Убить Райли - Катарина Блэк

— Боже, сестренка, — Шон вскочил со ступенек рывком поднял и меня, привлекая в свои объятия. — Спасибо, кнопка.

— Эй, эй, задушишь, здоровяк! — сквозь смех прохрипела я.

— Прости, — отстраняясь сказал Шон. — Я так перепугался.

— Не стоило. Как я могу выкинуть такого красавца на улицу? Или может вернуть тебя папочке? — тыкнув в ребра, пошутила я.

— Вот уж точно нет. Возвращаться в казарму я не хочу.

— А ты думаешь, со мной будет по другому? Подумай хорошенько.

— Уверен. Всё будет замечательно. Я пойду принесу тебе вина, себе пива и позову Дилана. Отпразднуем воссоединение, сестрёнка.

— Хорошая идея. — брат ускакал как маленький, что-то весело насвистывая себе под нос. Такое поведение и мне предало веселья. Улыбнувшись, я вернулась на ступеньки. Усевшись поудобней и вперив взгляд в темный небосвод, я полностью погрузилась в воспоминания. В то недалекое прошлое, когда мне подвернулась эта квартира.

Я как раз начала учебу в полицейской академии и проходя практику, в компании с наставником, которому досталось ужасное дело о многочисленных убийствах и последующем каннибализме. Так вот, меня как курсанта, увиденное впечатлило до жути, но не отвратило от выбранной специализации. Суть заключалась в том, что расследуя эти преступления до меня дошли слухи, что после такого чудовищного происшествия эту квартиру вряд ли смогут продать. Но когда дело было закрыто и преступник надежно упрятан за решетку, мне удалось разузнать во сколько оценили эту жилплощадь. Моему изумлению не было предела, когда маклер озвучила цену. Кто захочет жить в квартире где маньяк-людоед освежевал более 10 человек? Конечно, я. Тем более за такую цену — 50 тысяч долларов. Изначальная сумма с учетом района, метража и всякой прочей чепухи, составляла почти миллион. Но «благодаря» убийствам, цену снизили до смехотворных копеек. В надежде, что какой-то ненормальный купит сиё жильё. И этим ненормальным стала я.

После бюрократической и бумажной волокиты, двух комнатные апартаменты в Ист-Виллидж на Второй авеню, можно было  считать выигрышем в лотерею. Историю квартиры знали только мы с папой и маклер. Папа стал поручителем при оплате и распорядителем маленького ремонта в моей новой квартире.

Спустя месяц я получила шикарную двушку, но жить мне там долго не представилось. Всё произошедшее с Марком, заставило меня покинуть Нью-Йорк, погрузиться с головой в работу в морполе и передать заботу о квартире, любимому младшему брату.

— Сколько? — вдруг раздалось за спиной. От неожиданности я аж подпрыгнула. Обернувшись, я увидела стоящего надо мной Дилана. Скрестив руки на груди он грозно сверлил меня глазами. Но если он думал меня этим напугать, то ошибся капитально. Вырасти в семье военных, каждый раз наблюдая такой же взгляд от отца, привыкаешь и даже если собеседник выше и больше тебя почти в двое — это тоже ерунда.

— Прости, что?

— Сколько ты хочешь за квартиру? — напористо спросил Дилан. Его внушительный рост, выразительные черты лица, грубый голос и гневный взгляд, могли бы напугать большинство людей, но со мной этот «шарм» не прокатит. Встречали «очаровашек» и по хлеще.

Я поднялась со ступенек и встала напротив него. Пришлось, конечно же, задрать голову, но яростный взгляд темных глаз я выдержала без труда.

— Да ты наверное шутишь? — так же не отводя глаз, переспросила я.

— Нисколько, снежок. — а вот это он уже зря сказал. Очень зря.