Бархатная смерть - Нора Робертс

– Можете вспомнить кого-нибудь, кто мог желать ему смерти?

– Нет. – Грета медленно отодвинулась на стуле. – Я думала… мне показалось… что кто-то проник в дом с целью ограбления… что мистер Эндерс был убит этим вором.

– Вы заметили в доме какую-то пропажу? Беспорядок?

– Нет-нет, но я еще не проверяла.

– Я попрошу вас сделать это прямо сейчас. Кто-нибудь из офицеров вас проводит. – Ева оглянулась на вошедшую Пибоди: – Пибоди, позови кого-нибудь из патрульных. Я хочу, чтобы миссис Горовиц сопровождали, пока она осматривает дом. После этого вы можете быть свободны, – сказала она Грете. – Только сообщите мне или моей напарнице, как с вами можно будет связаться.

– Мне хотелось бы остаться, пока не вернется миссис Эндерс, если можно. Ей может понадобиться моя помощь.

– Хорошо. – Ева поднялась, давая понять, что беседа окончена. – Благодарю вас за сотрудничество.

Когда Грета вышла, Ева направилась в техническую комнату, смежную с кухней. Здесь стояли два выключенных робота. Один в мужском облике, другой в женском. Оба выглядели внушительно, оба были в униформе. Экраны наблюдения за домом, о которых говорила Грета, тянулись вдоль стены. Из всей хозяйской спальни действительно был виден только сидячий уголок.

– Даллас?

– А?

– Охранная система была отключена в два двадцать восемь и снова включена в три двадцать шесть.

Ева, нахмурившись, оглянулась на Пибоди:

– Вновь включена до наступления смерти?

– Да. Все диски с записями камер наблюдения за двадцать четыре часа перед тем, как была реактивирована охранная система, отсутствуют.

– Ничего, отдадим нашим электронщикам, может, они что и вытащат прямо с камер. Стало быть, ночной гость Эндерса оставил его, так сказать, в подвешенном состоянии и все еще живого. Это не похоже на случайный просчет в сексуальных играх.

– Верно, – согласилась Пибоди, – это похоже на убийство.

Засигналила Евина рация.

– Даллас, – ответила она.

– Лейтенант, миссис Эндерс только что прибыла. Привести ее к вам?

– Проводите ее в кухню, – распорядилась Ева и отключила рацию. – Ладно, послушаем, что нам скажет вдова.

Вновь повернувшись к экранам, она проследила, как Ава Эндерс проходит в парадные двери. Полы собольей шубки распахнулись, открыв для обозрения стройное тело, облаченное в строгий темно-синий костюм. Красивые белокурые волосы, зачесанные назад, открывали лицо с правильными и выразительными чертами. В ушах – серьги с крупными жемчужинами, глаза прятались за стеклами дымчатых очков. В сапожках на тонком высоком каблучке она стремительным шагом пересекла широкий мраморный вестибюль с резными арками. За нею еле поспевал патрульный.

Ева вернулась в кухню и вновь заняла свое место в залитом солнцем обеденном уголке, опередив Аву.

– Вы здесь главная? – Ворвавшись в кухню, Ава наставила на нее длинный тонкий палец. – Это вы здесь главная? Я требую, чтобы мне объяснили, что здесь, черт побери, происходит?! Кто вы такая?

– Лейтенант Даллас, полиция Нью-Йорка. Отдел убийств.

– Отдел убийств? Что это значит – «отдел убийств»? – Ава сорвала с себя темные очки и бросила их на стол. Глаза у нее оказались такими же синими, как костюм. – Грета сказала, что произошел несчастный случай, что-то случилось с Томми. Где мой муж? Где Грета?

Ева поднялась на ноги.

– Миссис Эндерс, мне очень жаль, но мой долг – сообщить вам, что ваш муж был убит этим утром.

Ава застыла на месте. Ее брови сдвинулись на переносице, воздух короткими судорожными толчками вырывался у нее из груди.

– Убит?! Грета сказала… Но я подумала… – Она схватилась рукой за столешницу, медленно оттолкнулась и, подойдя к обеденному столу, рухнула на стул. – Как? Он… он упал? Он что-то съел или…

Ева всегда считала, что лучше говорить всю правду разом. Одним ударом – быстро и четко.

– Он был задушен в собственной постели.

Ава вскинула руки, прижала пальцы к губам. Глубокие синие глаза наполнились слезами. Она покачала головой, и слезы покатились по щекам.

– Простите, я должна задать вам несколько вопросов, – продолжала Ева.

– Где Томми?

– Мы о нем позаботимся, миссис Эндерс, – вступила в разговор Пибоди и подала стакан воды.

Ава взяла стакан обеими руками.

– Кто-то вломился в дом? Нет, этого не может быть! У нас надежная сигнализация, мы живем тут пятнадцать лет, и к нам ни разу никто не вламывался.

– Нет никаких признаков взлома, – сказала Ева.

– Я не понимаю, – растерянно проговорила Ава.

– Тот, кто убил вашего мужа, либо знал коды замков, либо был впущен в дом.

– Этого не может быть, – повторила Ава и даже отмахнулась, словно отметая такую возможность. – Никто, кроме меня, Томми и Греты, не знал кодов. Вы же не хотите намекнуть, что Грета…

– У меня этого и в мыслях не было. – На самом деле Ева собиралась самым тщательным образом проверить домоправительницу. – Не было взлома, миссис Эндерс. На данный момент нет никаких признаков кражи или хотя бы какого-то беспорядка.

Ава прижала руку к груди и стала теребить жемчужины длинного ожерелья.

– Вы хотите сказать, что Томми впустил кого-то в дом и эти люди его убили? Но это же безумие!

– Миссис Эндерс, у вашего мужа была связь на стороне? Сексуальная или романтическая?

Ава Эндерс резко отвернулась.

– Я сейчас не могу об этом говорить. Не могу и не хочу. И не буду. Мой муж умер.

– Если вы знаете того, кто мог получить доступ в ваш дом, в вашу спальню, пока вас не было в стране, это поможет нам выяснить, кто убил вашего мужа и почему.

– Я не знаю. Не знаю. Я даже думать не могу о чем-то подобном. Прошу вас, оставьте меня одну. – Ее гнев выплеснулся на Еву. – Я прошу вас покинуть мой дом!

– А вот этого не будет. Пока мы здесь не закончим, дом является частью уголовного расследования. Спальня – место преступления. Предлагаю вам на время куда-нибудь переселиться. Если вы не в состоянии говорить сейчас, мы закончим разговор с вами в другое время.

– Я хочу увидеть мужа. Я хочу увидеть Томми.

– Позже я предоставлю вам такую возможность. Хотите, мы позвоним кому-нибудь, чтобы вам не оставаться одной?

– Нет! – Ава смотрела в залитое солнцем окно. – Я никого не хочу видеть. Сейчас мне никто не нужен.

Выйдя из дома, Ева села за руль полицейской машины, а Пибоди заняла место рядом.

– М-да, невесело, – заметила Пибоди. – Ты себе греешься на солнышке, попиваешь тропические коктейли, не успеешь оглянуться, как у тебя уже мужа убили.