» Коляна, а мы молча стояли и смотрели им вслед. Впрочем, как только машина наших кавалеров скрылась за углом дома, Мариша резво прыгнула на водительское сиденье.

– Садись, чего ждешь! – крикнула она мне.

Я послушно плюхнулась рядом с ней.

– И с чего такая спешка? – осведомилась я.

– Нам предстоит дальний путь, – сообщила Мариша, заводя машину и газуя с места.

– Куда это?

– Не знаю, но наши кавалеры точно отправились не в соседний дом, – сказала Мариша. – До утра не вернутся, иначе оставили бы нас у себя в квартире.

– А вдруг у них в доме есть что-то такое, что они хотят скрыть от посторонних глаз. А мы могли бы это обнаружить.

– Вполне возможно, – согласилась Мариша.

Но оказалось, что права Мариша. Черное «Вольво» проехало центр, затем северо-восточную часть города и помчалось в сторону Токсова.

– У нас бензин на пределе, – озабоченно сказала Мариша.

Меня эта новость обрадовала, так как с того момента, как мы выехали за город и помчались за черным «Вольво», мне не давала покоя одна мысль: что мы скажем Коляну и его приятелю, если они заметят за собой слежку. Почему-то мне казалось, что они нам не поверят, будто у нас нашлось неотложное дело за городом да еще и в том же направлении.

– Так давай заправимся, – сказала я как можно небрежней. – Никуда они от нас на шоссе не денутся. Потом догоним.

И мы свернули к ближайшей автозаправке. Тут оказалось четыре вида бензина и очень сонный заправщик, радовавший меня своей неторопливостью. Но в конце концов он все-таки залил нам полный бак горючего, и мы понеслись вперед со скоростью под двести километров. Мы гнали до ближайшего поста ГАИ, который встретился нам всего через пять-шесть километров.

– Нарушаете, – радостно сообщил нам гаишник.

Скажите на милость, а то мы не знали!

– Друзей потеряли, – облокотившись на опущенное стекло, проворковала Мариша. – Вы их не видели? Такие крутые на черном «Вольво»? Должны были несколько минут назад тут проскочить.

– Вы что-то путаете, – сказал гаишник. – Мы тут внимательно следим за дорогой, никакого «Вольво» – ни черного, ни белого не было.

У меня резко поднялось настроение, и даже штраф его не испортил, тем более что штраф пришлось заплатить Марише.

– Какая я дура, что послушалась тебя, – простонала Мариша. – Мы их потеряли. Где их теперь прикажешь искать?

– От заправки до поста ГАИ я видела только одну ответвляющуюся дорогу, – ляпнула я.

– А ведь точно! – обрадовалась Мариша. – Возвращаемся.

И мы вернулись. В темноте грунтовая дорога, отходящая от шоссе, выглядела совсем мрачно. Лично я ни за какие коврижки не поехала бы по ней, даже если бы впереди не маячили призраки Коляна с Коротышкой. Но Маришу, кажется, их присутствие где-то поблизости нисколько не смущало. На сравнительно небольшой, из-за плохой видимости, скорости мы ехали вперед. И вскоре добрались до небольшого поселка, застроенного исключительно кирпичными коттеджами под железной крышей. Участки здесь начинались от шестидесяти соток, доходя до одного гектара.

– И где тут искать «Вольво»? – поинтересовалась я. – Тут охраны выше крыши. Стоит сунуться на ближайшую дачку, как нас изрешетят пулями или загрызут собаки.

– Конечно, если мы прикатим на машине, охрана вряд ли нас пустит. А если сделаем вид, что просто гуляем и случайно забрели на чужой участок, тогда нас могут и не тронуть.

Это «могут и не тронуть» меня не сильно обнадежило.

Однако не отпускать же Маришу одну, а я точно знала, что, одна или со мной, она обязательно попрется искать «Вольво». Пришлось идти. Бросив машину в темноте, мы медленно поплелись по поселку. Время было около половины первого, погода стояла отличная, теплая, в конце лета комаров уже почти не было, но гуляющих, кроме нас, что-то не замечалось. Наконец нам навстречу попалась компания детишек младшего школьного возраста.

На нас они посмотрели с опаской, должно быть, соображая, знакомы ли мы с их родителями настолько близко, чтобы завтра пойти и наябедничать на них. Мол, чего это их отпрыски болтаются среди ночи по поселку.

– Детки, – ласково обратилась к компании Мариша. – Вы тут живете?