Али-Баба и сорок разбойниц - Дарья Донцова

Я послушно повернул. Дорога вилась через лес, вокруг не быловидно никакого жилья — ни деревень, ни отдельных избушек. Я засомневался испросил:

— Мы правильно едем?

— Да, — буркнул Кирилл и уставился в боковое окно.

— Вы уверены?

— Да, — с легкой агрессией в голосе подтвердилспутник.

Мне стало не по себе. Кирилл ненормальный, это ясно.Непонятно, куда он меня тащит. Кажется, я сглупил, согласившись везти его внезнакомое место.

— Направо, — велел пассажир.

Мы проехали еще метров сто и уперлись в железные ворота,выкрашенные темно-зеленой краской.

Кирилл вылез и нажал на кнопку домофона. Я испытал острейшеежелание включить заднюю скорость и смыться отсюда как можно скорей. Остановиломеня лишь одно соображение. Кирилл был одет не по сезону — в тонкую курточкупронзительно оранжевого цвета, которая не могла защитить его от февральскойстужи, на голове у него сидела бейсболка с большим козырьком. За воротами жебыло темно и тихо. Если я брошу этого психа тут одного, он попросту замерзнет.

Вдруг из домофона раздался искаженный голос:

— Кто там?

И тут Кирилл поразил меня, он натужно закашлялся ипрохрипел:

— Я.

— Кто? — настаивал голос.

— Открывай скорей, — ответил Кирилл.

— Я машину вашу не знаю.

— Да я это, я, — кашлял Кирилл, — не узнаешь?Не томи! Околел весь.

Ворота лениво, словно нехотя стали открываться. Я въехал водвор и увидел большой добротный дом. Светло-бежевые стены, крыша изтемно-коричневой черепицы. Оконные рамы и входная дверь такого же цвета. Никакихноворусских башенок, барельефов из жизни древних греков и колонн. Еслипредставить на секунду, что у меня есть деньги на загородный особняк, то мойдом внешне выглядел бы, наверное, так же.

Кирилл быстрым шагом поднялся на крыльцо, я за ним, мы вошлив просторную прихожую. Справа и слева высились шкафы, похоже, из массива дуба.Около небольшого столика стоял мужик лет тридцати пяти в синих джинсах икоричневой водолазке. Увидев Кирилла, он очень удивился:

— Ты как сюда попал?

— Я приехал за Аней, причем не один! Имей в виду, он измилиции, — быстро соврал Кирилл, — знаешь, что будет, если ихсотрудник пропадет? Да здесь камня на камне не оставят!

Мужик равнодушно пожал плечами:

— У меня нет никакого повода бояться милиции. Пройдемтев кабинет.

Он повернулся и стал подниматься по лестнице на второй этаж.Через пару минут мы оказались в просторной комнате, и я впервые в жизнипочувствовал укус зависти.

Говорят, что завистливые люди амбициозны, что они, желаяутереть нос окружающим, добиваются успеха в жизни. Я никогда не испытывал этогочувства при виде «Мерседеса», который купил себе Никита Васильев, или привзгляде на Наташу Малахову, жену Кости. Мало того, что она красавица, умница,зарабатывает большие деньги и обожает Костика. Так Наташа еще дочь оченьбогатых родителей, их единственная наследница. А наследовать есть что: у нихдача в Испании, дом в Подмосковье, огромная квартира на Китай-городе. Так чтоКосте завидовали многие, но только не я.

Сейчас же, стоя в кабинете, я тяжело вздохнул. Именно о такойкомнате и о таком вот доме я мечтал всю жизнь. Чтобы он был в лесу, а кабинет…Книжные полки из цельного массива дерева тянулись от пола до потолка. Тутнебось несколько тысяч томов. Потолок обит деревянными панелями, на полу лежитсветло-бежевый ковер, свет льется непонятно откуда. Никаких люстр не видно,лишь на огромном письменном столе приветливо светится лампа. Не дневная илигалогеновая, с резким, мертвенным светом, а обычная, под светлым абажуром. Ещетут была удобная мягкая мебель, не кожаная, а велюровая, и весело горел камин.На диване валялся скомканный плед, на маленьком столике лежала трубка и стоялабутылка отличного коньяка в компании с пузатым бокалом. На подушке белелараскрытая, перевернутая обложкой вверх книга. Очевидно, хозяин проводил время всвое удовольствие: наслаждался трубкой, коньяком и читал…

Я скосил глаза на обложку. Плутарх! Я сам люблю этогоавтора. Однако хозяин дома просто мой двойник, он живет в «моей» комнате,читает «мою» книгу… Правда, есть небольшая разница, очевидно, он, в отличие отменя, умеет зарабатывать деньги, поэтому и сумел осуществить свои мечты. Я же…ладно, хватит ныть, такого особняка у меня никогда не будет, но трубку, коньяки Плутарха я вполне способен себе купить.

— Садитесь, — радушно предложил хозяин, —рюмочку?

— Спасибо, я за рулем, — ответил я.

— Верни Аню, — прошипел Кирилл.

Раздались легкие шаги, появилась женщина лет сорока сподносом.

— Где Аня? — не успокаивался Кирилл.

— В ванной, — спокойно ответил хозяин, потомповернулся к горничной: — Анна Николаевна еще не вышла?

— Голову красят, — сообщила та, — минут черезсорок появятся.

— Ступай, — велел мужик.

Горничная, опустив глаза в пол, тенью шмыгнула за дверь.

— С места не сдвинусь, пока Аню не увижу! —выкрикнул Кирилл.

— Чайку? — словно не слыша его, предложилхозяин. — Плюшки очень вкусные, Настя — мастерица печь.

— Ты мне зубы не заговаривай, — рявкнулКирилл, — в чай небось отраву добавил? Одеялов, ничего не пейте, нас хотятусыпить!

Хозяин невозмутимо взял чайник, наполнил свою чашку, сделалпару глотков, потом предложил:

— Минералки хочешь?

— Из закрытой бутылки! — настороженно ответилКирилл. — Сам пробку открою!

Мужик улыбнулся, встал, открыл большой глобус, стоявший наподставке у балкона, я увидел внутри множество бутылок. Это был бар.

Хозяин вытащил зеленую бутылочку «Перье» и протянул Кириллу:

— Держи.

Ненормальный подозрительно осмотрел емкость и сталоткручивать пробку. Неожиданно на пороге вновь обозначилась горничная.

— Принеси бокал, — велел хозяин.