Девы - Алекс Михаэлидес

Мариана потянулась за пультом и включила примостившийся на микроволновке старенький, видавший виды портативный телевизор — одну из реликвий, оставшихся после Себастьяна. Тот купил телевизор, еще будучи студентом, чтобы по выходным смотреть крикет и регби во время приготовления обеда. Точнее, обед готовила Мариана, а Себастьян делал вид, что помогает.

Телевизор барахлил, и экран несколько раз мигнул, прежде чем возникло изображение. Мариана выбрала новостной канал ВВС.

Журналист средних лет вел репортаж с места происшествия, где-то на природе. Уже смеркалось, и Мариана не могла толком разглядеть, где именно. Судя по всему, посреди какого-то поля или луга.

— …найдено в Кембридже, в заповеднике «Пэрэдайз», — вещал журналист. — С нами рядом находится человек, поднявший тревогу. Расскажите, пожалуйста, что произошло, — попросил он кого-то, стоявшего вне видимости.

Камера повернулась, и в кадре появился нервный коротышка лет шестидесяти с покрасневшим лицом. Он растерянно моргнул, словно от яркого света, и сбивчиво забормотал:

— Несколько часов назад… я, как обычно, выгуливал в «Пэрэдайзе» собаку… примерно в четыре… может, в четверть пятого или двадцать минут… Мы шли вдоль реки по тропинке… там берег такой болотистый… и вдруг… — Он запнулся, не закончив фразы, и заговорил снова: — Мой пес… убежал куда-то в траву и не возвращался, как я его ни звал. Я подумал, что он погнался за какой-нибудь лисой или птицей, и пошел за ним. А там, у самой воды…

Мужчина как-то странно выпучил глаза. Мариана прекрасно понимала, что означает такое выражение лица. «Увидел что-то ужасное, — промелькнуло у нее в голове. — Не хочу ничего слышать. Не хочу знать, что случилось».

— Там лежала девушка… лет двадцати, не старше… — Мужчина торопился, желая выговориться. — Волосы до плеч… кажется, рыжие… Вся в крови… все вокруг залито кровью…

Он умолк, и журналист задал наводящий вопрос:

— Ее убили?

— Да, ударили ножом… Много раз… Не могу сказать, сколько именно. У нее было такое лицо… это ужасно… ее глаза… глаза распахнуты. Всё смотрят, смотрят…

Его голос сорвался, по щекам потекли слезы. «Он в шоке, — профессионально отметила его состояние Мариана. — Нельзя брать у него интервью. Кто-то должен это прекратить».

Видимо, осознав, что дело зашло слишком далеко, журналист закончил расспросы и снова возник в кадре.

— Последние новости из Кембриджа: полиция приступает к расследованию убийства. Жертвой стала девушка лет двадцати…

Мариана выключила телевизор и несколько мгновений в ступоре таращилась на погасший экран, не в силах шевельнуться. Вспомнив, что все еще сжимает в руке телефон, она поднесла его к уху.

— Зои, ты тут?

— Мне… мне кажется, это Тара.

— Что?!

Тара была однокурсницей и близкой подругой Зои. Они обе учились в Кембриджском университете, в колледже Святого Христофора. Мариана помедлила, стараясь подавить беспокойство в голосе.

— Почему ты так думаешь?

— По описанию похоже… и она не попадалась никому на глаза… со вчерашнего дня. Я у всех спрашиваю, не знает ли кто-нибудь, где она, и мне… мне так страшно… Ума не приложу, что теперь…

— Тише, тише. Когда ты в последний раз с ней виделась?

— Вчера вечером. И она… — Зои запнулась. — Мариана, она очень странно себя вела. Я…

— Странно? Что ты имеешь в виду?

— Она… она говорила такое, что с ума можно сойти…

— Что именно?

На секунду повисла тишина. Затем Зои шепнула:

— Я не могу сейчас объяснить… Ты приедешь?

— Обязательно! Зои, послушай, ты поставила в известность руководство колледжа? Ты должна им все рассказать! Пойди к декану…