Другая смерть - Хелен Даррант

День второй

Подбитый глаз. Ну и синячина! И его не замазать никаким консилером. Будь проклят Зейн со своим взрывным характером! Кейт Бакстер надела солнечные очки. Да, сейчас август, но идет дождь. Она выглядит нелепо.

– Извиняй, сестренка! – У нее за спиной появился брат, Зейн, и уставился в зеркало. Он расчесал пятерней растрепанные волосы, зевнул, затем похромал в направлении кухни.

– Ты создаешь мне столько проблем, черт тебя подери! Я сегодня выхожу на новую работу. Что там обо мне подумают?

Он пожал плечами.

– Чужое мнение тебя никогда раньше не беспокоило. Переживешь. Ты у нас любому можешь дать отпор. Так отбреешь, что мало не покажется.

– Ты опять вчера пришел в стельку пьяный. Пора это прекращать, Зейн.

– Жизнью нужно наслаждаться, сестренка. И я живу на полную катушку. Я не трудоголик, как ты.

Кейт смотрела, как он садится на диван с тарелкой каши в руке. Брат у нее был худой, и она это прекрасно видела сейчас, когда он вышел в одних пижамных штанах и с голым торсом.

– Если бы ты не был моим братом…

– И младшим братом! Не забывай!

Он широко улыбался. Зейн точно знал, на какие рычаги нужно надавить. У Кейт была репутация жесткого и бескомпромиссного человека – со всеми, кроме двух самых близких ей людей, брата и матери. С ними она проявляла мягкость. С обоими было сложно справиться, и они ее всячески использовали. Зейн не испытывал уважения к закону и к работе сестры в правоохранительной системе. Мать страдала от ранней деменции и находилась в специализированном интернате. Кейт удавалось их никому не показывать из своего окружения – столько времени, сколько она себя помнила. Никто из полицейского участка, в котором она работала раньше, ни разу не видел ни ее мать, ни брата. Положение дел навевало грусть. Ей исполнилось уже тридцать два, а ближайшие родственники вызывали только чувство стыда.

– Что у тебя с ногой? – спросила она у брата.

– Ввязался в драку. Знаешь арочный мост у выезда из Хаддерсфилда? Какой-то подонок меня там ударил.

– Ты опять пытался раздобыть наркотики?

Зейн покачал головой.

– Тогда зачем ты туда ходил? Это опасно. Там собираются отбросы общества из этого города.

– Вот именно! – Он опять широко улыбнулся.

Кейт легко ударила его скатанным чайным полотенцем.

– Не будь таким идиотом! Однажды вечером ты столкнешься с человеком, который окажется тебе не по зубам.

– Я пишу статью. Надеюсь, что ее возьмут в местной газетенке. На прошлой неделе я познакомился с редактором в пабе. Ему нужно что-нибудь свеженькое и остренькое. Статья о городских бездомных и наркоманах подойдет прекрасно. Если он напечатает мое творение, то у меня появятся бабки!

– Ты бы лучше вернулся в университет, – вздохнула Кейт. – Ты там совсем недолго проучился.

– Для меня достаточно, сестренка. Это был ад.

Кейт не успела ответить: зазвонил ее мобильный. Она не знала этот номер.

– Доброе утро, – поздоровалась звонившая женщина. – Это констебль Хейнс из отдела сыскной полиции района Восточных Пеннин. У нас труп – убийство. Обнаружен вчера в пустом доме. Инспектор Бриндл спрашивает, можете ли вы встретиться с нами в квартире жертвы в Марсдене.

Кейт обратила внимание, что женщина говорит с йоркширским акцентом.

– Пришлите мне, пожалуйста, точный адрес по СМС. Я вскоре к вам присоединюсь.

Вот оно, началось. Ей нужно бежать. Она схватила куртку и сумку.

– Из дома не выходи. Я не позволю тебе еще и здесь мне все испортить. С последней работы я ушла из-за тебя!

– Сидеть дома не получится, сестренка. У меня кое с кем назначена встреча.

– Только после того, как мы серьезно поговорим!

Он только пожал плечами в ответ. Чертов идиот! Ему нужно возвращаться к нормальной жизни, избавиться от всех дурных привычек.

Жизнь и работа в Йоркшире стали полной сменой обстановки для Кейт Бакстер. Она родилась в маленьком домике из красного кирпича, одном из сплошного ряда домов, имеющих общие боковые стены, в округе Ардвик в пригороде Манчестера, и работала в местном полицейском участке. Если бы все сложилось по-другому, она никогда бы оттуда не уехала. Но семейные проблемы привели к таким сложностям, что она больше не могла оставаться на старой работе. Ее брат Зейн имел привычку связываться не с теми людьми, и на это стали обращать внимание ее коллеги. Его никогда официально не допрашивали и не предупреждали, но их фамилия стала часто появляться в отчетах и сводках. Это заметил ее начальник и несколько раз сказал ей об этом. Кейт хватило этого предупреждения. Она поняла, что выходки Зейна однажды могут очень серьезно испортить ей карьеру. Требовалось полностью сменить обстановку, начать с нуля там, где их никто не знал.

Зейн Бакстер был трудным ребенком, упрямым и непокорным. Их отец рано умер, мать была отправлена в специализированный интернат, а Зейн остался жить со старшей сестрой. Проблема была в том, что Кейт не могла взять на себя роль родителей. Она не могла уделять ему достаточно времени, чтобы исправить положение дел. Она работала в сыскной полиции, и работала много и напряженно. В следующие два года она хотела получить повышение – стать инспектором. Когда она занималась расследованием дела, все остальное отодвигалось на второй план. Но брат не позволял о себе забыть.