Олигарх-подкаблучник - Дарья Калинина

Тем не менее подруги примчались к Леночке всего через полчаса. Быстрей бы не доехал и сам Шумахер. При наших-то городских пробках.

— Что случилось?! — влетели они к ней. — Где Кирюша? Где твои родители?

Леночка выглядела плохо. Волосы у нее растрепались. Глаза были заплаканы. И она покачала головой:

— Никого нету.

— А где же они?

— Папа и мама вместе с Кирюшей, пытаются объяснить следователю, что я не могла убить Лидию Алексеевну. И что арестовывать меня совершенно не за что.

— А ты тут? Тебя даже не задержали?

— Да, едва только стало известно, что менты нацелились на меня, папа сразу же пригласил врача и адвоката. И они дружно заявили, что меня в моем положении нельзя таскать в участок. Что мне необходим полный покой, иначе это может плохо сказаться на малыше.

— И тебя не тронули?

— Как видите, пока я дома. Вопрос в том, надолго ли. Ведь как ни крути, а Лидию Алексеевну убили.

— А… А ее точно убили?

— Точней не придумаешь.

— Ты видела ее тело?

— Своими глазами.

— Где? Когда? Как?

— Почему тебя-то в этом обвиняют?

Леночка всхлипнула, тяжело вздохнула и принялась рассказывать, как было дело.

После того своего знаменитого бегства из квартиры свекрови Леночка с женщиной не разговаривала. Ей казалось, что все и так предельно ясно. Свекровь ее ненавидит, хочет, чтобы Кирюша женился на другой девушке. Так чего ей, Леночке, общаться с противной Лидией Алексеевной?

Но Кирюша, оказывается, вовсе так не считал.

— Худой мир всегда лучше доброй ссоры! — убежденно твердил он Леночке. — Сама подумай, она же моя мама. Как ни люблю я тебя, отказаться от нее я тоже не могу. Умоляю тебя, поговори с ней!

Леночка отказывалась. И между молодыми даже вспыхнул спор. Прибежавшая на шум Леночкина мама, которая явилась к молодым в гости, тут же встала на сторону Кирюши:

— Конечно, не дело ссориться с Лидией Алексеевной. Леночка, ты должна с ней поговорить. А еще лучше, сама съезди к ней.

Ничего себе лучше! Да Леночку начинало трясти при одной только мысли о том, что ей придется разговаривать со свекровью. А уж лицом к лицу — это вообще страшно себе представить. Кончилось дело тем, что Леночка разревелась, упала лицом в подушку и забарабанила сжатыми кулаками по кровати:

— Оставьте меня в покое! Я не буду ей звонить! Она меня ненавидит! И я ее тоже!

Леночкина мама еще пыталась уговорить дочь. Но, видя, что это совершенно невозможно, тоже уехала домой. Очень расстроенная. Кирюша остался наедине с женой. И продолжил наступление на ее упорство:

— Милая, моя мама очень тебя любит.

— О-о-о! Да она всем своим видом показывает, как ненавидит меня! И я слышала, как она уговаривала тебя жениться на другой девице!

— Глупости!

— На этой… Как ее… Крошечке!

— Мама просто хочет, чтобы я был счастлив.

— А со мной ты, ясное дело, несчастлив. Так?

Кирюша оставил этот вопрос без ответа. И сказал:

— Пообещай мне, что если мама сама тебе позвонит, то ты с ней поговоришь.

— Сама? Она? Мне?

У Леночки даже слезы высохли. И она, твердо уверенная, что этого никогда не произойдет, дала обещание:

— Ну, если сама позвонит, то я с ней, конечно, поговорю.

Кирюша просиял. И ушел в другую комнату, укрыв жену теплым пуховым одеялком и сказав Леночке:

— Спи, родная. Тебе необходимо много отдыхать, чтобы наш малыш родился здоровым.