Собачья работа - Спенсер Куинн

— Мне не заплатили по счетам, — возмущенно сказал Майрон. — Или в ваших краях это не считается проблемой?

— Считается. Паршивей не бывает. — Синяя жилка на лбу Берни перестала дрожать и почти исчезла.

Майрон пристально посмотрел на Берни и вновь кивнул, словно давая понять, что они наконец нашли общий язык и даже могли бы подружиться. Ха, если этот Майрон решил, что владеет ситуацией, то он сильно ошибается. Не догадывается, что вполне мог бы закончить свои деньки в этом водопаде. Я еще не утратил надежды убедить его в этом.

— Верно, паршивей не бывает, — сказал он. — И что прикажете делать? Выдрать трубы из земли?

Берни открыл рот, чтобы ответить, но Сьюзи его опередила:

— Ну что вы! Признаться, я думала, в вашем бизнесе клиент рассчитывается так же, как при строительстве дома: выплачивает задаток, а потом гасит оставшуюся сумму по частям, разве нет?

— Угу, — буркнул Майрон. — Обычно так и делается.

— А в данном случае? — спросил Берни.

— Задаток-то я получил, и часть последующих взносов тоже, но все время возникали какие-то накладки.

— Какие, например?

— Например, задержки платежей под предлогом, что деньги из костариканского банка еще не поступили, но вот-вот обязательно будут. И язык у этого типа подвешен что надо. Кого угодно заговорит.

— У застройщика? — уточнила Сьюзи.

— Его фамилия Кифер, — сказал Майрон. — Краснобай дальше некуда, только теперь он даже на мои звонки не отвечает. Нет уж, мальчики и девочки, я с такими клиентами больше не связываюсь.

Берни и Сьюзи обменялись короткими взглядами.

— Ничего себе, — сказала она.

— Кифер действительно перестал отвечать на ваши звонки? — спросил Берни.

— Уже три недели не берет трубку, мерзавец.

— Правда?

— По-вашему, я сочиняю? Мои адвокаты настрочили кучу исков на арест имущества этого чертова Кифера. Слава Богу, я не успел отвезти ему «Каскад».

— Что за «Каскад»?

Майрон указал на водопад.

— Эта красота тянет на четверть миллиона плюс налоги. Новое слово в сфере дизайна, мальчики и девочки. Правда, если такое чудо вам не по карману, могу продемонстрировать эконом-вариант.

— Ублюдство! — глухо воскликнул Берни, когда мы снова сели в машину Сьюзи, на те же места (может быть, потому, что я успел заскочить первым).

— Что, прости?

— Новое слово, которое подходит для его чертова водопада. Водоносный слой почти исчез! Раньше в Долине текли реки, текли до самого залива. Теперь же все высохло до последней капли, а почему?

Пауза. Да что ж такое! Берни опять расстроился из-за воды. Непонятно. У нас ведь есть водопады.

— Чересчур много людей развелось, вот почему, — сказал Берни. — И их становится все больше, как… как пересохших рек!

Чересчур много людей? Опять не понимаю. Я люблю людей, конечно, за исключением хулиганов, преступников и прочих негодяев. По-моему, чем больше компания, тем веселей. Кстати, и меня тоже все любят.

— Можно тебя процитировать? — спросила Сьюзи.

— Процитировать?

— Твоя фраза насчет пересохших рек может пригодиться для статьи.

— Пожалуйста, дарю, — сказал Берни.

Сьюзи посмотрела в зеркало заднего вида. Когда у человека в голове возникает сложная мысль, его глаза словно заволакивает дымкой. Сложные человеческие мысли сводят на нет всякое веселье, я считаю.

— Итак, мы продвинулись? — спросила Сьюзи.

— Мы? — переспросил Берни.

— Я имею в виду поиски Мэдисон.

— А-а… — Берни втянул воздух ноздрями. Мне нравится этот звук. — Имеется одно явное несоответствие: Кифер утверждает, что разговаривал со специалистом по водоснабжению не далее как вчера. Хозяин конторы, которая занимается ирригационными установками, утверждает, что Кифер уже три недели не отвечает на телефонные звонки.

— Следовательно, партнер?

Берни расхохотался. Погодите. Партнер? Что она такое говорит? Партнер — это я, и никто другой! Я повернул голову и принялся тихонько грызть обивку дверцы, но остановился, сообразив, что это не кожа, а винил. Как так? Прекрасно помню, что приборная доска отделана кожей, сам же ее поцарапал. Нет, не разбираюсь я в автомобильном бизнесе. Интересуетесь, как мне по вкусу винил? Лучше не спрашивайте.

— Следовательно, мы должны проверить обоих, — сказал Берни.

— Каким образом?

— Есть два способа. Во-первых, можно…

У Берни зазвонил мобильник. Звонок был такой же, как в старых телефонных аппаратах из черно-белых фильмов, которые мы с напарником часто смотрим вместе. Мне нравятся черно-белые фильмы, их легко воспринимать глазу. Из-за чего их любит Берни, точно не знаю, но если одновременно идут две картины — черно-белая и цветная, он обязательно предпочтет первую.

Берни молча слушал голос в трубке, а я вдруг понял: что-то случилось.

— Хорошо, спасибо, — сказал он и нажал кнопку отбоя. — Звонил Рик Торрес из розыскного отдела. Мэдисон Шамбли видели в Вегасе. Рик едет к нам.

К нам — значит, домой, ко мне и Берни.

Сьюзи отвезла нас. По дороге они с Берни почти не разговаривали, я тоже вел себя тихо. Ни разу не был в Лас-Вегасе, знаю только, что это место далеко и Берни его терпеть не может. Слабое, полустертое воспоминание: лицо Мэдисон высоко в окошке сарая. Выходит, та заброшенная шахта расположена в Вегасе? По-моему, что-то тут не вяжется.

Мы съехали с шоссе, поднялись по дороге вдоль каньона, свернули на Мескит-роуд. Игги за стеклом не было, а перед нашим домом стоял мужчина, но не Рик Торрес. Высокий, с волосами до плеч. Он напомнил мне известного киноактера, которого Берни очень не любит. Фамилия вылетела из головы, ну да не важно. Важно то, что незнакомец переступил границы нашей территории!

— Что еще за красавчик? — удивился Берни.

Сьюзи стиснула руль.

— О Господи!

— Ты его знаешь?

Сьюзи кивнула.

— Кто это?

— Дилан Макнайт. Мой… бывший парень.

— А-а…

— Странно, что он делает на свободе?

— На свободе?

— Северная исправительная тюрьма, два года за торговлю наркотиками. Отсидел только шесть месяцев.

— А-а… — сказал Берни.