С легким наваром - Ирина Хрусталева

– Неужто сбили кого?

– Нет, никого они не сбили. Это запутанная история, я еще сама никак не могу в ней разобраться. Мне очень неудобно вас об этом просить, но не могли бы вы поехать в Москву и помочь мне узнать, кто мог залезть в ваш гараж?

– Конечно, поеду, машина почти новая, я всего год на ней езжу, не хотелось бы, чтобы ее угробили.

– Очень хорошо, – обрадовалась Вероника. – А когда вы поедете?

– Да сегодня и поеду, тянуть с таким делом, думаю, не стоит. Если ее действительно угнали, нужно же об этом заявить.

– Если хотите, можете поехать со мной, я на машине, – предложила Вероника, хотя в ее планы совершенно не входило возвращаться сегодня в Москву.

– Это очень кстати. Тогда вы подождите меня, я быстренько соберусь. Только вот Ральфа нам придется с собой взять. Вы как, не против?

– Это ничего, конечно, я не против, – пролепетала Вероника, леденея от ужаса.

Перспектива вести машину под взглядом монстра приводила ее организм в состояние «нестояния». Когда вышли из дома, пес уже сидел у порога и вопрошающе посматривал на хозяина.

– Ну что, Ральф, придется нам сегодня прокатиться до города. Не забыл еще, как мы в машине с тобой катались. Вот сейчас опять поедем. Только прошу вести себя прилично и на встречный транспорт не лаять.

Вероника села на место водителя, Владимир Иванович с ней рядом. Когда Ральф запрыгнул на заднее сиденье, машина затряслась так, что Ника от испуга судорожно ухватилась за руль. Задний бампер тут же осел.

«Нужно обязательно рессоры нарастить, – подумала она. – Хотя не думаю, что мне это пригодится, Дуська почти ничего не весит, но вот для таких непредвиденных случаев стоит подстраховаться».

По дороге Владимир Иванович поинтересовался:

– Вероника, а вы кто же будете, из милиции, что ли?

– Нет, я частный детектив, – не моргнув глазом, ляпнула Ника, присвоив себе не принадлежащее ей звание.

– Надо же, – хмыкнул тот, – такая молодая и уже детектив. У вас что же, и контора есть, и служащие?

– А как же, конечно, есть, – не краснея, продолжала заливать она. – Правда, фирма у нас еще очень молодая, мы только начали работать, но результаты уже на лицо. У нас одна служащая есть, мы ее «мисс Марпл» прозвали. Очень умная женщина, и она в самом деле очень похожа на мисс Марпл. Видали фильмы по Агате Кристи?

– Приходилось, – засмеялся Владимир Иванович.

– Ну, тогда вам легко будет представить, как она выглядит. Правда, наша мисс сейчас в больнице лежит.

– А что с ней?

– Враги отравили, – вздохнула Вероника. – Это, между прочим, очень опасная работа, здесь нужны смекалка, сообразительность и смелость.

– Смелость – это точно, вон как она вас сегодня подвела, когда вы Ральфа увидели, – хохотнул Владимир Иванович.

– Ничего смешного, – обиженно сказала Ника, – я больших собак с детства боюсь. А ваш Ральф не просто большой, а огромный. Попробуй с таким договорись.

Пес услышал, что говорят о нем, и тут же задышал Веронике в затылок. Она замерла, вцепившись в руль так, что побелели пальцы, и пролепетала:

– Владимир Иванович, уберите его морду с моей шеи, иначе мы сейчас будем участниками ДТП.

– Ральф, лежать! – скомандовал тот, и пес послушно улегся на сиденье.

– Знаете, я, между прочим, немного удивилась, что вы еще дома не спросили меня, кто я такая и откуда, и вообще почему задаю вам вопросы. А вдруг я бандитка какая-нибудь?

Владимир Иванович от души рассмеялся.

– Вы бандитка? Не похоже, я достаточно пожил на этом свете, чтобы отличить черное от белого. Да что спрашивать? Я посмотрел на вас – девочка, раз приехала, значит, нужно. Догадался, конечно, после ваших вопросов, что вы из милиции, а на поверку вон как получилось, детектив. Первый раз приходится иметь дело с детективом, да еще частным, – улыбаясь, сказал он.

Глаза его светились лукавым огоньком. Видно, не совсем всерьез он принимал Веронику.

– Владимир Иванович, а почему в поселке вас называют не Афанасьевым, а Быстровым?

– Это давняя история. Когда я еще маленьким был, моего отца репрессировали. Он до ареста очень высокую должность занимал, поэтому фамилия Быстров известной была. Все двери для меня закрылись, когда в юношескую пору вошел. Даже на хорошую работу не мог устроиться, мои анкеты чуть ли не под микроскопом изучали. Вот я и взял фамилию жены, когда пришло время жениться. Отца-то потом реабилитировали, правда, уже посмертно. Но я так и остался Афанасьевым, потому что уже дети народились: сын и дочь. Этот дом, в котором вы сейчас были, еще моему деду принадлежал, поэтому и знают нас здесь все как Быстровых.

– Теперь понятно. Неприятная история, я имею в виду историю с вашим отцом, – задумчиво проговорила Ника.

– Это, Вероника, страшная трагедия, и коснулась она не только моего отца, это история нашей родины. Сколько в то время достойных людей погибло, уму непостижимо.

– Сколько же вам лет?

– В этом году семьдесят три стукнет.

– Неужели правда? – удивилась Вероника. – Я бы вам больше шестидесяти не дала.

– Это у нас наследственное, все мужики до самой смерти молодо выглядят. И здоровьем бог не обидел. Я за свою жизнь всего раза три гриппом болел, да вот на старости лет катаракта обнаружилась, оперировали недавно. Да еще в войну от голода немного прибаливал, а так здоров, как буйвол.

– А жена ваша жива?

– Нет, умерла четыре года назад, она старше меня была на шесть лет, вот и пришлось мне ее хоронить.

– А где сейчас ваша дочь? Про сына вы уже сказали, что он в Питере.

– Дочь уже совсем взрослая, своих двоих детей имеет, у меня внуки-то уже в институте учатся. А живет она во Франции, за француза замуж вышла, когда еще в медицинском институте училась. Они с Жераром там и познакомились, только он хирург, а Екатерина гинеколог. У них, когда близнецы родились, такой спор между ними шел, просто ужас. Не могли решить, какими именами детей называть, французскими или русскими. Потом вопрос решился полюбовно, одного назвали Луи, в честь отца Жерара, а второго Владимиром, в честь меня, значит. В общем-то, я счастливый человек, все в своей жизни успел: и дом построить, и сад посадить, и детей вырастить. Правда, одиноко, конечно, стало, когда жена умерла, но ничего, вот Ральф у меня теперь есть, настоящий друг.

– Здорово, – прошептала Вероника. – А я еще ничего в жизни не сделала. Детей у меня нет, дом с садом, правда, есть, но и те не мои.

– Вероника, какие ваши годы. У вас еще вся жизнь впереди, так что все успеете.

– Ну, вот и приехали, – проговорила она. – Владимир Иванович, может быть, мы с вами сразу в гараж проедем, посмотрим. Он у вас далеко от дома?